Сестренка (СИ)

-Ты молодец, что пришел. Я была в шоке от случившегося и толком не поблагодарила тебя. Ты ведь сам тогда рисковал. Спасибо тебе, - опустив глазки, произнесла Суворова.
-А ну-ка давайте поподробней. Чем это ты рисковал? Это связано с ворами? Правильно я понимаю? Что- то Наденька, ты мне не все рассказала, - засомневался Дубов в правдивости рассказа сестры. Ванька как бы нехотя рассказал подробности стычки. Описал, все как было, даже чуточку краше. Это так для лучшего восприятия. Причем, как заметила Надежда, Иван даже и глазом не моргнул, вдаваясь в описание всех деталей. Умел парень рассказать. Вроде и ничего не соврал, но так ловко акценты расставил, что из Надьки сделал отчаявшуюся пострадавшую, а сам выглядел как герой! Ну, хоть медалью награждай. Пашка начал переживать. Посыпались дополнительные вопросы. За такой счастливый исход дела грешно было и не выпить. Баконин плеснул в стаканы портвейна, и беседа плавно покатилась дальше. После второго тоста сосед начал повествование о своей нелегко службе и на какой- то миг мужчины, найдя общую тему для разговора забыли, о существовании Надежды. Она со стороны наблюдала, как восхищался ее двоюродный братец смекалкой и храбростью Баконина, который найдя в лице Павла благодарного слушателя, плотно присел ему на уши. Контрактник явно заливал о своих похождениях, пользуясь доверчивостью собеседника. Надюхе даже стало немного весело. Пусть Ванька и врунишка, но все равно именно он спас ее от ножа Семена. Суворова выпивала чисто символически и всю бутылку ребята выпили почти сами. За окном достаточно потемнело, выпивка закончилась и на сковородке осталась ложка жареной картошки. Пора было расходиться. Баконин засобирался домой, а Надя вызвалась его проводить.
-Спасибо, что зашел. Была рада познакомиться, - пискнула Надежда, прижатая к двери Ванькиной статью. Сосед явно просто так уходить не собирался.
-Я тоже рад, но хотелось познакомиться поближе! – прошептал парень и, наклонившись, прижал девушку к себе. Губы Вани обожгли жаром поцелуя уста Суворовой, но взаимного ответа не последовало.
-Пусти! – толкнула его в грудь девушка.
-Ты чего? Я же со всей душой! – возмутился Баконин. Напирать на девчонку он не стал.
-Ванька, ты чего удумал? – отошла от него подальше собеседница.
-Понравилась ты мне. Может это любовь? – поэтически произнес Иван.
-Какая любовь? – веяло скептицизмом от Надежды.
-Мне 17, а тебе за двадцать и видимся мы первый раз в жизни. Где тут любовь?
-С первого взгляда, - буровил всякую чушь Баконин, прикидывая в уме варианты развития ситуации.
-Знаем мы эти взгляды. Ты хороший человек Ваня, и давай разойдемся друзьями. Ты москвич, а я из Приморского края и у нас ничего нет общего. К серьезным отношениям я не готова, а крутить мимолетные романы не собираюсь, - строго отчеканила Суворова. Парень вздохнул, понимая, что на этот раз ему ничего не светит.
-Зря ты так. Могли бы и повстречаться, пока я в отпуске, - сожалел парень.
-Девочка на отпуск? Хм! За кого ты меня принимаешь? – негодовала Надя.
-Могла бы и отблагодарить за спасение, - не оставлял надежд Иван.
-Каким образом? Переспать с тобой? – подперла она руками бока и строго осмотрела на парня. Баконин от такого взгляда поежился.
-Да пошутил я.
-Шутник! – передразнила его девушка.
-Ладно, я пойду, - решил сосед, понимая, что все его планы рухнули. Надька возможно бы еще злилась на парня, но тут снова пришло видение. В глазах слегка потемнело, и закружилась голова. А увидела она горную дорогу и горящую колонну техники. Серые громады скал излучали страх и безразличие. Среди горящих машин веяла смерть, собирая свой кровавый урожай. Спасения не было, если, что только у реки! Она отчетливо слышала шум воды, бегущей по камням, где-то там внизу. Какой-то голос шептал ей, что только вода может спасти. Надо идти именно к ней.
Иван, заметив изменение в состоянии собеседницы, участливо спросил: «- Тебе плохо?»
-Сейчас все пройдет, - покачала девушка головой. Пришедшее видение не надо было ни как интерпретировать, все было и так понятно. Ванька служил водителем и скорее всего где-то там, на Кавказе его колонна попадет в засаду.
 
Парень хотел подойти поближе, но Суворова остановила его движением руки.
