Маг-практикант (СИ)
На этом нам пришлось прервать разговор — к складу стали подтягиваться другие ядовары. Я вновь накинул морок и превратился в Чуна, после чего отправился работать.
«Да, Швер — это серьезная проблема», — размышлял я, возвращаясь на участок с котлом.
Но это не значит, что я не справлюсь с ней. В крайнем случае… То, что я рассказывал Лоре про влияние убийства на Ореол, было правдой. Лишать кого-то жизни — очень опасно для мага. Однако если иного выхода не останется, я вынужден буду рискнуть.
Глава 32
Все произошло так, как и говорила Лора: через три дня ко мне подошел Швер и, схватив за шиворот, оттащил в сторону. Я напрягся и на всякий случай применил «Защитный Кокон». Смотритель не отказывал себе в удовольствии ударить кого-нибудь из работников, так что лучше было перестраховаться. Синяки и ушибы, а то и переломы, мне не нужны.
— Ну что, дерьмо узкоглазое, — встряхнув меня, Швер ухмыльнулся, — отдых закончился. С сегодняшнего дня переходишь туда же, где был до Монстролуния — на четвертый котел. Уверен, твои тамошние подружки тебя очень заждались…
Под «тамошними подружками» Швер, понятное дело, имел в виду ядоваров. Те приняли меня обратно довольно прохладно, я перво-наперво внимательно вслушивался в их разговоры, запоминая, как и кого зовут. Сам молчал и делал то, что велели. И очень скоро понял, что переборщил с исполнительностью…
— Куда поперся, Чун? — один из работников четвертого котла, долговязый пожилой ядовар по имени Зак, преградил мне дорогу, когда я собрался выйти из фабрики и съесть обеденный паек под открытым небом. — Жрать будешь, когда все необходимое для следующей варки перетаскаешь, понял?
— Именно, — подтвердил его закадычный дружок — сутулый толстяк Плукс. — Понравилось, небось, с бабами бездельничать. Только с нами так не будет.
— Поем — и перетащу, — твердо ответил я, используя немного магии. — Все понятно?
Ядовары вздрогнули от внезапно накатившей волны страха, закивали и расступились, пропуская меня на улицу.
Так и началась работа на четвертом котле. Дел заметно прибавилось, я вынужден был тратить куда больше магии на восстановление собственных сил и большую часть дня параллельно с трудом ядовара тренировался в удержании контакта с ядром этого мира. Получалось, но так себе: новые рекорды я ставил каждый день, однако речь шла о всего лишь нескольких секундах.
«Ну а что ты хочешь? — говорил я себе, в очередной раз разрывая связь с сердцевиной Аве-Ллара. — Подобному начинают учиться после восемнадцати лет».
Счастье, что я вообще знаю, что и как делать. Все благодаря тому внушительному количеству книг о магии, которые я успел прочитать сверх академической программы. Однако этого все равно недостаточно — особенно если учесть, что я рискую остаться в Аве-Лларе навсегда.
«Если мне не вернуться домой, — как бы я ни старался не пускать подобные мысли в голову, они все равно приходили, — то многое придется придумывать самому. Импровизировать».
Импровизация… Сколько раз за последние полтора месяца она спасала мне жизнь, помогала добиваться очередной цели? Много… Очень много… Гораздо больше, чем хотелось бы… Впрочем, это часть жизни взрослого мага, и мне предстоит привыкнуть, что план, каким бы тщательно продуманным он ни был, здесь будет работать далеко не всегда.
Я носил личину Чуна уже довольно долго, причем без перерыва, и это давало о себе знать. Такие долгие мороки имеют побочные эффекты, так что последние пару дней я «наслаждался» зудом по всему телу и жаром. Магия немного ослабляла их, но ненадолго. Поэтому при любой возможности я уединялся и хотя бы ненадолго становился самим собой.
При этом еще умудрялся потихоньку обучать Лору, Эни и Даста. Я напитал их Ореолы на следующий день после того разговора и начал давать задания. Такие же простые, как и Фуксу: опустошить свои вторые ауры, направить силу на поддержание собственных сил, на защиту дыхательных путей от той невидимой дряни, что наполняла воздух фабрики… Все трое справлялись превосходно, однако сейчас, когда меня перевели на другой участок, встречаться и обсуждать очередной этап обучения стало в разы труднее.
