Берегитесь! Феячу! (СИ)

Одним движением разорвав на мне платье, Джорджиан накрыл меня сверху своим телом.
  
Глава 49. Проблемы
 
Эрниэль
На этом балу изначально всё пошло не так.
Целый час прошёл в тягостном ожидании появления моих родителей. Я знал, что Дилан заблаговременно выслал за ними эскорт, и для их опоздания нужна была очень веская причина.
Я даже незаметно отослал пару сообщений отцу с вопросами, где они и всё ли у них в порядке. Ответа на магический кристалл не последовало, что вывело меня из душевного равновесия ещё сильнее. Лишь потом, позже, выяснилось, что родители были в это время у врача: оказывается, мама носит под сердцем моего братика, и ей нужно было срочно проконсультироваться со специалистом насчёт беременности.
Но на тот момент, когда бал был в разгаре, я этого не знал и сходил с ума от беспокойства, тщательно скрывая своё состояние.
Танец с Фаиной — три больших круга по залу — вернул мне спокойствие духа и веру, что всё будет хорошо. Как же легко и грациозно моя жена порхала по танцполу! Словно я вёл в танце настоящее сказочное существо, эфемерное, пластичное, сотканное из музыки! Никакие изящные эльфийки ей даже в подмётки не годились!
А ещё мне было приятно наблюдать, как красиво переливается на свету ткань её золотистого платья, созданного моей магией. Идеально. После бала уберём этот наряд в шкаф и будем его беречь — как напоминание об этом дне.
Потом проблемы посыпались, как бобы из рваного мешка.
К Дилану подошёл нервный, весь какой-то дёрганый дракон — глава одной из восточных провинций — с жалобами на то, что их леса наводнили псы и ящеры из Горгалии. Этот тип принялся эмоционально объяснять королю, в какой опасности находятся его подданные, особенно эльфы и гномы, и пытался выведать, насколько серьёзны проблемы со щитом.
Дилану пришлось разбираться с этим драконом, а я тем временем составил компанию родной жене. Её неожиданно заинтересовали картины знаменитого Тюрлекса, украшающие стену. Я хотел немного рассказать ей об этом художнике и его шедеврах, но неожиданно заметил до боли знакомые украшения, которые я когда-то подарил своей бывшей невесте.
Эти серьги и колье были не только очень дорогими, а просто-напросто уникальными. Их сделал по моей просьбе и по моему рисунку один эльф-ювелир, которого я однажды спас от нападения разбойников. Лисаэль никогда бы не рассталась с этими драгоценностями добровольно.
С позволения жены я подошёл к этой эльфийке, стрелявшей глазками направо и налево. Но при этом не выпускал из поля зрения Фаину. Да и её охранники находились рядом с ней, так что я не волновался, что на этом балу с моей феечкой что-то случится. Думал, что всё под контролем. Наивный.
Я отвлёкся лишь один раз, на пару секунд: когда эльфийка, которая представилась как леди Нариэль Дигран, заявила, что эти украшения подарены мужем, хранителем королевской казны, и принадлежат ей по праву. Эта наглость возмутила меня до глубины души, и я потребовал вернуть мне эти украшения, а её мужа пригрозил отдать под суд, как вора и обманщика.
Осознав, что она сейчас разговаривает с генералом армии Драккара, эльфийка всунула мне в руку снятые с себя украшения и с красным лицом и искусанными губами поспешила удалиться прочь. Наверное, побежала предупреждать муженька о шухере в их семье и предстоящем расследовании его воровской деятельности.
Фаина продолжала рассматривать картины, словно зачарованная, но периодически оглядывалась, выискивая меня взглядом. Я направился к ней, но увидел прибывших на бал моих родителей. Ну наконец-то!
Они оба светились от счастья, поэтому от сердца сразу отлегло. С ними всё хорошо, всё в порядке, можно больше не волноваться.
Я направился к ним, чтобы узнать, что происходит. Но продолжал держать жену в поле зрения. Картина с зимним лесом её заворожила.
— У тебя скоро появится младший братик, — мама с сияющей улыбкой положила руку на живот, и я ошалел от радости.
Я порывисто, но очень аккуратно её приобнял, бормоча, что ужасно рад и от всей души поздравляю их с этим событием, а потом на меня словно рухнули небеса.
 
