Исправленному верить (СИ)
- Вот же я снова напридумывала себе – на втором этаже торгового центра был неплохой ресторанчик. Скорее всего, он там… - пробормотала я и решила проверить свою теорию.
Поднявшись наверх, я огляделась в небольшом и полутёмном помещении ресторана. Но Сергея я не заметила и решила набрать его.
- Дорогая? – услышала я знакомый голос. – Как твои дела? А я вот работаю с мужиками, нужно очень срочно закончить проект.
- Дела? Да как тебе сказать… - я заметила супруга, который сидел за дальним столиком и обнимал девушку, которая что-то шептала ему на ушко. – Вот, в магазин заглянула… мужикам привет.
И вот я сижу в своей машине возле подъезда. Мне всё кажется, что я должна понять что-то очень важное. Ну, допустим, если уж положить руку на сердце, я не слишком шокирована увиденным. У нас давно с Серёжей нет ничего общего, даже сын и тот, больше не является «цементом нашего брака». Каждый давно живёт в своём мире, вежливо осведомляясь по утрам о самочувствии друг друга. Но, тем не менее, живём по привычке. «Не хуже, чем другие!» - любимая фраза свекрови. Но, насколько это было нужно мне? Подам заявление о разводе, пока сниму квартиру, буду работать, как-нибудь всё устаканится… не я первая, не я последняя.
Наступили плотные летние сумерки, когда словно что-то толкнуло меня – думаю, что я ещё могу что-то изменить, да, у меня есть шанс. Так, нужно поспешить. В любом случае, я могу ещё успеть на последнюю электричку. Я бросила свою машину возле вокзала, вытащила тяжёлые пакеты из багажника и поспешила к кассе-автомату. Быстро оплатила несколько остановок и доволоклась до пустого вагона. Судя по всему, Западное направление было не слишком популярно у граждан, желающих провести выходные на природе.
Впрочем, меня мало смущало одиночество. Пристроив свои кули на соседнее сиденье, бездумно смотрела в темноту за окном. Выпала я на каком-то полустанке, огляделась, взяла пакеты в руки и просто пошла вперёд, по утоптанной тропинке через лес. Впрочем, далеко идти не пришлось – впереди показался маленький домик с резными ставнями. Я опустила пакеты, которые изрядно оттягивали мне руки, на землю, и нерешительно постучала.
Глава 3
Глава 3
Открывший мне дедок внимательно осмотрел меня с ног до головы и неохотно кивнул, приглашая войти. Дед Юрась оказался крепким, даже кряжистым стариком с короткой бородой, одетый в какую-то кофту, свободную безрукавку и тёмные брюки. Светло-голубые глаза смотрели с сомнением, словно размышляя о том, правильно ли он поступил, разрешив мне зайти внутрь.
- Чего тебе, родная? – спросил дед Юрась. – Неужто, заплутала одна-то? Тут какая-то деревня есть неподалёку, раньше люди жили, а теперь и не скажу даже…
- Вот, держи, – я поставила пакеты на пол и невежливо перебила деда, – только помоги мне.
- Так, ночь середины лета прошла, вроде, – усмехнулся дед Юрась, переставая изображать из себя простого дедка.
- Неужели, на этом всё? – я опустила плечи.
- А вот этого мне знать не дано, – на лице старика промелькнуло сожаление, – ежели ты хочешь, я постелю тебе в горнице, потому как полночь скоро, куда тебе идти-то? Да и надо ли оно тебе? Ты подумай, подумай крепко. Тут, в этом мире, я так посмотрю, у тебя всё неплохо, а как там будет, одному Богу ведомо. Или тебя обидел кто? Так ты наплюй, наплюй и разотри, всякое в жизни бывает. Только ты одно пойми – это дорога в один конец и обратно ты уже не вернёшься. А ну, как не заладится у тебя, локти ведь кусать будешь.
- Подумала я, - хмуро буркнула я, опустив голову вниз.
- Н-да… вижу я, что якоря в этом мире у тебя нет. Одинокая, что ли? – участливо спросил дед Юрась, приглашая меня пройти в большую комнату, которую называл горницей, и споро принёс чайник и две чашки, в которые тут же налил чай. – Вот, чайку попей, или ты из этих… которые после шести часов вечера не едят?
