В последний момент (ЛП)

— В принципе, думаю, что заслужил второй шанс, — не обращая на меня внимания, продолжил он.
— Ох, так вот как ты думаешь, — хмыкнула я. — И с чего бы это?
— Я сексуален, ты тоже. Вместе мы можем создать нечто волшебное.
Я сжала губы, пытаясь сдержать смех, но, в конечном счете, рассмеялась.
— Можно с уверенностью сказать, что никогда не встречала никого похожего на тебя.
— Я стараюсь выделяться среди остальных, — он подмигнул. — Это же интригует.
— М-м-м, — протянула я, глядя в окно.
— Итак, — начал он, — ты так и не дала мне ответ о втором шансе…
— Я подумаю об этом, но, к сожалению, — подняв телефон, я потрясла им, — сообщить тебе о решении не смогу.
— Вот облом, — сморщился он. — Но я все еще настаиваю на покупке тебе нового телефона и не теряю надежду!
Он говорил так, словно собирался отправиться на битву. Я быстро поняла, что Мэддокс — хороший актер. Интересно, пробовал ли он когда-нибудь играть на сцене?
Мой дом показался на горизонте, и я с облегчением вздохнула. Уставшая, с припухшими от слез глазами. Все, чего мне хотелось, залезть под душ и смыть с себя грязную воду из пруда, а потом отправиться в постель.
Мэддокс припарковался на подъездной дорожке, и я потянулась к дверной ручке.
— Спасибо за… эм… интересный вечер. Определенно, я его никогда… не забуду.
Мэддокс ухмыльнулся и наклонился ко мне. Я отодвинулась от него так, что прижалась вплотную спиной к двери машины.
Он склонил голову и посмотрел на меня сквозь свои темные волосы, упавшие на глаза.
— О, Эмма, ты словно маленькая птичка, дрожащая рядом со мной. Возможно, у меня острые зубы, — его взгляд опустился на мою шею, где пульсировала жилка, — но это не значит, что я кусаюсь.
Его голос стал низким и приглушенным.
Мое тело было словно объято пламенем. Никогда прежде ничего подобного не чувствовала, но Сэди рассказывала о подобном.
Если я сейчас же не сбегу… Не окажусь подальше от Мэддокса… У меня будут большие проблемы.
— М-мне нужно идти, — пробормотала я, цепляясь за дверную ручку. Дверца открылась, и я буквально вывалилась из машины на гравийную дорожку. — Вот дерьмо, — чертыхнулась я, когда острые камни впились в колени.
— Эмма!
Спустя мгновение Мэддокс вышел из машины и оказался передо мной. Он подхватил меня под локти и поднял с земли.
— Ты в порядке? — он осмотрел меня с ног до головы. — У тебя кровь идет.
Он задержал взгляд на моих коленях и нахмурился.
— Всего лишь царапина, — пробормотала я, вырвавшись из его хватки.
Я обошла его, но вскрикнула, едва не упав снова.
Мэддокс поднял меня, прижав к груди, и направился к двери.
— Что ты делаешь? — вздрогнула я.
— Собираюсь внести тебя в дом, промыть раны и наклеить пластырь на порезы, — объяснил он. — Теперь дай мне ключи, пока я не выломал дверь. И не сомневайся в моих способностях, я это сделаю.
— О.Мой. Бог.
Я закатила глаза.
— Эмма, — простонал он. — Ключ.
— Один лежит под ковриком, я не взяла свой. Кажется, придется тебе меня отпустить, — я победно улыбнулась.
Мэддокс заметил мою улыбку и улыбнулся в ответ. Я снова вскрикнула, когда он закинул меня на плечо и достал ключ.
Пронес меня в дом и направился прямиком в ванную. Включил свет и посадил на тумбочку.
— Здесь… мило, — пробормотал он, осматривая потрепанную обстановку.
— У нас не было денег, чтобы обновить здесь все, — промямлила я, смущенно опустив голову.
Прежде я не стеснялась своей бедности, но это не значило, что готова была демонстрировать все окружающим… или Мэддоксу.
— Мне нравится, — улыбнулся он. — Так старомодно.
Я фыркнула.
— Ага, не думаю, что здесь менялось хоть что-то с семидесятых годов, — я кивнула на зеленую ванну в горошек. — Но это место… настоящий дом.
Я пожала плечами. И вздрогнула, когда он коснулся моей щеки.
— Тс-с, — прошептал он, проведя пальцем по моей нижней губе. — Не надо оправдываться передо мной.
Он наклонил мою голову и прижался своим лбом к моему, говоря почти шепотом.
— Знаю, что мы лишь вчера познакомились, но такое чувство, что я знаю тебя уже вечность. Подобное было со мной лишь однажды… Когда я встретил свою приемную семью. Знаю, звучит безумно, но нам следует лучше узнать друг друга.
 
