(Не)Холостяк (СИ)

Не получается... Я не могу на неё злиться.
Только звонок от офтальмолога заставляет меня хоть немного вспылить. Что за безалаберность по отношению к своему здоровью! 
Не люблю просить, но за неё готов. Захар быстро откликается на мою просьбу, помнит старый, ещё с Питера, должок. 
Волжина, что ж ты упертая-то такая! Быстро и бесплатно, а не за пол ляма, которые ты отвалишь за операцию в другом месте. 
Странно, что тебе твой звёздный друг не помог. Хотя... Вероятнее всего тоже отказалась от помощи. Для него такие деньги — это один ужин с друзьями в ресторане. 
* * *
Смотрю на стеклянные, бездвижные глаза Алисы и не понимаю, что происходит. Она всего лишь притронулась к затылку поступившего. Морщится от боли. Что за... 
А потом её выворачивает наизнанку в туалете. Вид такой, будто из неё вытянули всю силу, слегка покачивает. 
Свиной цепень в мозге? Первый раз с этим сталкиваюсь. Такое в тропиках возможно, но у нас? 
Бред какой-то... Проверим.
Но это самое начало. Её рассказ на грани какой-то мистики. В такое трудно поверить. Но я его уже знаю. Она писала про это. Значит про себя...
Давай, докажи мне, что это правда! 
* * *
Сжимаю её руку, сняв перчатку. 
— Отпустите, мне очень больно,— почти теряет сознание. 
Подхватываю на руки и доношу до дивана. Мягко опускаю и сажусь рядом. 
Алиса не шевелится, просто лежит с закрытыми глазами, а меня съедает изнутри вина, что я причинил ей боль. 
— Вы меня обманули,— прерывает молчание.— Ваша жена была немкой и бросила она вас не из-за того, что вы на работе пропадали, а признались ей в измене. Это было всего раз, но она не смогла простить... 
Да уж... Она глубоко влезла в меня, задев за живое. Я об этом никому, кроме лучшего друга, не рассказывал. По пьяни на вечеринке с коллегой получилось. Жалел жутко, совесть замучила. Я и рассказал жене... 
— Уходите, мне нужно отдохнуть,— поворачивается на бок и по-детски подкладывает ладошки под щеку. 
Уже у двери я слышу её слова:
— Не любите меня... Я другого люблю. 
  
Глава 26
 
Почему Ник не отвечает? Самолёт три часа назад уже приземлился. Лиля позвонила и сказала, что едет домой. А этот до сих пор вне зоны доступа. 
Обещал сразу...
Нервно постукиваю пальцами по столу, гипнотизируя телефон. Ну, давай, Ник! 
У меня ещё один пациент через пять минут и только потом смогу уехать. 
Стук в дверь. 
— Войдите. 
Сначала в кабинет вваливается огромный букет красных роз, а потом уже тот, кто их принёс. 
— Ник!— срываюсь с места и лечу к нему, повисая на шее. 
Держит одной рукой, второй сжимает цветы, бросает на пол и обхватывает двумя. 
От поцелуев перехватывает дыхание и становится жарко. Я так соскучилась... Слезы радости начинают течь из глаз. 
— Эй, ты чего?— опускает на пол и вытирает слезинки. 
— Это от счастья,— улыбаюсь сквозь пелену в глазах. 
— Я тоже очень скучал,— обхватывает моё лицо и покрывает поцелуями. 
Выглядывает в коридор — никого нет. Ногой закрывает дверь и сжимает меня в объятьях, оттесняя к дивану. 
— Я чуть не сдох там без тебя,— начинает расстёгивать мой халат. 
— Ник, нет! У меня сейчас пациент, он может войти,— хватаю его за руки. 
— Этот пациент я. Ян записал меня под чужим именем,— целует в шею. 
А у меня ноги начинают подкашиваться от его прикосновений и ласки, блуждающих по телу рук. 
Блин! А если доктор Грозный припрётся? Он не сильно церемонится и не ждёт приглашения войти. Чувствует себя здесь хозяином и заходит сразу. 
А ещё у него фантастическая способность появляться тогда, когда о нём думаешь. 
И сейчас тоже. 
Стук и открывается дверь, подвигая в сторону тяжелый букет, которым Ник её подпёр. 
Мы не сразу успеваем с Гасом разлепиться от поцелуя, и главный становится его свидетелем. В глазах скользит агрессивный огонёк. 
— Ник, пусти,— тихо, отрывая от себя его руки. — Это наш новый главврач.
 