Дед подозрительно посмотрел на меня исподлобья, заранее осуждая всех, кто придерживается подобного режима принятия пищи. Я отрицательно покачала головой и взяла предложенную чашку. К моему удивлению, чай был самый обыкновенный, с ярлычками. К чаю дед предложил варенье и сушки. Кивнул, мол, не стесняйся, и первым сделал большой глоток.
- Почему одинокая? И муж имеется, и сын тоже вот… - я чувствовала себя на удивление не комфортно, дед Юрась смотрел цепко и кивал своим собственным мыслям. – Сын вырос давно, у него своя семья, а муж… можно сказать, что тоже…
- Говорю же, одинокая, - глубокомысленно заявил дед, закидывая в рот очередную сушку, - ну, ты будешь оставаться здесь? Утро вечера мудренее, глядишь, и передумаешь.
- Нет, я… пойду я, не стоит беспокоиться.
В животе разливалось блаженное тепло, ноги были тяжёлые, да и в голове стучали там-тамы, поэтому принять приглашение деда Юрася показалось самым логичным из возможного, но я отчего-то рвалась из дома.
- Коли так, то тут можно срезать у сторожки, и выйдешь аккурат возле полустанка. – напутствовал дед меня и снова окинул оценивающим взглядом. - Стой, хоть один пакет с харчами прихвати. Глядишь, самой пригодится.
Но я только отрицательно покачала головой – снова переть тяжесть я была не намерена, поэтому я угрюмо попрощалась, вымелась наружу и медленно побрела по тропинке, очень надеясь дойти до полустанка и по возможности не сломать ноги, запнувшись об очередную корягу или торчащие корни.
И ничего не знала о том, что после моего ухода дед Юрась, стоя на пороге своего дома, печально покачал головой и сказал куда-то в пустоту:
- Ну, чего сами думаете, робята? Как по мне, так не место ей тут, в этом мире, что ни говори… Федот, ты пригляди за ней, направь, куда надобно. А я помогу, чем смогу. Хоть и прошла ночь середины лета, а всё ж оставлять тут её не след.
Возможно, те, с кем он общался, что-то ответили ему. Во всяком случае он сокрушённо покачал головой и уставился в темноту за окном. Затем, открыв дверь и задумчиво смотря куда-то в сторону, тихо вздохнул…
Я же шла и шла, только вот куда? Вроде бы я всё делала верно, но заветного полустанка как не было, так и нет.
- Как-то я не так срезаю путь! Мне казалось, что сторожка деда Юрася была не так далеко в лесу, да и свернула я именно там, где сказал дед. Неужели, я напутала что-то и пошла не в ту сторону? – бормотала я, осматриваясь по сторонам.
Заряда батареи в телефоне было не так много, но я всё равно включила фонарик и поводила из стороны в сторону, разыскивая ту тропинку, которая должна была привести меня к полустанку и лавочке рядом с ним. Несмотря на то, что мне было отчётливо понятно, что я заблудилась, какое-то неведомое упрямство вело меня прямо.
Наконец, поняв, что этой ночью я точно никуда не приду, я остановилась возле высокого дерева и прислонилась к нему. Ночевать в лесу желания не было никакого, одно только меня радовало – что в лесу рядом с мегаполисом вряд ли водятся хищники. Очень меня не радовала возможность проснутся рядом с волком, недовольным моим присутствием. Я слышала что-то про то, что нужно нарубить валежник, сделать себе лежанку и быть в безопасности. Но только вот у меня не было с собою «набора туриста». В карманах ничего, если не считать сушек деда Юрася, да и желания разыскивать валежник тоже не было. Поэтому я просто уселась под дерево, плотнее запахнула плащ и устало закрыла глаза, успев подумать: «Не валежник. Этот… лапник он вроде, а валежник – это просто старые деревья или кустарники. Поваленные или сухие деревья!». Сдаётся мне, что где-то я нечто подобное читала… не успела додумать свою мысль до конца, как заснула.
Проснулась же я оттого, что было дико, нет, не так! Дико холодно! Очень хотелось в туалет и в тепло. Или хотя бы в туалет. Со стонами подняла себя с земли, разгоняя тучи бегающих мурашек, побрела по влажной траве. Исполнив заветное желание, смогла оглядеться по сторонам, слегка приплясывая на месте. В лесу стоял туман и было достаточно прохладно, хотя день снова обещал быть жарким.