-Послушай Ваня и постарайся запомнить, может мои слова спасут тебе жизнь.
-Надь, да, что с тобой? – начал волноваться Баконин.
-Слушай внимательно, - оборвала его дальневосточница.
-Когда тебе станет особенно страшно, и ты не будешь знать, что делать иди к реке. Вода спасет тебя, - сделала свое предсказание сестра Пашки Дубова.
-Ты сейчас, о чем? – не понимал Баконин всего происходящего.
-Долго объяснять. Просто запомни и все, - не стала утруждаться разъяснениями Надежда.
-Странная ты какая-то, - пожал плечами Иван.
-Вот видишь! А ты хотел со мной встречаться, - одарила его прощальной улыбкой Суворова, скрываясь за дверью квартиры.
Следующий день должен был, поставит решающую точку в ее вояже в столицу, а может и многоточие. Сегодня в институте вывесят список абитуриентов, которые по сумме балов будут зачислены в ВУЗ. У Надежды были большие сомнения относительно собственных шансов. Однако стоило убедиться в своих подозрениях или развеять таковые. К сожалению, список не был отмечен ее фамилией. Предсказуемый результат! Испив эту горькую чашу до дна, она отправилась к Дубовым, размышляя по дороге о своих дальнейших планах. 
Во дворе стояла машина скорой помощи и дружный коллектив пенсионеров, что-то бурно обсуждал.
-Кому-то плохо? – поинтересовалась Суворова у бабулек.
-Борисович, представился! – констатировал «наблюдательный совет».
-Он с утра уже с бутылкой в обнимку. Вот она проклятая его и довела, - судачили пенсионерки. У Нади технуло сердечко в предчувствии беды. Двоюродная сестра Павла поднялась на четвертый этаж. Входная дверь в квартиру Клавдии Петровны была открыта. Женщина со слезами на глазах сидела на диване, а рядом утешая ее от такого внезапно навалившегося горя, сидела Тамара Федоровна Баконина, мать Ивана. Заприметив девушку, жена Борисовича поспешила выйти к ней.
-Что случилось? – зашептала Суворова.
-Вы ему эликсир давали? – чувствуя неладное поинтересовалась она.
-Давала, - кивнула головой вдова.
-Сколько? – последовал риторический вопрос.
-Все что оставалось, - призналась Клавдия Петровна.
-Вы с ума сошли? Это же лошадиная доза. Организм мог не выдержать. Хотя почему мог? Он и так не выдержал. Я же вам говорила…, - зашипела на соседку Надя.
-Говорила, - подтвердила та.
-Мне хотелось, чтобы сразу. Чтобы не ждать, - извиняющимся тоном произнесла женщина.
-Сразу, что? – нервничала Суворова.
-Получить результат, - пояснила свои стремления Клавдия Петровна.
-Вы его получили! – гневно произнесла Надя.
-Теперь меня обвинят в отравлении. Зачем мне это нужно? Это же статья! Вы это понимаете?
Баконина приподняла голову, наблюдая, как девица в чем-то отчитывает ее соседку.
-Не переживай, я ничего не скажу. Бутылку из-под трав я выкинула, - пыталась успокоить ее москвичка. Надежда с сожалением посмотрела на взрослую женщину.
-Неужели она не понимала, что в морге при вскрытии все станет ясно? Теперь из-за ее жалости обвинят в убийстве Клавдию Петровну и ее саму, как соучастницу. Почему, как только хочешь сделать добро людям, это добро оборачивается для тебя сплошными неприятностями? Так получилось с кошельком и вот теперь с отваром. Оказаться в тюрьме, так и не начав жить? Разве к этому она стремилась? Такого себе желала? И зачем она ввязалась в эту историю?
-Эх, Клавдия Петровна! – вздохнула девушка.
-Что-же вы наделали?
Слушать дальнейшие оправдания смысла не было. Понуро опустив голову Суворова, поплелась по ступенькам вниз. В этот день она закрылась в комнате и не выходила из нее. Для Пашки свое поведение мотивировала провалом экзаменов в институте, но на самом деле она просто боялась. Морально она готова была понести наказание за смерть Борисовича. Даже вещи снова в походную сумку сложила. Хоть Борисович и был никчемным алкашом, если судить по постоянным дебошам, но укорачивать его жизнь никто права не давал. Звонок в дверь не был для нее неожиданностью. Надя ждала его. Но все равно внутри, что-то оборвалось. Девушка сделала глубокий вдох и пошла открывать, даже не поинтересовавшись, кто находится снаружи. Это был худощавый молодой лейтенант. Он окинул Надежду колючим, подозрительным взглядом свойственным, наверное, всем милиционерам.