Во-первых, ни у меня, ни у них практически не было времени, чтобы отвлечься от работы и поговорить хотя бы пару минут. Во-вторых, я прекрасно понимал, что если Швер увидит, как я наведываюсь к его «собственности», то ничего хорошего не произойдет. Он наверняка превратится в берсерка, каким был во время Монстролуния, только теперь его жертвой будут не твари, а узкоглазый ядовар Чун…
Вот и приходилось… импровизировать…
Попутно я обдумывал, как перевести Лору и ее детей на скотные дворы, и все больше утверждался в мысли: от Швера придется избавляться. В том, что я справлюсь, сомнений не было — магия сделает всю грязную работу. Но вот… Где взять решимости для подобного шага?.. Я запятнаю Ореол, свою магическую ауру, то, без чего не был бы чародеем… И это только полбеды: куда страшнее факт, что я лишаю кого-то жизни. Даже если моя жертва — огромный, жестокий безумец…
«Но если иного выхода не будет, мне придется сделать это, — все чаще напоминал я себе, постепенно готовясь перейти от слов к делу. — Ради Лоры, Эни и Даста. Убью одного — спасу троих».
При этом я все еще отчаянно надеялся, что произойдет нечто такое, что позволит мне избежать участи стать убийцей. И мои надежды оправдались, причем самым неожиданным образом…
Шел пятый день моего пребывания на четвертом котле в компании Зака и Плукса. Вечерело, нам оставалось сделать две варки — и можно ложиться спать. Ядовары больше не пытались перекинуть на меня часть своей работы — они вообще старались не замечать меня, лишь изредка бросали хмурые взгляды. Но вот неожиданно Зак замер, глядя мне за спину, и помрачнел.
— Принесла же его нелегкая… — пробормотал он.
Я обернулся и увидел, что к нам идет Швер. Шатаясь и хрипло напевая себе под нос.
«Что?..» — я впервые видел смотрителя пьяным и напрягся. А интуиция отчаянно сигналила: что-то будет. Правда пока неизвестно — хорошее или плохое…
— Ну что, работнички… — Швер остановился и топнул на Плукса, отчего толстяк сжался и поспешно отступил. Смотритель, глядя на него, ухмыльнулся, затем брезгливо скривил губы. — Завтра у нас день развлечений, не забыли? Кто-нибудь хочет со мной?
И Зак, и Плукс молчали, опустив глаза. На лицах напряжение, кулаки сжаты.
— А-а, вы все еще такие же трусливые крысы, какими были раньше, — Швер харкнул Заку на ботинок. Ядовар даже не пошевелился, но пьяного здоровяка это лишь разозлило. — Слышь, псина недотраханная… Ты ядовар или куча дерьма? Почему стоишь в ненадлежащем виде перед начальством? Почему обувь грязная? Немедленно исправить!..
Зак словно только и ждал команды. Согнувшись, он принялся оттирать ботинок.
— Жалкая скотина, — пробормотал Швер, качая головой. — Все вы здесь такие… Дай вам волю — сроду бы в Монстролуние не вышли. Сидели бы в норах, надеясь, что другие вас защитят. Дерьмо… Погань… Ублюдки…
С этими словами он развернулся и пошаркал обратно. Я смотрел ему вслед, пытаясь понять: что сейчас вообще было?..
— С-сука… — процедил Зак, когда Швер отошел на достаточное расстояние. Выпрямился, хмуро посмотрел на приятеля. — Ублюдок… Надеюсь, завтра найдется тварь, которая прогрызет ему брюхо и измочалит потроха…
— Это вряд ли, — тихо, робко возразил Плукс. — Ты же сам знаешь: Швер — король Малого Монстролуния. Он выходил победителем уже больше сотни раз. А противники чаще всего одни и те же. Он прекрасно знает, как справляться.
«Малое Монстролуние?» — зацепился я за странное словосочетание.
— Знаю, — зло отозвался Зак. — Но хотя бы надеяться-то я имею право?
— А смысл? — Плукс неопределенно повел покатыми плечами. — Завтра Швер в очередной раз устроит бойню, в очередной раз докажет, что на арене ему нет равных. Тут и сомневаться не приходится.
На арене… Я почувствовал, как сердце забилось, — подобное частенько случалось дома, когда я после долгих мучений находил-таки ту ниточку, которая в итоге приводила к решению очередной задачи…