Золотой удар
* * *Спустя примерно час за воротами послышались крики, Метелица и Птаха бросились к воротам и стали стучать в дверь. Однако никто не спешил отворять засов. Минуты через две все стихло.
Метелица проклинал вохру, Арчил ругался на грузинском, Мытый скрутил очередную козью ножку, нервно курил и крутил тремя пальцами левой руки свою заточку. Сулейман, закрыв глаза, напевал какую-то старую лезгинскую песню. Спустя примерно полчаса что-то за дверями скрипнуло, послышались проклятия и стон. Метелица, все еще стоявший у входа в барак, прильнул к щели и, схватившись за голову, заорал:
– Миша!!! Живой!
Лязгнул засов, и воротина открылась. В барак ввалился Анжуец и, тут же опершись на подставленное Метелицей плечо, проковылял к своему топчану. По пальцам седовласого вора стекала кровь, лицо было бледным, но в глазах Миши сверкали яростные задорные искорки. Вор тяжело опустился на нары и вынул из кармана два финских ножа и сделанный из куска стальной пластины кошкодер.
– Пики прибери, – сухо распорядился Анжуец.
Метелица тут же убрал принесенные клинки и спросил:
– Да как же так? Мы уж и не чаяли.
Анжуец оскалился и вытер пот рукавом, потом снял фуфайку, и все увидели кровавую рану в области левого плеча. Анжуец сорвал с матраса простыню и кинул Птахе.
– Эй, малой, перевяжи!
Птаха тут же разорвал простыню и принялся перевязывать рану вернувшегося из оперчасти вора. Когда дело было сделано и Птаха отступил, Анжуец еще раз оглядел весь барак и продолжил:
– Ну что, с рождением вас, кореша! Кажись, буря миновала…
– Да как же так? Ну, Миша… Ты что же?.. – Голос Метелицы дрожал, в глазах сверкали блестки, что было так непривычно.
Анжуец посмотрел в глаза каждому из своих корешей, чуть дольше задержался на Хряще и сухо кашлянул.
– Баркас и Лях зажмурились, Бабай и Валет в больничке, но, гадом буду, долго не протянут. Гуляй, босота, новые соседи, считай, остались без всех своих паханов. Теперь мы их, коль захотим, на ремешки порежем. И ни кум, ни хозяин [10] им уже путевку в жизнь не выпишут.
* * *Желудков прервал свой рассказ и допил оставшееся пиво. Зверев покачал головой.
– Выходит, он был один против четверых? Как же он так сумел-то?
– Не один он был! Один бы он точно не справился…
– То есть как?
– Анжуйцу кто-то помог! Другого и быть не может, и что-то мне подсказывает, что этот кто-то скоро себя покажет. Печенкой чую…
– Это тебе Хрящ сказал?
– Нет! Он тогда лишь намекнул, но не досказал чего-то, а я вот почувствовал, впрочем, я могу и ошибаться.
– Занятная история! Спасибо, Петя…
– Да уж чем могу.
Когда спустя несколько минут Зверев попрощался с собеседником и вышел на улицу, он достал из кармана купленный накануне билет. Повертев его в руках, Зверев скомкал бумажку и сунул ее в карман.
Часть вторая. Кроха, Рыба и Гвоздь
Глава первая
На следующий день после злополучного самоустранения Зверева от поисков банды Бубона, явившись в отдел, Костин застал там Волгину. На этот раз Мария облачилась в милицейскую форму и не придумала ничего лучше, как занять рабочее место Зверева. Перед оперативницей лежал последний номер журнала «Советский спорт», она его внимательно изучала.
– Увлекаетесь спортом? – буркнул Веня.
– Я бы так не сказала, этот журнал я нашла здесь. Здравствуйте, Вениамин Петрович, жду не дождусь, когда мы с вами приступим к нашей совместной работе.
Подражая голоску Волгиной, Веня пролепетал:
– Я бы не сказал, что разделяю ваши порывы. Вы вообще-то знаете, что заняли место нашего начальника майора Зверева?
– А почему бы мне его не занять? – Она поправила волосы и отодвинула журнал. – Вы ведь наверняка уже знаете, что Павел Васильевич с сегодняшнего дня находится в отпуске. Кстати, руководство отделом с этого дня возложено на вас. Ах да… вы наверняка хотели бы, чтобы я уступила это место вам?
