В последний момент (ЛП)

— Я тоже, — улыбнулся он. — Я же говорил, у нас много общего, Эмма.
Я вздрогнула от того, как звучало мое имя, срывавшееся с его губ. Никогда не знала, что кто-то может заставить его звучать так… так… Я не находила слов, чтобы описать этого, но чувство было невероятным.
— О чем ты пишешь песни? — спросила я, присев за стол и расстилая одеяло.
Мэддокс присел напротив и поставил перед нами корзинку для пикника.
— Песни о жизни, — ответил он, посмотрев поверх корзинки.
— О жизни… Ты многое повидал в жизни?
Парень задумчиво скривил губы.
— Может я и молод, но да, о жизни я могу многое рассказать. По крайней мере, о ее жестокой реальности, — он улыбнулся, открыв корзинку для пикника. — А теперь мне хотелось бы увидеть, как ты съешь все это за три секунды. Ты же говорила, что сможешь.
Он подмигнул.
Я рассмеялась, когда он вытащил пакет из «Five Guys».
— Что? — Мэддокс изогнул бровь и улыбнулся своей мальчишеской улыбкой. — Ты же не думала, что я стану готовить для тебя домашнюю еду? Я еще не достаточно хорошо знаю тебя.
Никогда прежде я не встречала таких парней, как Мэддокс, и все для меня было в новинку.
— По крайней мере, ты не солгал, — я потянулась за завернутым в фольгу гамбургером. — И к твоему сведению, я никогда не говорила, что стану есть то, что ты приготовишь.
Он поморщился, положив руку на сердце.
— Ты меня ранила. Прямо в сердце.
Опустив руку, парень наклонился и жестом подозвал меня ближе, словно собирался поведать какую-то тайну.
— Просто знай, я готовлю невероятно хорошие макароны с сыром. И возможно, если ты будешь добра со мной, однажды я накормлю тебя восхитительной тарелкой божественной пищи, присыпанной сыром.
— Измельченный сыр? Ты предпочитаешь его?
— Тертый сыр, как в «Крафте». Знаешь, такой в маленькой голубой коробочке, который воплощает детские мечты, — он улыбнулся, захватив горсть картошки.
— Теперь понятно, почему ты пишешь песни, — хмыкнула я. — У тебя, случайно, нет там чего-нибудь попить?
Я попыталась заглянуть в корзину.
— Надеюсь, тебе нравится вода или диетическая пепси. Ничего другого у меня нет.
— Я возьму пепси, — и потянулась за бутылкой.
Мэддокс протянул ее мне. В его взгляде искрился смех.
— Кажется, я влюбился в тебя.
— А я думаю, что слишком рано говорить об этом. Ты же даже не видел меня по утрам. Волосы в жутком беспорядке, изо рта неприятно пахнет.
Обычно я не шутила, но с Мэддоксом это было легко.
— Что же, придется тебе позволить мне остаться на ночь, чтобы я сам мог убедиться в этом, — он подмигнул, и я покраснела. — Но если серьезно, то ты играешь на пианино, пишешь песни, не боишься есть мясо, тебе нравится диетическая кола. Так что ты — девушка моей мечты.
— Тогда у тебя не очень завышенные требования, — хмыкнула я.
— Если мои требования такие, — парень поднял руку так высоко, насколько мог дотянуться. — Тогда ты превосходишь их. — Мэддокс поднялся, вытянув руку еще выше. — И даже не спорь.
Я склонила голову.
— Спасибо.
— Не благодари меня за честность, — он покачал головой. — Но ты можешь сказать мне спасибо за еду. Она не из дешевых.
Парень улыбнулся, и я осознала, что это была попытка заставить меня улыбнуться.
— Спасибо за еду, Мэддокс.
Я потянулась за картошкой и обмакнула ее в соус.
— Это отличная идея, — я обвела рукой парк и, указав на еду, добавила. — И это лучше, чем макароны с сыром.
— Рад, что тебе понравилось, — он рассмеялся. — Надеюсь, тебе понравился гамбургер, — добавил парень, успокоившись. — Я не знал, что взять, поскольку мы еще не дошли до той стадии отношений, когда делимся личной информацией друг о друге и пристрастиями в еде.
— Не знала, что предпочтения в еде так важны.
Я открутила крышку с диетической пепси и сделала глоток.
— Так и есть. На одном уровне с днем рождения, группой крови и номером страхового полиса.
