Давным-давно… – 1. Обрести себя (СИ)

Так уж вышло, что Арникус Лутас Сен Ативерн стал для неё негласным опекуном и «подпольным» личным наставником. Она знала, что этого не одобряют её друзья, но ничего не могла поделать. Как и прежде, юноша неизменно забирал её к себе в комнату, если ей особенно доставалось, и до самого утра «врачевал», как он сам любил говорить об этом процессе. Ещё он мог появиться в любой момент в самом неподходящем месте, и это очень сильно раздражало Виттора. Хотя иногда Джим подмечала, что его неприязнь и излишняя агрессия по большей части были напускными. Видно, сказывалась вековая взаимная непереносимость их видов. А Джим просто всех их любила… искренне, чисто, как могла. Ей совершенно не хотелось разбираться в тонкостях давнего конфликта, хотя она так и продолжала наведываться в библиотеку, пополняя свои знания.
Сегодня Джим предстояли дополнительные часы у мастера Диирде'Грамма. Надо отметить, нагрузки увеличились в разы, а вот сам мастер в последнее время вёл себя с ней очень странно. Если раньше он, не задумываясь, мог ударить её, показывая приём, теперь это сводилось к тому, что он указывал, куда хотел ударить, лишь прикоснувшись, зато после этого всегда следовал обязательный и очень ощутимый удар шестом по… пониже спины. Да‐да, с подачи декана Кайдана Орадуса шест постепенно перекочевал и на тренировки с мастером Диирде'Граммом. И, признаться, она была немало удивлена тем, как наставник виртуозно управляется с ним. Иногда Джим казалось, что она вообще перестала расставаться с шестом: она его находила в душе, в столовой рядом с собой, а однажды обнаружила в собственной постели, когда после очередной тренировки добрела до комнаты и без сил повалилась на кровать. Зато однажды она довольно отметила про себя, что совершенно перестала бояться этих тренировок.
Джим попрощалась с друзьями и отправилась в тренировочный зал.
Сегодня мастер её загонял. Под конец тренировки она уже раз за разом пропускала удары, а потом и вовсе задала стрекоча, спасая мягкие части тела. Именно в таком виде их и застал Кайдан Орадус, когда явился вместе с новым преподавателем к Диирде'Грамму для прояснения вопросов, касающихся внесённых в расписание изменений в связи с введением нового предмета. Точнее, предмет‐то был старым и очень нужным, вот только преподавателя всё никак не находилось. Джим тут же для себя окрестила незнакомца «новым чёрным плащом» и пошла на следующий круг, довольно отмечая, что у неё за всё это время ни разу не сбилось дыхание. Она со скоростью ветра промчалась мимо онемевших от удивления преподавателей и отметила, что в облике нового преподавателя была одна весомая деталь, отличавшая его от Адагелия Оторонталия: «Вон как рот‐то открыл».
— Я сделаю из тебя воина. Слышишь? Сделаю! — кричал Диирде'Грамм, проносясь вслед за Джим мимо вконец ошалевших преподавателей, воинственно потрясая шестом и ругаясь на чём свет стоит на неизвестном Джим языке, а то, что он ругался — это было точно. — Если ты слабый и глупый, значит, надо стать быстрым и хитрым. — Он припустил ещё быстрее. — Отныне твоё личное пространство — это длина твоего шеста. Запомни это, Джим!
А Джим, отчаянно молясь всем известным и неизвестным богам, чтобы он её ни при каких обстоятельствах не догнал при посторонних, заходила на очередной круг и кричала ему в ответ:
— Я всё запомнил. Честное слово, запомнил!
— Кхм, — решил обратить на себя внимание Кайдан Орадус, когда Джим в очередной раз промчалась мимо них. — Мастер? — нерешительно позвал он магистра, пытаясь заступить дорогу и остановить его. — Я бы хотел представить вам нового преподавателя по предмету «Чёрная Волшба и порождения мрака».
Диирде'Грамм как в стену врезался. Остановился и удивлённо осмотрел зал. Джим встала на безопасном расстоянии в нескольких метрах от него. Она опиралась на шест и пыталась перевести дух. Заметила, что он смотрит на неё, подняла руку и ровным голосом произнесла:
— Да понял я. Понял! Можно идти?
На что мастер кивнул и жестом разрешил ученику покинуть помещение, а сам обратил всё внимание на преподавателей, которые сейчас с интересом наблюдали, как Джим крадётся к выходу, держась на приличном расстоянии от магистра. «Ага. Шест‐то у него до сих пор в руках. Как приложит!»