– Вовсе я этого не хочу. – Веня смутился.
Волгина пожала плечами.
– Ну если так… Да, вы правы, это не принципиально, кто где будет сидеть.
– Раз вы здесь, то я так понимаю, вы уже и ключи от нашего кабинета заполучили?
– Разумеется! Мне на время нашего расследования по распоряжению Корнева выдали в дежурной части резервный комплект. Это, кстати, было нелишним. Сотрудники вашего отдела, как я также для себя отметила, не отличаются пунктуальностью, как и ваш хваленый Зверев. Когда я пришла сюда, в кабинете никого не было.
– Вообще-то до начала рабочего дня еще несколько минут.
– Вот именно! А кроме вас, на работу до сих пор еще никто не явился.
Веня посмотрел на часы. Они показывали без пяти минут восемь, а согласно регламенту рабочий день в Управлении начинался в восемь.
– В восемь явятся, уж не сомневайтесь, – огрызнулся Веня, сильно сомневаясь в душе, что окажется прав и сумеет утереть нос этой заносчивой штучке. Да уж, отказавшись с ней работать, Зверев в очередной раз проявил дальновидность и решительность. А ведь это только начало.
– Ну что ж, давайте подождем. – Волгина встала и подошла к соседнему столу, который занимал Шура Горохов. Когда женщина выдвинула верхний ящик стола, Веня возмутился:
– Вы всегда роетесь в чужих вещах?
– Вообще-то я не имею такой привычки, но тут особый случай.
Мария вынула из ящика и выложила на стол еще два журнала «Советский спорт» и несколько газет с разгаданными кроссвордами. Вслед за этим на столе оказались коробка с шахматами, колода игральных карт и надкусанный кусок изрядно уже подсохшей краковской колбасы, завернутый в газету, из которой сыпались хлебные крошки.
– Я заглянула в этот ящик потому, что увидела на нем таракана. Таракан нырнул в ящик и, к сожалению, сумел скрыться, но я не жалею о том, что пыталась его прибить. Как видите, в ящике я нашла много интересного. Все найденное здесь неплохо характеризует обладателя данного столика. И чей же это стол?
– Шурки… Ой, простите, лейтенанта Горохова.
– Ну что ж, теперь у меня есть представление не только о вашем Звере. Создается впечатление, что у вас тут все заняты чем угодно, только не делом.
– Мой стол вы уже успели осмотреть?
– Нет, не успела! Видимо, потому, что тараканы по нему не бегали.
Женщина прервала речь, потому что в кабинет вошел оперативник Дмитрий Евсеев. Он пожал Вене руку, кивнул Волгиной и сел за свой стол.
– Опять Шурка свинарник развел? Он еще не приходил?
– Не приходил, – ответил Веня.
– Вчера «Динамо» со «Спартаком» играли, наши продули пять-два, как бы Шурка с горя не накидался…
Веня строго посмотрел на Евсеева, тот не сразу понял, в чем дело:
– Что такое?
Веня пояснил:
– Товарищ Волгина не слишком любит обсуждать спортивные сводки, предпочитая им борьбу с домашними насекомыми.
Евсеев нахмурился и, видимо ничего не поняв, достал из сейфа какую-то папку, уткнулся в нее, время от времени искоса поглядывая на московскую гостью.
Мария снова посмотрела на часы. До начала рабочего дня оставалось еще две минуты. Вслед за Евсеевым вошли еще двое зверевских оперов: молодой Руслан Абашев и Константин Андреевич Щукин, хмурый пятидесятилетний мужчина с густыми усами. Увидев в кабинете облаченную в капитанскую форму Волгину, они пожелали ей здравия и, пожав руки Евсееву и Вене, устроились на своих местах и тоже зарылись в бумаги. Мария усмехнулась:
– Ну что ж, Вениамин Петрович, вы оказались правы… почти правы. Все сотрудники отдела, кроме любителя футбола и владельца тараканов, как я понимаю, собрались? Тогда давайте приступим. Со старшим лейтенантом Евсеевым мы уже имели возможность познакомиться в кабинете полковника Корнева. Вениамин Петрович, прошу представить мне остальных товарищей.
Веня указал на Абашева: