Весьма безрассудно (ЛП)

— Чемпион, — отвечаю я.
— Где ты? — спрашивает он, задыхаясь, на заднем плане раздается хруст гравия под тяжелыми ногами.
— Рядом со станцией, а что?
— Где Блэйк?
Ужас сковывает все мои мышцы, и я разворачиваюсь, направляясь в ту сторону, откуда пришел.
— Она пошла посмотреть, на месте ли ее сумка, которую она оставила вчера. Что, черт возьми, происходит?
— Ее ищет Скотт Уилсон.
У меня кровь стынет в жилах при упоминании этого имени.
— Твой брат с ним.
И эти слова останавливают мое сердце.
— Не может быть.
— Хоук, останься со мной. Ты видишь Блэйк?
— Почему они ищут Блэйк? — рычу я, продолжая бежать к станции. Людей было слишком много, чтобы я мог легко определить местонахождение девушки, но мне кажется, что это хорошо, верно?
— Я уже в пути, Хоук, — говорит Энцо. — Забирай Блэйк и отправляйся домой. Прямо сейчас. Встретимся там.
Связь обрывается, но я все еще бегу, пробиваясь сквозь толпу, отталкивая их с дороги. Я вижу вспышку платиновых светлых волос, прежде чем замечаю их.
Двое мужчин, ни один из них не Скотт и не мой брат, но они нашли Блэйк и бегут за ней, пока она повернута спиной и разговаривает со служащим.
— Блэйк! — реву я.
Она резко развернулась ко мне, прежде чем ее голова молниеносно повернулась к мужчинам, стоящим ближе, чем я.
Нет. Нет!
Один из них делает шаг вперед, достает пистолет и стреляет. Вся станция погружается в хаос: раздаются крики, люди начинают бежать. Я теряю Блэйк из виду в этом безумии, крики и вопли окружающих почти заглушают звук второго выстрела.
— Блэйк!
Я отталкиваю людей с дороги, так как их всепоглощающий страх пытается остановить меня на пути к ней. Мое сердце колотится слишком сильно и быстро в моей груди.
Спотыкаясь о собственные ноги, я выбираюсь наружу и вижу, что ко мне бежит Блэйк.
— Беги! — кричит она.
— Ты ранена? — кричу я, осматривая ее, но она не дает мне дотронуться до себя.
— Блядь, беги, Хоук!
— Черт возьми! — я хватаю ее за руку и тяну за собой, заставляя идти в ногу со мной, что нелегко, учитывая, что мой шаг в три раза больше ее, но нам это удается. Мы затерялись в толпе, пока бежим обратно к машине.
— Блядь! — я распахиваю дверь и практически забрасываю ее внутрь. Прежде чем запрыгнуть на водительское сиденье, я оглядываюсь назад и обнаруживаю двух мужчин, преследующих нас.
Один поднимает руку и стреляет.
— Пригнись!
Лобовое стекло разбивается, осыпая нас обоих, но мне удается завести двигатель и выехать на встречную полосу. Я не обращаю внимания на гудки, визг шин, когда выжимаю газ.
— Быстрее! — кричит Блейк, выглядывая в окно, чтобы проверить, нет ли за нами слежки. Когда мы спокойно едем уже минут десять, я начинаю понемногу расслабляться: дорога, ведущая к подвалу, тихая, и я знаю, что за нами не следят.
— Ты в порядке? — я смотрю на Блэйк, и мое сердце подскакивает к горлу от того, как она побледнела. — Блейк!?
Она не отвечает, ее глаза закрыты, а тело обмякло. Ее рука обхватывает живот, и я вижу… кровь. Так много гребаной крови.
— Блэйк!
Думать некогда, только действовать. Я жму на газ, мчусь к складу и бью по тормозам, едва здание появляется впереди. Энцо там, как и Габриэль Сэйнт, его брат Атлас и Девон Кросс.
Энцо двигается прежде, чем я успеваю заговорить, с паникой смотря на Блэйк, которая так и сидит на сиденьи.
— Нет, нет, — кричит Энцо, распахивая дверь.
Я застыл, не зная, что делать.
А потом Блэйк уже в руках Энцо, ее безвольное тело кажется таким маленьким и хрупким.
— Я не знаю, что случилось, — шепчу я. — Я не знаю, что, черт возьми, произошло!
— Хоук? — я смотрю на Габриэля, который поднял руки, словно сдаваясь. — Внутрь, сейчас же. Нам нужно попасть внутрь.
— Что, блядь, происходит!? — кричу я, словно выныривая из тумана, брови сходятся к переносице, когда я слежу за спиной Энцо, из-под его руки выглядывают светлые волосы Блэйк.