— А старый, доктор Айболит, куда делся?— тоже шёпотом. 
— Уволился. Виталий Олегович, вы что-то хотели?— смотрю на доктора Грозного. 
— Да, что бы своей личной жизнью вы занимались вне работы,— в голосе лёд, даже скрежещет. 
-Извините, это я виноват,— вступается за меня Ник.— Долго отсутствовал, соскучился. 
Не надо, Гас. Ты к нему дружелюбно, а он нет. У него ревность закипает. Ты же не знаешь ничего... 
— Можно я её у вас украду?— подходит и протягивает Грозному руку для рукопожатия. 
Тот смотрит ему на ладонь, потом на меня с недовольством. Не жмёт.
— Можно. 
Раздраженно разворачивается и уходит. 
— Он всегда такой? 
— Нет. Обычно он душка... Поехали. 
— Я столик в ресторане заказал,— помогает мне надеть пальто. 
— Ник, нам нельзя на виду у всех торчать,— дёргаюсь. 
Мда, Грозный подлил масла в огонь в мою шаткую душу. 
— Никто нас не увидит, в этом месте строго следят за конфиденциальностью гостей,— прижимает к себе и целует за ухом.— Люблю тебя, Алиска. 
— Взаимно...
* * *
— Ник, мне в душ надо,— смеюсь, отбиваясь от приставаний прямо от закрытой входной двери его квартиры. 
— Потом... Я не могу терпеть,— задыхается и торопливо срывает с меня одежду. 
— Нет. Сейчас. 
— Я перегорю...
— Ты? Я тебя умоляю! Не смеши. Куда?— пытаюсь повернуть голову в тисках его объятий и немного осмотреться. 
Квартира огромная и шикарная. 
— Туда,— кивает головой.— Прямо и налево,— нехотя отпускает. 
Столько разочарования в его глазах. 
— Я быстро,— чмокаю и убегаю в ванную. 
Здесь всё тоже дорого и богато. Даже страшно в такой ванне мыться. Не скажу, что у нас дома всё победному — Лиля сделала отличный ремонт пару лет назад, но по сравнению с этим...
Скидываю одежду, подставляю разгорячённое тело под тёплый душ и представляю, как мне будет потрясающе хорошо через пять минут. 
По телу пробегает волна возбуждения, оседая внизу, в самом интимном месте. 
А ещё перед глазами встаёт осуждающий взгляд доктора Грозного. 
Вот только не сейчас!
Вы мне не испортите восхитительную ночь, Виталий Олегович!
Это вы в меня влюблены, а не я в вас. Понятно?! 
Заворачиваюсь в большое белое пушистое полотенце. Причесываюсь и немного приминаю волосы, чтобы получились завитые локоны. 
Где-то играет лёгкая музыка, создавая романтическое настроение. 
Ник в гостиной, которая освещена только свечами. На нём такое же полотенце, обернутое вокруг бёдер и он явно из душа. 
Хлопок пробки шампанского и Гас разливает дорогущий шипящий напиток по бокалам. 
— Держи,— протягивает один мне. 
На губах такая пошленькая улыбка, что мурашки по телу. 
— Когда ты всё успел?— чокаемся и я делаю небольшой глоток. 
— У меня две ванные комнаты,— приобнимает рукой за талию и начинает медленно кружить меня в танце. 
— Умм... Как удобно...
— Очень удобно,— прижимается губами к шее. — У тебя будет своя. 
— Что это значит?— поднимаю на него глаза. 
— Рано или поздно это случится, и мы будем жить вместе. 
— Даже так...
— Да. Была бы моя воля, я тебя бы с этой минуты отсюда не выпустил. И любил бы до потери сознания, сделал своей секс-рабыней,— ловко подхватывает край моего полотенца, на котором вся эта завёрнутая конструкция держится на мне. Оно падает. 
— Ух...— пожирающий взгляд. 
Я проделываю тоже самое с его полотенцем. 
Мы как первобытные: голые и голодные. 
Бокалы на стол и я уже крепко обнимаю ногами его талию. Его губы жгут кожу поцелуями, а руки грубо сжимают. 
Валит меня на диван. 
— Нежно или жёстко?— ставит перед выбором. 
— Второе...
— Извращенка,— дико улыбается и впивается поцелуем в мои губы.