Литера А. Проложить маршрут (СИ)

Даже я бы при таком питание с десяток-другой лишних кило набрал бы. И это при моих-то нагрузках.
— Уууу, ведьма! — Привычно выдала Терская, воспылавшая к нашей рыженькой "спичке" открытой "нелюбовью".
А для того всего-то и понадобилось один раз увидеть, как наш санинструктор, довольно жмурясь, уплетает с видом "Мне с этого ничего не будет!" с десяток пирожных. И это в тот самый момент, когда блондиночка едва-едва себе одно-то разрешила! Правда, "одно" потом все равно удвоилось, но в целом ситуацию это не спасло…
— Так бегать больше надо! — Сообщила преспокойно рыженькая. — А то вон как щечки округлились… Сидячая работа она такая!
От такого "обвинения" подвисли все…Уже через несколько секунд грянув дружным хохотом. А чего? Нервы разговор любят. И смех — тоже. А обсуждений своего нынешнего положения мы как-то синхронно избегаем. Да и к чему? Все здесь через одно место. Так зачем еще напастей себе придумывать, когда можно просто чуть подождать и посмотреть, чего нам снова подкинут местные.
А наблюдения за "враждой" Терской и Высоковской, которые не на словах, а на деле, порвать готовы были друг за друга кого угодно, отличный способ слегка успокоить нервы!
Ох, чувствую, хлебнуть Гусейн успел где-то, прежде чем мяском заняться на Рынке. Больно уж неожиданно появился он со здоровым блюдом в руках. Да и двигался с грацией для его комплекции достойной весьма и весьма.
Где-то там он оставил и вежливость. А потому, аккуратно поставив блюдо посреди стола и десяток тарелок стопкой, он ограничился одним-единственным пожеланием:
— Ешьте.
Вилок-ножей, видимо, не полагалось. Первым к блюдо потянулся Мага, подцепив пальцами обжигающий кусочек и тут же отправив его в рот. Судя по блаженству, буквально растекшемуся по его лицу, сам вкус блюда компенсировал любые недочеты его сервировки. А нам следовало поторопиться. Ведь Высоковская уже последовала примеру Бероева. А эти двое и все блюдо приговорят, если дать им волю!
* * *
Обратно в ангар мы вернулись ровно в срок. Довольные и сытые. Ведь за первым блюдом появилось и второе. Не поскупился Гусейн и на зелень, соусы даже чай и морсы. Просто, как оказалось, надо было чуть подождать. А мы не утерпели.
Впрочем, по его словам, никто не дожидался. Особенно в первый раз. И по деньгам нормально вышло.
— Для своих, с БП, особые цены. — Сообщил он все тем же скучным голосом. — Заходите еще.
Впрочем, он и не нуждался в зазывалах или каком-то особом "сервисе", как это называлось до Катастрофы. Вот я, например, совершенно точно был уверен, что сюда еще зайду. Судя по довольному виду Высоковской и Бероева можно было с уверенностью казать, что они будут столоваться ТОЛЬКО здесь, как к тому будет малейшая возможность! Хотя… Отчего-то мне кажется, что остальные спорить особо не будут.
— Ну, чего, отроки… И отроковицы! — Улыбнулся понимающей улыбкой прапорщик Агапов. — Чувствую, что привкус первой встречи вам закусить удалось!
Нет, серьезно, когда старик не строил из себя зажравшегося тыловика, не было дядьки приятнее него! А, может, этот мир в целом воспринимается светлее после такого обеда?
А вот счастье Терской было неполным. Она буквально подпрыгивала на месте. И никакая тяжесть вкуснейшего мяса в желудке не могла ей в этом помешать.
— Ясно все с тобой, егоза! — Сообщил старик, да и махнул нам рукой. — Пошли уж!
Удивительно легко и просто он обращался к офицерам (!) по именам. Но где ж тут спорить, если и командир поезда для него "Никитка"! Короче, со своим уставом в этот монастырь лезть не стоило. Проще было перенять местные правила поведения. А они, как я успел заметить, легкостью нравов отличались неимоверной.
И вновь смотровая площадка, в центре которой стоит уже другая машина. Она по внешнему лоску "старушке Рите", которую выгнали тут же под навес, уступала кратно. Но ведь не это главное в боевой машине, верно?