— Звучит так, словно ты пытаешься занять мое место, — вытирая руки о салфетку, пошутила я.
— Для этого, моя дорогая Эмма, мне пришлось бы сменить пол, — он направил на меня палец. — А я вполне счастлив, что у меня есть член. И он внушителен, уверяю тебя.
 
Я фыркнула.
— Чересчур?
Он стушевался.
— Иногда слова сами вылетают. Я даже не успеваю их обдумать.
— Заметно, — рассмеялась я. — На самом деле это интересно.
— Хорошо, — с облегчением вздохнул Мэддокс. — Тогда позволю немного подурачиться. Но для начала задам простой вопрос.
— И каков твой простой вопрос?
Я изогнула бровь.
— Как проходит твое лето?
На миг я задумалась прежде, чем ответить.
— Любопытно.
— Интересно? — переспросил он.
— Ага, — кивнула я, не скрывая улыбку.
— И почему же тебе интересно? — уточнил парень.
— Ты задаешь слишком много вопросов, — рассмеялась я. — Но если так сильно хочешь знать, оно интересно потому…
— Потому? — подсказал он, когда я замолчала.
Я изогнула бровь, встретив его взгляд.
— Потому что встретила этого безумца на ярмарке прошлой ночью, и что-то подсказывает мне, что лето пойдет совсем не так, как планировалось.
Мэддокс заразительно улыбнулся.
— И что же ты планировала, милая Эмма?
— Ничего особенного, — я пожала плечами. — Просто сидеть дома, читать или еще что-нибудь. Думаю, могла бы постараться устроиться на работу.
— Пожалуй, ты права, Эмма. Это лето будет совсем не таким, как ты планировала. На самом деле, думаю, оно будет лучшим в твоей жизни, — парень широко распахнул объятия.
— Почему это? — спросила я, сминая фольгу.
— Потому что я собираюсь сделать так, чтобы оно стало запоминающимся.
Он говорил со смехом, но взгляд был серьезным, так что я поверила ему.
Что-то говорило мне, хоть Мэддокс и шутит временами, он не из тех, кто сидит, сложа руки. Я встретила его прошлой ночью, но уже знала много особенного о нем. У меня никогда, ни с кем прежде не было таких отношений. Моя мама сказала бы, что мы — родственные души, но я не купилась бы на это. Я верила, что мы встречаемся с людьми по какой-то причине, и каждый из них влияет на наши жизни в некоторой степени, если мы позволяем. Когда я согласилась пойти на свидание с Мэддоксом, мысленно уже была готова к нашей поездке. Неважно, куда. Знала, что не смогу отпустить его из своей жизни, даже если он пробудет там недолго. Я даже и мечтать не могла о подобном. Мне хотелось сделать что-нибудь, чтобы выбраться из той зоны комфорта, которую сама создала, и Мэддокс помог мне в этом. Он пробудил часть меня, за тот короткий промежуток времени, который я его знала. И я даже представить не могла, что эта часть меня существует. Он раскрыл мне другую Эмму. Добрую и веселую, которая смеется и шутит, не боясь причинить себе боль. Когда встречаешь своего человека, ты просто не можешь уйти.
— Я в тебе не сомневаюсь, — наконец, прошептала я. По позвоночнику прошла дрожь.
— Тебе и не следует сомневаться. Готовься к самому захватывающему лету в своей жизни, — пробормотал он. — Ничто с ним не сравниться.
— Ты такой уверенный, — рассмеялась я, допив диетическую пепси и выбросив пустую бутылку в корзину.
— Я знаю, как хорошо провести время, — улыбнулся Мэддокс, постукивая пальцем по губам.
И теперь мой взгляд сосредоточился на его губах. В горле пересохло, сердце учащенно забилось, и я подумала о том, как его губы прижимаются к моим. Мне хотелось ударить себя за мысль о поцелуе с ним. Я знала его всего один день, и уже влезла в прекрасную неразбериху. Завтра, если не остановлю себя, начну думать над именами для наших детей. Мне стоит думать о Мэддоксе как о друге, не более того. Я не стану одной из тех девочек, которые заводят летом интрижку, а потом остаются с разбитым сердцем.
Мэддокс шлепнул ладонями по столу, отвлекая меня от собственных мыслей.
— Время кормить уток! — пропел парень, поднимая кулак. — Оставим это здесь.