 
Диирде'Грамм резко обернулся и нахмурился. Джим остановилась, опасливо поглядывая на его шест. Он наконец сообразил, что её беспокоит. Равнодушно отвернулся и пошёл к стене. Там на специальных приспособлениях висело разнообразное оружие, куда мастер и водрузил шест.
Джим облегчённо вздохнула и направилась к выходу. Когда она поравнялась с «новым чёрным плащом», ей на мгновение показалось, что он слишком пристально её рассматривает. «Ещё бы. Не каждый день выпадает наблюдать такое зрелище». Она открыла дверь и проворно юркнула в коридор, но всё же успела услышать за спиной голос Кайдана: «А это что сейчас такое было?»
— Разминались, — последовал равнодушный ответ Диирде'Грамма.
— Оба, что ли?
В коридоре было пусто. Джим прислонила шест к стене и принялась приводить себя в порядок. Тщательно заправилась, присела и подвязала ремешки на одной из штанин. Поднялась и хотела поправить волосы, но так и застыла, не донеся рук до головы. Напротив неё стоял Кассиан.
— Привет, малыш, — он проследил взглядом за её руками. Хмыкнул. Потом внимательно осмотрел с ног до головы и перевёл взгляд на шест, стоявший за её спиной. — Непростой выбор, скажу я тебе. — Джим кивнула и зачем‐то беспокойно оглянулась на дверь. — Кто? Кайдан Орадус или Диирде'Грамм? — продолжал задавать он свои вопросы.
— Оба, — со вздохом призналась Джим, опуская руки и краснея. Она вдруг ощутила, как жутко от неё пахнет потом.
«Срочно в душ!»
— Мне надо идти. — Она схватила шест и хотела пройти, но Кассиан вдруг заслонил ей дорогу.
— Сочувствую, — проговорил он, подходя ближе. Видя, что она снова пытается прошмыгнуть мимо него, выставил руку. — Джим, — он произнёс её имя, как будто смакуя. — Джим Ветерн, а почему…
— Да? — спросила она, поднимая голову и смело встречая его взгляд. «Поистине, я сегодня могу собой гордиться. Вон сколько слов».
— Джим, — это сказал уже Арникус. Он только что подошёл и сейчас стоял за спиной Кассиана, недовольно рассматривая его. — Ты уже закончил тренировку? — Джим кивнула, но осталась стоять на месте.
Кассиан лениво обернулся, отступая в сторону, вежливо поздоровался с вампиром, на что тот лишь холодно кивнул и снова обратился к Джим:
— Тогда пошли.
Они чуть ли не бегом продвигались по коридору, и Джим всеми фибрами души ощущала неудовольствие вампира. Едва они завернули за угол, как он тут же сбавил ход и спросил:
— Что ему надо было?
Джим пожала плечами и честно созналась:
— Поздоровался.
— Джим, я не шучу. Держись от него подальше! — На невысказанный вопрос и удивлённый взгляд Джим вампир добавил: — Они злые и клыкастые. — Прошёл несколько шагов. — Ещё нехорошие. — Обернулся и строго посмотрел на неё: — И им нельзя доверять. — Вздохнул. — А ещё они злые.
— Ты это уже говорил, — засмеялась Джим, сворачивая в коридор, ведущий к женской душевой для обслуживающего персонала. В это время там обычно никого не было, а ещё никто и никогда не занимал одну-единственную кабинку, стоявшую в отдалении от всех остальных. Говорили, что раньше в ней держали различный инвентарь. Это Шельга Араи однажды лично привела её сюда и разрешила пользоваться, тонко намекнув, что те женщины, которые здесь бывают, аккуратно предупреждены о ней.
— А, ну да, — Арникус наконец сообразил, куда она направляется. Смешно сморщил нос. — Да, конечно, иди. Тебе надо помыться.
Джим запнулась. Обернулась, возмущённо вздёрнула подбородок и скрылась за дверью. Поставила шест рядом со своим ящиком и нетерпеливо открыла дверцу. Там она обнаружила лишь одну чистую сорочку и старенький жилет, который после года учёбы и систематических тренировок стал ей маловат. «Ну хоть это». Разделась, схватила травяной шампунь (подарок Шельги Араи, чтобы волосы быстрее росли и были послушными) и помчалась купаться.