Защищая ее (ЛП)

— А как насчет самолета? Меня же на нем не было.
— «Мерседес» прибыл в аэропорт, как и планировалось, и они, увидев девушку, одетую как ты, решили, что в самолет садится именно Рэйчел Кенсингтон. Ты была указана в записях о полете, так что они добились, чего хотели.
— Но почему Вингейт не всполошился, что меня нет?
— Как только все сели в самолет, я позвонил сенатору, притворился Пирсом, и сказал, что ты передумала и полетишь коммерческим рейсом. Вингейт и его сотрудники полетели без тебя.
— Если они проведут расследование, то узнают, что меня не было на борту.
— Когда самолет разбился, баки воспламенились, и огонь все уничтожил. Немногое там найдут, если вообще, что-то найдут.
Мой желудок сжимается, угрожая извергнуть свое содержимое.
— Значит, они убили всех этих невинных людей, чтобы избавиться от меня?
— И Вингейта. С ним всегда было трудно, и организация решила, что с них довольно. Он знал слишком много, чтобы остаться в живых, поэтому они организовали ему полет в один конец.
— Почему ты не спас Вингейта? Или его людей?
— Самолет должен был упасть. Чтобы спасти тебя, мне пришлось сделать так, чтобы их план сработал. — Он вздыхает. — Хотел бы я спасти тех людей, но должен был сделать выбор. Ты или они, и я выбрал тебя. Ты мне как дочь, Рэйчел, а Пирс как сын.
— Тогда почему ты перестал с нами общаться?
— Потому что организация мне приказала это сделать. Я был наставником Пирса в течение многих лет, но они решили, что я слишком с ним сблизился, возникла эмоциональная связь. Поэтому они и заставили меня переехать в округ Колумбия и велели держаться от Пирса на расстоянии. Но я не смог, и звонил ему каждую неделю по телефону, который невозможно отследить.
Я смотрю на стол.
— Он никогда ничего мне не говорил, ни слова из всего этого. Мне кажется, что весь наш брак был пропитан ложью.
— Посмотри на меня, Рэйчел. — Джек ждет, пока я подниму голову. — Никогда не сомневайся в том, как сильно Пирс тебя любит. Если бы он мог, он бы все тебе рассказал. Он хотел, бессчётное количество раз хотел, но это поставило бы тебя под удар. Людей, которые узнают наши секреты, убивают, поэтому, все, что ты сейчас узнала, должно оставаться здесь, в этой комнате. Ты никогда и никому не скажешь ни слова, ты понимаешь?
— Да. — Моя голова кружится, и я совершенно не могу сконцентрироваться. Я не хочу ничему верить, но по какой-то причине понимаю, что все сказанное – правда. Может быть в глубине души часть меня всегда знала, что Пирс что-то от меня скрывает. Я просто не знала, что именно.
— Почему вы ничего не сказали Пирсу? — спрашиваю я. — Когда вы узнали об их плане касательно меня, почему вы не сказали ему?
— Потому что Пирс не может мыслить рационально, когда дело касается тебя. Если бы он знал об их намерениях, он бы взбесился, пытаясь добраться до каждого из них, при этом пожертвовав собой.
Я делаю вдох, пытаясь успокоиться настолько, чтобы воспринимать то, что он говорит.
— Так что же мне делать сейчас?
— Ты уедешь сегодня ночью, и покинешь пределы страны. Ты больше не Рэйчел Кенсингтон, у тебя новая личность, новый паспорт и новая жизнь. Ты родилась и выросла не в Индиане, а в Мериленде, твой отец работал на рыбацкой лодке. — Он выдвигает из-под стола ящик. Внутри него находится папка, и Джек кладет ее на стол, толкая в мою сторону. — Тебе нужно выучить содержимое этой папки, и принять личность, которую я для тебя создал.
— Значит, я официально мертва? — Слезы катятся по моим щекам. — Я никогда больше не увижу своего сына? Я никогда не увижу Пирса?
— Нет, увидишь, просто это займет немного времени. Я увижусь с Пирсом сегодня вечером, чтобы рассказать ему, что случилось. Он узнает, что ты жива, и ему придется найти способ тебя вернуть.
— Вы же сказали, что не хотите говорить ему из-за того, как он отреагирует.
— Как только он узнает, что тебя не было в самолете, что ты жива и в безопасности, он сможет все обдумать и придумать план действий. Пирс знает, как они работают, он поймет, почему я это сделал и почему самолету пришлось упасть. Сегодня вечером я скажу ему, что он сможет сделать, но, в конечном итоге, ему решать. Именно Пирс должен сделать следующий шаг, я ему больше не помощник. И ты тоже. Спасая тебя, я уже подверг себя и свою семью риску.
 