Я бросаюсь за ними, она не может умереть. Она не может умереть, черт возьми.
Глава 30
Энцо
 
— Котенок, — шепчу я, неся ее по лестнице. — Котенок, проснись, детка.
Я не останавливаюсь. Мои ноги быстро двигаются, пока я несу ее в комнату. От ощущения теплой жидкости на моих руках у меня сводит живот. Только не снова.
— Энцо, — мягко говорит Девон, — положи ее сюда, — он указывает на большой диван. — Мне нужно осмотреть ее.
— У н-нее кровотечение, — заикаюсь я.
— Хорошо, — он тщательно скрывает свой шок от того, что услышал мой голос, и говорит так, будто обращается к дикому животному. — Я могу помочь, хорошо? Мне просто нужно осмотреть.
Я киваю, но руки сами собой сжимаются, словно я могу вернуть дыхание ее безжизненному телу, остановить кровотечение, если просто буду держать рядом.
Я снова почувствовал себя ребенком, которому пришлось наблюдать, как умирает первый человек, которого он полюбил.
— Ты нужен Хоуку, — это был Габриэль. — Пусть Девон разберется с Блэйк.
Я поворачиваю голову к Хоуку, который застыл в дверях, не сводя глаз с тела в моих руках, с бледным лицом и пустыми глазами.
“Ну же, Энцо” — рычу я внутренне, — “соберись, мать твою.”
Я несу Блэйк к дивану и аккуратно укладываю, помогая Девону снять одежду с ее тела, которая прикрывает кровоточащий участок на левой стороне живота. Было чертовски много крови, она размазалась по бледной коже, стекала по бокам, но я не мог понять, откуда она течет.
Девон не ждет. Мужчина начинает выгружать припасы, кажется, уже обнаружив рану, потому что он прижимает кусок марли к ее боку. Белый материал медленно окрашивается в красный цвет, по мере того как кровь продолжает течь.
— Хоук, — с трудом выдыхаю я, поворачиваясь к нему лицом. Страх клубится внутри, но я проглатываю его, не показывая.
— Она… — Хоук заикается, шатаясь.
Мужчина был так же бледен, как и она.
— Нет, — отвечает Девон. — С ней все будет в порядке. С ней все будет хорошо.
Я хватаю Хоука за плечо и притягиваю ближе, заставляя посмотреть на меня. Этот пустой взгляд, эти безжизненные глаза напоминают о тех неделях, когда я забрал его у Скотта в Нью-Йорке. Шок — сука, и могут пройти часы, недели, месяцы, прежде чем человек сможет пережить травму.
Не все такие, как я. Я глотаю насилие и боль так, словно это воздух, которым я дышу, но Хоук, каким бы жестоким и закрытым он ни был, больше всего боится, что пострадают люди, которых он любит. Так было с его братом, которого он считал мертвым, но это оказалось неправдой, а теперь еще и с Блэйк.
Он смотрит на меня в ответ, глаза наливаются слезами и становятся тусклыми.
— С ней все будет в порядке, — говорю я. — Девон с ней.
— Она должна была быть со мной, — шепчет Хоук. — Я должен был защитить ее.
— Ты защитил, Хоук. Ты привез ее сюда.
— Она пошла одна, — вздыхает он. — Они собирались убить ее.
Я качаю головой.
— Это неважно. Она у нас, им ее не достать.
— Хоук, — вмешивается Габриэль, положив руку ему на плечо, — она под нашей защитой. Как и ты.
— Мне плевать на себя, — прорычал Хоук, обращая холодные глаза на Габриэля. — Мне нужно знать, какого хрена Скотт Уилсон хочет от моей девушки и почему мой гребаный брат до сих пор жив.
Глава 31
Блэйк
Боль притупилась.
Уже нет той жгучей, пылающей агонии, которая так быстро поглотила меня в машине, что я даже не могла закричать. Теперь, пошевелившись, я ощущаю лишь тупую пульсацию в боку. Глаза открываются с трудом, словно кто-то приклеил их к векам. В комнате было тускло, горела лампа, отгоняя темноту, а я лежала в постели, простыни были натянуты до груди.
— Хоук? — прохрипела я, паника захлестнула меня. Я не знаю, что произошло после того, как мы сели в машину. Поймали ли нас? Кто это вообще был?
Этот вопрос казался бессмысленным, потому что в глубине души я знала. Была на сто процентов уверена. И я только что принесла свои проблемы к их порогу. Тошнота подкатывает к желудку, и мне приходится действовать быстро, игнорируя тянущую боль в боку, чтобы спрыгнуть с кровати и упасть на колени, найти небольшую металлическую урну и вытряхнуть содержимое желудка, которого и так было не много.