— Есть где переодеться? — Поинтересовалась Терская.
 
Повседневку жаль "убивать". А мы сейчас извозимся с ног до головы. Только вот если у танкистов есть комбезы, то…
— И не найдется ли у вас запасной "шкурки"? — Поинтересовался я.
Прапорщик Агапов глянул на меня с интересом, но спрашивать ничего не стал, лишь скомандовал коротко:
— За мной!
Небольшое раздевальное помещение нашлось тут же. Хотя сам бы я, вероятно, неприметную дверь бы и не заметил. Помещение традиционно было одно, без деления на "Эм" и "Жо". Но ведь и в Академии так же. Привычно повернулись друг другу спиной и переоделись. Танкисты и танкистка в свое, а мне достался почти чистый "гостевой" комбез.
— Как-то не ожидали! — Заявил старик, пожав плечами.
Мне было все равно. За несколько часов "в обнимку" с дизелем я так извожусь, что нынешнее "загрязнение" комбеза можно не учитывать. Очень надеюсь, что душ с горячей водой тут есть.
Что ж, приступим. И… Марат мне в помощь. Молчаливый татарин в обслуживании танка разбирался очень неплохо. Что, с учетом моих навыков, помноженных на Дар-мехиникус, позволяли дать хоть какие-то гарантии.
— Ты же бронебойщик, сынок? — Поинтересовался прапорщик, поняв, что я действительно собираюсь покопаться в "стальном сердце" танка.
— Угу! — Совершенно не по-уставному, но вполне в местном стиле согласился я.
— Разбираешься в таких?
Взгляд мой на миг стал чуть растерянным.
— А это… Хм! — Чуть сбился я, глядя в сторону открытых сервисного люка. — Оу! Леееен!
— Ау? — Высунулась из командирского люка девушка.
— У нас тут модернизация.
Слышал я об этих двигателях. Они к нам на испытания приходили. В "Мастерские Меньшиковых", я имею ввиду. А вот дела сам не имел. Впрочем, лиха беда начало!
— У тебя стандарт должен был идти V-образный, 12-цилиндровый дизельный двигатель, рабочим объемом почти в четыре литра кубических сантиметров и мощностью пятьсот восемьдесят лошадиных сил. А это… Так, сейчас вспомню… Двигатель В-46-5, если мне память не изменяет. Мощнее стандарта на сто десять "лошадок".
— И как он?
— Все тот же четырехтактный быстроходный дизель с жидкостным охлаждением, непосредственным впрыском топлива и наддувом от приводного центробежного нагнетателя, — вновь зарылся в чертоги памяти я. — Отличается от стандарта генератором типа Г-6,5, конструкторы отказались от выпускных трубопроводов, а выходные окна головок блока закрыли защитными щитками. Ну и по мелочам: поставили принудительную систему вентиляции картера и развернули раструб водяного насоса. Все, больше ничего не вспомню и разглядеть пока не могу.
А вот прапорщик Агапов довольно кивнул.
— Ты, сынок, ко мне дядя Костя обращаться можешь!
Сказал, и был таков. Просто развернулся и ушел. Воспользоваться местными инструментами мы могли без проблем. Да и ремонтный набор имелся. Так что… За работу!
— А как он вообще? — Терская сделала пространный жест рукой, мне, впрочем, вполне понятный.
— На испытаниях показал получил высокую оценку, — пожал плечами я. — А вот как оно в поле себя поведет. Впрочем, это же модернизация "сорок шестого". Уж он-то надежен. Должен нормально быть. Это все, что я знаю.
Блондиночка задумалась на миг.
— Зато чуть резвее должен быть, да? — переспросила она задумчиво.
Скорее риторически даже, а вовсе не переспрашивая меня. Уверен, он и в первый раз все прекрасно услышала!
— Почитай умную книжечку с ТТХ, — порекомендовал я. — А вообще должен быть!
Закончили мы возиться ближе к ночи. Зато теперь Терской в акте приемки техники было не стыдно расписаться.
Нас со смотровой площадки не гнали. Дядя Коля несколько раз приходил проведать, уважительно хмыкал и вновь растворялся в сумерках, оставив после себя лишь духовитый запах папирос. Кстати, смолил он их демонстративно под знаком "Курить запрещено".