Браконьер (СИ)
У базы отдыха мы загрузились в два автомобиля, и меня повезли в неизвестном направлении. Мне оставалось только строить догадки о целевом местоназначении и были ли эти наемники представителями моего покупателя. Если не были, то я вообще не понимал и даже не представлял, зачем я мог кому-то понадобиться. Только если кто-то догадался о моей реинкарнации, что невозможно. Абсолютно невозможно.
Что примечательно, из леса мы так и не выехали, а наоборот углублялись еще сильней. Раз проложена асфальтированная дорога, значит ... охотничий домик? Частная территория? И через полчаса у меня появилась возможность подтвердить последние предположения. Авто выехали на огороженную с колючей сеткой под напряжением охраняемую частную территорию.
Охотничий домик оказался приличной двухэтажной дачей в «диком» стиле, то есть без экстерьерного облагораживания территории. Самое то для краткосрочных побегов от городского шума в таежную здравницу.
Стоило выползти из авто как меня связали: запястья за спиной и в целом руки к бокам на уровне локтей. Это было странно, ведь я не сопротивлялся похищению и не питался сбежать. Или самое интересное только начиналось? Веревка не представляла для меня угрозы, так что я позволил себя связать как самый послушный в мире пленник. Силы мне еще пригодятся, так что я не видел смысла тратить их попусту на бесполезное сопротивление.
Слева от домика прямо в земле была установлена горизонтальная дверь в погреб. Меня повели вниз, что начинало напрягать. Я надеялся поговорить с кем-нибудь разумным по прибытию, и мои надежды стремительно таяли. Наемник открыл американского типа погреб и кивком приказал тащить меня вниз. Может зря я не стал сопротивляться еще тогда в лесу, когда мы только столкнулись?
В голове стали появляться негативные образы окровавленных клеток и пыточного инструмента, но я оказался неправ. В полутемном помещении стоял одинокий диван и больше ничего. И пол, и стены облицованы темной плиткой. А на полу расстелен линолеум. Странный выбор для недешевой дачи. Даже для подвала.
По голове прилетело, и я потерял сознание на несколько минут. А когда проснулся был прикован к дальней стене, оставшись в погребе в компании выдавшего виды старого дивана. Оковы на шее и запястьях напирали кожу. В связи с новыми обстоятельствами я больше не сомневался, что связался с покупателем.
Света мне никто не оставил, и я на сидел на полу в кромешной тьме. Не чувствуя никого поблизости, я перекусил и проверил наличие связи. Вышек мобильных операторов поблизости не было, зато спутник ловил хорошо. Я позвонил Ольге Вахмутовой. Нужно было сообщить о своем положении.
— Привет. Как ситуация? — спросил я первым делом. — Удалось спасти пленников?
— Хреново. Пленники стали заложниками. Ждем подкрепления из МЧС. Ты сам где?
— В каком-то погребе. Из-за слияния я выпал из излома и попался в руки наемников покупателя. У «Тайги»... у базы отдыха «Тайга» мы сели по двум авто и около часа ехали по асфальтированной дороге вглубь леса на охраняемую территорию, огороженную рабицей с колючей проволокой под напряжением.
Ольга присвистнула.
— И тебя не обыскали?
— Обыскали, по недостаточно внимательно. Я не сопротивлялся. А смысл безоружным сопротивляться четверке вооруженных наемников?
— Почему ты решил, что это наемники, а не работорговцы?
— Другая экипировка. Дороже и представительней. Их автоматы явно не старая-добрая мосинка.
Я рассказал подробнее про погреб и про то, что меня явно «прогревают», изолировав в полной темноте. Я мог бы уйти, но собирался остаться банально из-за любопытства, кому это и зачем я так понадобился, что меня сначала захотели похитить через работорговцев, а потом самостоятельно взялись за дело.
— Отправь мне свою геометку. Я передам Игорю, и мы ватащим тебя из подвала, — пообещала Ольга, а я ухватился за знакомое имя. Она об Игоре Лебедеве или о другом Игоре? Если о Лебедеве, то отлично!
— Готово. Жду!