Паника, страх, резкий всплеск адреналина и бешено заколотившееся сердце — всё это окатило мутной волной, а брачную татуировку больно обожгло огнём.
— Фаина! — судорожно выдохнул я и кинулся к жене.
Вот только стоявшая у стены феечка оказалась лишь иллюзией. Мои руки прошли сквозь неё…
  
Глава 50. Папаша
 
Фаина
— Отпусти! Скотина! Рептилия! Фу! — ругалась я на Жорика, отчаянно вырываясь из-под этого маньяка.
Сдвинуть его с себя было всё равно что снять пароход с отмели. Ящер был очень тяжёлым.
В какой-то момент удалось заехать ему ногой в пах.
— Фаина… — сдавленно прохрипел Жорик, дёрнувшись от боли. — Прошу тебя: успокойся и расслабься! — взмолился он. — Я тебя не обижу, клянусь!
— Слезь с меня немедленно! — шипела я в ярости.
— Обними меня, прошу! И замри! Хватит уже вырываться, я не хочу причинять тебе боль! — отчаянно просил он. — Просто доверься мне! Умоляю!
От шока я обхватила его шею руками, чтобы оттолкнуть этого рептилоида, но замерла, услышав, как с лёгким скрипом отворилась дверь и внутрь кто-то вошёл — без стука и какого-либо предупреждения.
— О, как у вас всё чудесно! — с умилением всплеснул руками подошедший к нам Гарсиан, жадно рассматривая представшую перед ним картину.
Джорджиан снял морок со своих кожистых крыльев и быстро прикрыл меня ими от похотливого взгляда его папаши.
— В кои-то веки мой непутёвый сын повёл себя как нормальный мужик, — восхитился Гарсиан. — А я-то шёл сюда, чтобы наглядно показать, как надо радовать женщин. Но вижу, ты хорошо усвоил урок, который я преподал тебе с Ванессой. Что ж, не буду вам мешать, дети мои. Продолжайте. За завтраком скажете мне, на какую дату назначить свадьбу.
— Хорошо, отец, — хрипло выдохнул Жорик, немного отстраняясь.
Наверное, не услышав ответа, Гарсиан бы отсюда не ушёл.
— Отлично, — кивнул король горгулов. Но вместо того, чтобы направиться к выходу, он приблизился к кровати вплотную и склонился над нами.
У меня в груди бушевала целая буря чувств — от страха и презрения до испепеляющего гнева и ярости. Хотелось стереть этого гада в порошок или превратить его в икринку.
Если бы Жорик не предпринял таких активных действий, то Гарсиан сам бы взял меня силой, назвав это наглядным уроком по соблазнению. Ящер на всю голову.
— Позволь только взглянуть на браслеты, девочка. Мне нужно убедиться, что артефакты работают как надо, — проворковал этот гад.
Бесцеремонно отодвинув крыло Жорика пониже, он взял мою ладонь и уставился на запястье.
— Чудесно, всё просто отлично, — он провёл рукой по гладкой поверхности накопителя магии, и тут произошло то, чего никто не ожидал: из браслета вылетел сгусток энергии, и эта шаровая молния отбросила Гарсиана через всю комнату.
Шмякнувшись об стену, он сполз вниз расслабленным кулём, а когда свечение вокруг него погасло, мы с Жориком ахнули: на полу лежал горгул безо всякого морока.
Я каким-то образом вернула ему его первоначальный вид ящера.
— Хляби рогатые, что это было? Неужели я снова обрёл свою форму? — с надеждой простонал Гарсиан, поднимаясь с пола.
Пошатываясь, он подошёл к зеркалу и покрутился перед ним, придирчиво рассматривая себя со всех сторон.
— Фаина… — из глаз рептилоида потекли слёзы. — Дай я тебя расцелую, девочка моя! — этот маньяк кинулся ко мне.
Я испуганно вскрикнула, но Жорик ещё плотнее укрыл меня своими крыльями и угрожающе рыкнул на отца:
— Не трожь! Она моя!
Мне было плохо видно, но, кажется, принц остановил своего папашу, обхватив его хвостом за шею.
— Понимаешь, что ты сделала, феечка? — прохрипел Гарсиан, высвобождаясь из захвата. — Ты не только вернула мне мой утраченный облик, но и сотворила из моего сына настоящего мужика! Раньше он не осмеливался мне перечить. Наконец-то то я увидел в Джорджиане достойного наследника, которому по праву перейдёт престол Горгалии!