Давным-давно… – 1. Обрести себя (СИ)
***
Ближе к ночи в Крепости Бергльот раздался протяжный стонущий звук, возвещавший о том, что кто-то напал на главные ворота со стороны Тёмной Империи. Командир корпуса Торвольд Грангтон стремительно взбежал по каменной лестнице на стену и быстрым шагом направился на площадку‐балкон, чтобы лично увидеть, что происходит по ту сторону ворот. Ухватился за каменный парапет и сильно наклонился вперёд, чтобы лучше рассмотреть, что делается возле ворот внизу.
— Мать честная, так это же наши знакомцы! — Торвольд выпрямился и громко отдал приказ: — Открыть ворота!
Глава 22
Это страшное слово «соревнование». Отборочный тур для первого курса
Раннее утро. Джим короткими перебежками добиралась из душевой в свою комнату. «Всё, сегодня же отнесу полотенца. Много. И кучу чистых сорочек положу в свой ящик. Нет, отнесу прямо сейчас». С волос стекала вода, Джим спряталась в тёмной нише и ждала, пока мимо неё пройдёт какой-то незнакомый сонный студент. Утром она снова проснулась в своей кровати. Хотя последнее, что помнила из вчерашнего вечера, так это то, как отправилась на медитацию к Царикиилу Соптису. Джим на мгновение представила, что её, возможно, отнёс сам преподаватель. «Да не может быть». Она даже тряхнула головой, отгоняя прочь страшные мысли.
Вокруг стало тихо. Она осторожно выглянула и внимательно осмотрела коридор. Выбралась из‐за статуи и побежала.
Честно говоря, медитация полюбилась ей как‐то сразу и навсегда. О чём она однажды так и сообщила, мол, очень толковая тренировка. На что Царкиил долго смеялся, чуть ли не до слёз. А самое интересное — ей как никогда легко было общаться с «новым чёрным плащом», что совсем не одобрил Арникус. Джим помнила, как он ужасно разнервничался, когда она сообщила о появлении в её расписании нового занятия по медитации, и о том, что теперь будет проводить с преподавателем предмета «Чёрная Волшба и порождения мрака» по несколько часов в день. Вампир долго носился по комнате, пару раз порывался что‐то сказать, но потом вдруг выдал: «Тогда пойду к Адагелию и всё ему расскажу». Только после этого он смог успокоиться. Что он собирался рассказать, Джим решила не спрашивать, чтобы больше его не волновать.
Надо отметить, что Царкиил Соптис с охотой делился с ней любой информацией. В одно из занятий она узнала, что он прибыл из той самой Тёмной Империи, о которой Джим читала лишь в книгах из библиотеки. Всё занятие она просидела с открытым ртом, слушая его рассказы о том, как там живут, как сражаются за каждую пядь земли. Он тогда очень грустно вздохнул и с безысходностью сказал: «Там каждый день — битва, и, если ты отступил, значит, потерял навсегда». На другом занятии она узнала, что их Адагелий Оторонталий, оказывается, демон‐асур, при этом разговор затеял тогда сам Царкиил Соптис. Он вдруг спросил: «Джим, а ты видела лицо Адагелия, когда находилась с ним в Тени?» Так он называл подпространство. Конечно, она видела. С каждым новым занятием она всё больше узнавала, что такое подпространство, и сейчас уже знала: там нельзя спрятать истинное лицо. Джим ответила ему, настраиваясь на то, что сейчас придётся заняться подробным описанием внешности «чёрного плаща». Но Царкиил вновь удивил её, задав ещё более странный вопрос: «Какой он цветом?» Джим, не задумываясь, сказала: «Чёрный!» И вдруг заметила потрясение на его лице.
— Теперь я понимаю, почему он прячет своё лицо.
Вот только ей ничего не было понятно.
— И почему же? — спросила она, совершенно забыв о том, что разговаривает с преподавателем.
Он долго смотрел на неё внимательным взглядом, а потом ответил:
— Его стихия — Дыхание смерти.
***
Джим пронеслась через внутренний дворик, свернула в коридор, ведущий к корпусу Б, остановилась и немного отдышалась. Коридор был пуст. Здесь уже можно было не спешить, но ей хотелось как можно быстрее оказаться в комнате, и она снова побежала. Не замедлилась даже тогда, когда начались ступени.