Завершив вызов, я встал и прошелся по погребу, размером примерно три на три, проверил замки на входной двери и наощупь обнаружил еще одну скрытую дверь. На этот раз вертикальную. Она тоже была заперта и бесшумно мне ее не выбить.
Срезанные изломной энергией кандалы валялись у стены, и вдруг я додумался раскидать их по карманам. Их можно будет использовать в качестве оружия самообороны или доказательства вины. И фоточки с видео, да. Я начал ощущать себя извращенцем, который скоро начнет фотать все вплоть до тарелок с едой.
Наделав фотографий, я устал и улегся на диван. О, благо цивилизации! Хоть ноги вытянуть. Я столько дней провел дикарем в тайге без палатки и даже без спальника, что сейчас диван казался райскими кущами.
Сам не заметил как уснул. Усталость и эмоциональное перенапряжение не готового к нагрузкам тела взяли свое. И в то же время в оглушительной тишинескрип замочной скважины звучал громко, как колокол, и разбудил меня.
— Сбежал? — услышал я удивленный женский голос, возможно принадлежавший молодой девушке около тридцати лет.
Я затаился на диване и даже задержал дыхание. Закрыв глаза, я сосредоточился и превратился в оголенный слуховой нерв. Но как бы я не прислушивался, не мог услышать того, чего хотел. Посему выходило что незнакомка спустилась в подвал одна без охраны. Какой же у нее дар, раз она без страха и одна пришла к пленнику? Или она уповала на действие оков, с сопротивлением к ки-полю? Если проще, блокираторы ки, из-за которых применение дара становится невозможным.
— Как ты освободился? — спросила она с вызовом, обходя диван вокруг.
Она нашла меня в кромешной темноте как-то слишком быстро, словно при свете дня. Дар ночного видения или очки? Я тут же подорвался на ноги и кинулся к входной двери на улицу. Женщина хрипло рассмеялась, как смеялись начинающие курильщики с придыханием, пытаясь сдержать кашель.
— Ай-я-яй, девушка, но кто же так знакомится? — съязвил я. — Или темнота друг молодежи. В темноте не видно рожи?
— А ты за словом в карман не полезешь, да ? — хмыкнула она. — Можешь называть меня госпожой
— Девушка, да вы извращенка! Меня подобные игры совершенно не интересуют!
— Как жаль! Как жаль, что мне плевать!
В мою грудь что-то ударилось, и меня прошиб электрический ток. Качнувшись, я наступил на что-то, чего раньше на полу не было. Значит... не дар, а стреляющий электрошокер? Если после первого выстрела я устоял, то второй и третий друг за другом свалили меня на колени.
«Многозарядный стреляющий электрошокер» — с недовольством подумал я, упираясь о пол локтями. Оставалось только удивляться, как я до сих пор не потерял сознание.
— Что тебе от меня надо?! — рыкнул я, сбросив маску саркастического дурачка. После трех картриджей электрошока настроение шутить испарилось.
— Отец продаст твои красивые зрячие глазки и мозги на изучение, а пока он договаривается с покупателем, я побуду с тобой.
Это точно карма! Я сбраконьерствовал золотой рог и теперь кто-то другой захотел сбраконьерствовать мои глаза. Если пересадить их другому человеку, то он сможет использовать мою текующую стадию зрячести, но развитие глаз остановится навсегда. И все же глаза с первой стадией зрячести можно продать на черном рынке за солидную сумму! Только одно понять не могу: зачем кому-то покупать мой мозг для изучения.
— А вы не мелочитесь. Продать глаза с практически второй стадией зрячести... это мощно! Могу себе представить, какую истерику закатит покупатель, поняв, что получил бракованый товар.
Я немного приврал насчет «почти второй» стадии. Сейчас у меня была уверенная первая стадия. Зато таким образом я выиграл себе немного времени, чтобы узнать, кто именно охренел, пожелав продать мои глаза. Раз уж все равно вляпался, то пойду до победного конца .
Агафонов, Балашковский и тот охранник на проходной АПИКа — единственные, кто знал, что я достиг первой стадии зрячести. Между начальной стадией и первой слишком большая разница, поэтому глаза с начальной стадией на черном рынке никого не интересовали. Так что Заболоцкий и его свежеиспеченные четверокурсники-огневики вне подозрений.