Джек должно быть увидел на моем лице выражение безнадежности, потому что берет меня за руку.
— Пирс вернет тебя. Я не знаю, как, но верю, что он найдет способ. Пока он знает, что ты жива, он будет каждую секунду пытаться найти возможность вернуть тебя. Но это займет месяцы или даже годы, поэтому тебе нужно набраться терпения. И ты никогда не должна связываться с ним. Или со мной, или с кем-то из своей прошлой жизни. Если ты это сделаешь, ты подвергнешь всех нас смертельной опасности. Тебе нужно дождаться, пока Пирс сам за тобой не придет.
— Нет! — Я выдергиваю свою руку и качаю головой. — Я не могу этого сделать. Я не могу оставить свою семью! Просто отвези меня к Пирсу, я спрячусь дома, или где-то рядом. Я буду прятаться, пока Пирс не найдет выход.
— Это слишком рискованно, нельзя допустить, чтобы тебя увидели. Если они обнаружат, что ты жива, они убьют тебя, и уже не позаботятся, чтобы замести следы. Они убьют тебя, как только увидят. А что, если Гаррет будет с тобой, когда они это сделают? Что если в тебя выстрелят, но пуля случайно попадет в твоего сына?
— О, боже. — Я закрываю лицо руками. — Даже не думайте об этом!
— Вот почему ты не можешь сейчас вернуться.
— Тогда я перееду, куда-нибудь на Западное Побережье, далеко от всех, кто меня знает.
— Ты не можешь остаться в США, Рэйчел. У нас есть люди по всей стране, и все они знают, кто ты такая. И публика тебя знает. Если бы кто-то тебя увидел, они мигом бы об этом сообщили. Ты должна быть мертва для всего мира.
— Я не могу покинуть страну, Джек. Я не смогу быть так далеко от своей семьи, должен быть другой выход.
— Его нет, и ты это знаешь. Единственный способ обезопасить тебя и твою семью - это уехать так далеко туда, где тебя никто не знает.
Я закрываю глаза, слезы ручьем текут по моему лицу.
— Не думаю, что смогу это сделать, Джек. Гаррет нуждается во мне, он просто маленький мальчик, и ему нужна его мама. Я не смогу оставить своего сына.
— Ты должна. Если ты останешься, подвергнешь его опасности.
— Нет, если я буду скрываться. Пирс найдет мне безопасное место, чтобы спрятаться, и Гаррет сможет меня навещать.
— Здесь нигде нет безопасного места, где можно тебя спрятать, только не в Штатах. Если ты останешься здесь, они тебя найдут. А когда это произойдет, они накажут тебя, причинив боль Гаррету или Пирсу.
Я содрогаюсь от этой мысли.
— Зачем? Зачем им это делать?
— Наказать тебя за то, что ты разрушила их план.
— Но все это не имеет никакого смысла.
— Организация потратила годы на планирование этой авиакатастрофы, и они были бы в ярости, если бы узнали, что все их замыслы провалились. Особенно разъярились бы члены комитета по планированию, и один из них мог бы пожелать отыграться на Пирсе или Гаррете. — Джек смотрит в сторону, потирая подбородок. — Если что-то пойдет не так в его попытке тебя вернуть…
— Что? —  спрашиваю я, уставившись на него в ужасе. — Что тогда, Джек? Что они будут делать?
Он смотрит на меня.
— Они могут решить наказать вас обоих.
— Как? Как они нас накажут?
—Забрав Гаррета. Его потеря сломает тебя и Пирса куда эффективнее, чем угроза смерти.
— В смысле они заберут его? — Я дрожу, из моих глаз льется все больше слез.
 
— Рэйчел. — Его тон мягкий, но все еще очень серьезный. — Это только одна из многих возможностей. Я не утверждаю, что так и случится, но, когда люди жаждут мести, они готовы на все. Эти люди...  они безжалостные ублюдки.
— Просто скажи мне, — вздыхаю я. — Скажи мне, что ты имел в виду, когда сказал, что его заберут.
Он медленно кивает.