Сейчас она уже знала, что демоны‐асуры имеют две ипостаси: человеческую и боевую форму. Владеют одной‐двумя стихиями, с лёгкостью могут использовать их энергию и управлять ею. Обладание той или иной стихией во многом определяет их личность и характер, и поэтому именно цвет (то, как они выглядят, — волосы, глаза, кожа) может очень много о них рассказать.
Именно от Царкиила она почерпнула знания о том, какие бывают демоны. Джим улыбнулась. По всем признакам, что рассказал ей «новый чёрный плащ» (Джим весь вечер под диктовку записывала за ним в тетрадь их различия и признаки), выходило, что Кассиан был крылатым демоном, владеющим стихией воздуха. «А может, воды?» Дело в том, что у него имелись признаки обеих этих стихий: глаза глубокого синего цвета, волосы чёрные, но тоже с синим оттенком, цвет кожи — непонятный, вроде бы тёмный, но на фоне чёрных волос он смотрелся бледным. «В общем, такой вот красоты неописуемой!»
Джим влетела в комнату, подбежала к шкафу, вытащила полотенце и с усердием начала просушивать волосы. Было ещё очень рано, но она спешила привести себя в порядок, раз это не удалось сделать с вечера. «Нет, с этим срочно что‐то надо делать. Ведь интересно же, как я попала к себе в комнату!» Сняла с себя мокрое бельё и, быстро обмотавшись эластичной полоской ткани, надела сухую сорочку. И в этот момент дверь в её комнату распахнулась.
В проёме стояла раскрасневшаяся Алисия. Дверь ударилась о стену, и от этого звука обе девушки вздрогнули.
— Ты здесь? — взволновано спросила Алисия, подозрительно обводя комнату взглядом.
Джим схватила жилет со спинки стула и быстро накинула его. Сказать, что вопрос её озадачил, значит, ничего не сказать. Она осторожно кивнула, стараясь не встречаться взглядом с подругой. Создавалось ощущение, что весь путь девушка так же, как она, проделала бегом.
— Я приходила вчера вечером, — смущённо заговорила Алисия, стараясь объяснить своё поведение, — тебя не было в комнате.
Джим схватила расчёску и принялась расчёсывать влажные волосы. Рука зависла на полпути. Она обернулась и с интересом посмотрела на подругу.
— А во сколько это было?
— Поздно. — Алисия подошла к Джим, забрала расчёску. — Два раза. — Подруга развернула её спиной и начала мастерски приводить непослушные вихры в порядок. — Это, конечно, не моё дело, — она недовольно поморщилась и заставила Джим присесть на стул, — но ты слишком мал, чтобы ночевать в чужих постелях, — хорошенько пару раз дёрнула её за волосы.
У Джим медленно поползли брови на лоб. «Что она знает, и как осторожно можно это у неё выудить?» И тут до неё вдруг дошёл смысл сказанного. Она хотела повернуться и пристыдить подругу, но Алисия сильно прихватила её волосы и не давала не то, что обернуться, даже пошевелиться.
— Не с того ты начинаешь, Джим Ветерн.
Волосы больно дёрнули влево, затем вправо, и тут пальцы девушки проворно забегали по голове, собирая волосы в причёску. Джим попыталась снова посмотреть на неё. Но только что такие ласковые руки снова с силой вцепились в её шевелюру.
— Алисия, позволь поинтересоваться, — Джим сжала руками свои колени, — ты решила оставить меня без волос? — Но девушка не ответила. Джим тяжело вздохнула. — Я вчера вечером ходил убираться у гросса, а после пошёл на медитацию и пробыл там, — она растерянно замолчала, не зная, что сказать дальше, — эээ… допоздна. — Хватка немного ослабла, но Алисия по‐прежнему молчала. — Лис, что‐то случилось, да?
— Ты видел объявление, которое вывесил вчера Цитариус Инарион? — Джим покачала головой, закрыв глаза и отдаваясь ощущениям, которые дарили проворные пальцы Алисии. — О предстоящих соревнованиях. — Она закрепила кончик косички и спрятала его под сложное плетение. Отошла в сторону и полюбовалась своей работой. — В принципе, из‐за этого я и приходила, — словно извиняясь, развела руками. — Тебе, кстати, очень идёт, — зардевшись, сказала Алисия, отводя взгляд в сторону. — Ты сразу такой милый!
— Спасибо, — смущённо поблагодарила Джим. — А что за соревнования? — Она подняла полотенце и мокрую сорочку. — Кто с кем соревноваться‐то будет?