Паладин развивает территорию! Том IV (СИ)

Клойд также видел в этом огромный потенциал, и не он один. Леорик, а также более сотни других дворян со всего континента желали получить станки для массового производства оружия и доспехов.
Прямо сейчас во владениях Балтес стартовала гонка вооружений, и каждый шпион пытался первым принести для своих господ хорошие новости, но их не было ни у кого, во всяком случае таких, что могли полностью порадовать Клойда и других аристократов.
Пока король со скучающим лицом слушал отчёты шпионов, двустворчатые чёрные двери зала с грохотом распахнулись, и, стуча каблуками по мраморному полу, в его сторону направилась Лорелея в своём вечернем платье, которое так и не успела сменить.
Судя по её улыбке и немного шатающейся походке, королева явно была навеселе, однако никто из присутствующих не посмел бы сделать ей замечание за это.
Склонив голову, вассалы короля расступались перед ней, а радостный Клойд, который безумно любил свою жену, поднявшись с трона, направился ей навстречу.
Двое встретились в центре зала, и пока остальные стояли, склонив головы, женщина начала кружиться в объятиях мужа, судя по всему, в очень хорошем настроении.
Прежде чем Клойд успел узнать, чему так радуется его жена, в помещение начали входить рыцари львиной гвардии с сундуками в руках и ставить их рядом с королём один на другой.
Под недоумённым взглядом супруга, Лорелея вырвалась из его объятий и, подбежав к ближайшему сундуку, сама открыла крышку, представляя на всеобщее обозрение гору золотых монет.
Клойд также подошёл к сундуку и, взяв горсть монет, с немым вопросом посмотрел на Лорелею.
Все расходы королевы оплачивались из казны, а также она получала доход от собственной вотчины, но та явно не приносила таких прибылей, какие были прямо сейчас в этих сундуках.
Рыцари без конца заносили сундуки, и это также было маленькой хитростью Луны, распорядившейся выплатить весь выигрыш в монетах номиналом одной золотой, чтобы все могли видеть, как королева уносит золото.
Король ещё не был в курсе того, как провела свой вечер его супруга, и теперь беспокоился, не приняла ли она от кого-то такой дорогой подарок, так как это означало бы, что это плата за услугу, причём очень серьёзную.
Не посоветовавшись со своими вассалами и советниками, монарх никогда не взял бы ни одной монеты от аристократов, чтобы не спровоцировать кривотолки о нём, ведь ему приходилось быть очень осторожным и не испортить отношения с разными аристократами.
Лорелея, дождавшись, когда внесут хотя бы половину сундуков, наконец громко сообщила всем присутствующим.
— Я выиграла!
Клойд не мог понять, что имеется в виду и кого его жена победила.
На лимейском языке слово «выиграть» и «победить» звучало одинаково, и лишь в зависимости от контекста можно было понять, о чём речь.
В данном случае это звучало так, словно она разгромила чьё-то войско, а эти деньги — её награда.
Клойд, оглядевшись на удивлённые лица вассалов, которые уже начали шептаться между собой, обратился к жене.
— Кого ты победила?
Женщина подбежала к мужу и на глазах у всех, обняв, впилась в его губы, после чего, заливаясь смехом, прокричала во всеуслышание.
— Я всё это выиграла в казино! — сразу после этих слов она рухнула на грудь мужа и отключилась.
Король, подхватив свою супругу, обернулся к вассалам с ней на руках и сурово посмотрел в лица присутствующих, давая понять, что никто не должен знать, что Лорелея была настолько пьяна, что потеряла сознание.
Вассалы лишь поклонились, подчиняясь своему монарху, и отступили на шаг назад, как от льва, готового съесть их.
Они молча ждали в поклоне, пока Клойд вместе с фрейлинами и горничными королевы не покинул тронный зал, и только после того, как двери за ним закрылись, ринулись к сундукам, чтобы увидеть эту астрономическую сумму, которую из присутствующих за всю свою жизнь видели единицы.