— Мэддокс… — начала я.
— Дай мне закончить, — прошептал он, качая головой так, что его темно-русые волосы скользили по моему лбу. — Я не прошу ничего романтичного, хотя признаюсь, что действительно хочу тебя поцеловать, — улыбнулся. — Но это наши летние каникулы, и думаю, стоит превратить их в лучшие дни нашей жизни.
— К-как? — дрожащим от волнения голосом спросила я.
Мэддокс странно влиял на меня, вот я разговариваю с ним, а в следующую минуту нервничаю и дрожу.
Его улыбка стала шире.
— Полагаю, нам предстоит вместе это выяснить.
Не говоря больше ни слова, он открыл аптечку и промыл царапины на моих коленях, намазал их «Неоспорином» и наклеил сверху пластыри с «Hello Kitty».
Затем спустил с тумбочки и поцеловал в лоб.
— Теперь отдохни. Самое грандиозное лето твоей жизни начнется завтра.
Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но он уже повернулся ко мне спиной и вышел из ванной. Спустя еще минуту я услышала, как хлопнула входная дверь.
Во что я, черт возьми, ввязалась?
  
Глава 5
 
УДАЛИВ сообщения на автоответчике, оставленные полицией, я легла в постель и провалилась в глубокий сон. Я была полностью изможденной, но утром чувствовала себя отдохнувшей и готовой к решительным действиям.
— Мама, — позвала я, подавляя зевок и направляясь на кухню.
Я остановилась, когда нашла записку на кухонном столе, поясняющую, что она ушла за продуктами.
Схватив яблоко, я села поесть.
Поскольку сейчас я была без телефона и не строила никаких планов, мне предстояло провести день, занимаясь привычными делами — игрой на пианино и чтением. Хотя я вовсе не жалуюсь, мне нравилось такое времяпрепровождение.
Покончив с яблоком, я выбросила огрызок в мусорное ведро.
Я переоделась и села за пианино, выбрав случайную песню, закрепила ноты перед собой и растворилась в музыке.
С самого детства я играла на пианино. Родители спорили из-за него. Многие называли меня вундеркиндом, и поначалу отец хотел принудить меня сделать себе имя. Я была слишком юной, и мама категорически протестовала. Она считала, что талант должен быть развлечением, а не принуждением, и ей не хотелось, чтобы я возненавидела то, что так сильно любила. Я была благодарна за то, что у меня такая мама. В то время как отец превратился в пьянчугу и бросил нас, у меня оставалась потрясающая мама. Не многие могли похвастаться подобным.
Я была так поглощена музыкой и чувством, когда пальцы касались клавиш, что с визгом свалилась о скамьи, когда в дверь позвонили.
Взяв себя в руки, я поправила одежду и убрала спавшие на глаза волосы.
Я была уверена, что это Мэддокс, но за дверью, к моему удивлению, никого не оказалось. Вместо этого на коврике лежала коричневая коробочка. Я подняла ее и потрясла. По звуку невозможно было определить, что находится внутри.
Я пнула дверь и направилась на кухню за ножом.
Разрезала веревку по краям и рассмеялась, обнаружив содержимое.
— Да ладно. Серьезно, Мэддокс? — я громко смеялась.
Внутри лежала белая коробочка с новеньким iPhone. Но смеялась я над мультяшным рисунком, изображавшим извиняющегося Мэддокса. Я осторожно разгладила его, стараясь не порвать. Взяв рисунок и маленькую коробочку, вернулась в комнату. Не знаю, что на меня нашло, но я приклеила рисунок на зеркало комода. Выбрасывать не хотелось.
Как только я прилепила кусочек бумаги к зеркалу, то села на кровать и сняла крышку с маленькой коробочки.
Внутри лежал новехонький телефон. Никогда прежде у меня не было ничего такого… яркого. Или блестящего.