Тем временем король нёс жену в покои, выслушивая её пьяное бормотание о том, как она его любит и что хочет родить ему наследника, такого же сильного, как отец.
 
Клойд с ухмылкой на лице разглядывал супругу и вскоре, войдя в покои, уложил её на кровать.
Когда он хотел уже оставить её служанкам, которые переоденут свою госпожу, она схватила мужа за руку и, притянув к себе, пробормотала довольно странные для королевы слова.
— Я планирую… открыть на эти деньги театр в Альтере и… — она, перевернувшись на бок спиной к мужу, почти засыпая, добавила: — красивый приют для деток…
Король аккуратно вытащил свою руку из-под неё.
Поднявшись, с серьёзным лицом он посмотрел на жену.
Клойд планировал, что Лорелея сможет перетянуть на свою сторону одну из жён Виктора, тем самым продвигая интересы короны в делах герцога, однако, судя по её словам, было несложно догадаться, что всё вышло с точностью до наоборот.
Каким-то неведомым для монарха образом его прозорливая жена, которая порой даже ему давала дельные советы, попала под влияние Луны, тем самым руша его планы.
В его голове крутились дикие мысли.
«Да что такое с этим герцогом? Боги сделали его своим избранником? Чтобы я ни делал, он всегда обходит меня!».
Ему было странно, что у него не выходило обыграть Виктора. Какие бы интриги ни плёл король, они рушились уже в самом начале, а там, где казалось, что герцог в его руках, тот выскальзывал, словно скользкая рыба, при этом ещё и нанося ущерб королевскому авторитету и всему двору в целом.
Сжав кулаки, Клойд пошёл на выход, желая заставить своих вассалов добиться хоть каких-то результатов.
Больше нельзя было терпеть бесконечные унижения от Виктора, пора было нанести ему хоть какой-то удар, чтобы сбить с него спесь.
* * *
Спустя почти месяц после того отправления из Балтес, конвой Виктора приближался к маленькой деревушке на берегу реки, разделяющей Лантарис и Корстад.
Здесь были построены около двух десятков простых домиков из явно привезённой с собой древесины, так как вокруг не росло ни деревца, а через весь населённый пункт проходила одна дорога, соединявшая дома и упиравшаяся в небольшую пристань, где были пришвартованы около двадцати кораблей.
Хотя, учитывая отсутствие парусов, они больше напоминали баржи и по своим судоходным свойствам не сильно от них отличались, но всё же в данный момент являлись лучшим решением для герцога.
Само это место не сильно изменилось с того времени, когда лорд оказался тут впервые. Всё те же иссохшие земли, где, словно дань прошлому, из земли торчат высохшие деревья, а на небе, как и раньше, висят облака, скрывающие солнце и голубое небо.
Виктор разглядывал деревню впереди, которая смотрелась безжизненной, в этих пустых и заброшенных землях.
Только вот видел он нечто большее, чем может показаться на первый взгляд, а именно, идеальное место для будущего города.
С востока от деревни располагалась широкая река, между берегами которой было по крайней мере сотня метров, с юга и запада — открытая равнина без холмов и деревьев, позволявшая заметить приближающегося врага за многие километры, а с севера она была защищена скалистыми горами, на которые даже рыцарю Небесного уровня будет сложно взобраться.
Учитывая всё это, здесь можно было построить приграничную крепость и сделать её торговым форпостом, где купцы смогут отдохнуть и пополнить свои припасы для дальнего путешествия.
Конвою Виктора потребовался почти месяц с остановками лишь на отдых, чтобы добраться до сюда, а до ближайшего города, столицы графства Кобэн, по крайней мере неделя пути, поэтому тут обязательно требуется хоть какой-то перевалочный пункт, пока не будет проложена железная дорога.
Приближаясь к деревушке, лорд заметил вышедших встречать его жителей, которые падали на колени, от чего он давно отвык, но, учитывая титул и правила мира, Виктор воспринял это как само собой разумеющееся.
Спешившись с Буцефала, герцог прошёл вперёд между людьми, приказав им подняться.