Фрэнк на вершине горы (СИ)

— Любуешься? — в класс зашла Тэсса с незнакомым смазливым типом. Фрэнку хватило одного короткого взгляда, чтобы понять: этот пижон в дорогущем костюме — скользкий проходимец. Откуда ему вообще тут взяться? И он быстро и привычно спрятал свой взгляд за ресницами.
Тэсса подошла к Фрэнку и присела на парту рядом, плечом к плечу.
— Эмиль Ларс — Фрэнк Райт. Это посланник от ордена, — сообщила она. — Говорит, что они там хотят клонировать Нью-Ньюлин в разных графствах.
  
— Вот оно что, — Фрэнк уставился себе под ноги, жалея, что забыл темные очки на первом этаже.
— Рад с вами познакомиться, — в его радиусе зрения появилась крепкая рука, которую пришлось пожать.
— Они со стариной Ноем поживут в одной из спален, — продолжила Тэсса. — Дашь ключи?
— Мы еще не решили, хотим ли вообще ставить замки на детские спальни, — напомнил Фрэнк, — поэтому там открыто.
— Вы предлагаете нам спать в помещении без замков? — ужаснулся пижон.
Тэсса хихикнула.
— У нас только Милны запираются, — объяснила она. — Остальные как-то не особо заморачиваются по этому поводу.
— Как же вы можете спокойно спать, зная, что к вам может войти кто угодно?
— Как это — кто угодно? — обиделась она. — Чужие тут не ходят.
— Фрэнки, Фрэнки! Чужаки! Чужаки! — донеслось из коридора, и тут же в класс влетел переполошенный Холли, облаченный в атласный халат. Он резко притормозил, разглядев пижона. Фрэнк видел только полы халата, но мог поклясться: их чокнутый задрал нос к потолку и сложил руки на груди.
— Эмиль Ларс, — снова представила инквизитора Тэсса. — Холли Лонгли.
— А мне нужна фанера, — проскрипел сварливый Джон, догоняя Холли. — Фрэнк, сколоти мне дорожный щит, я напишу на нем слово «убирайтесь» и поставлю на въезде в Нью-Ньюлин.
— Экстремальное гостеприимство местных жителей, — развела руками Тэсса. У нее был веселый голос, и расслабленное плечо у его плеча, поэтому Фрэнк не особо волновался из-за незваных инквизиторов. Кажется, Тэсса не видела в них угрозы, да и деревня открылась перед ними.
— А можно… автограф? — с нежданной робостью вдруг произнес пижон.
— Милый мой, — снисходительно проронил Холли, — вы не можете так нагло вторгаться к нам, а потом требовать автографы! Так и знайте: Тэсса с вами никуда не поедет. Не поедешь же? — тут же тихо и встревоженно уточнил он.
— Не поеду, — легко согласилась она.
— Не ваш автограф, — еще более робко проговорил пижон. — Автограф Фрэнка Райта.
— Ка-а-к? — оскорбленно выдохнул Холли.
— Я вырос в Бристоле, — зачастил пижон, — подростком то и дело бегал на бои без правил. Да я даже учился борьбе по записям с участием бешеного Райта.
— Бешеного Райта? — одобрительно переспросила Тэсса. — О, да, он безусловно такой, — и в ее голосе прозвучало откровенно эротичное мурлыканье.
— Автограф какого-то драчуна? Серьезно? — удрученно пробормотал Холли. — Куда катится этот мир?
— А я про что! — оживился Джон. — Последние времена наступают!
— Так у вас есть записи? — угрюмо спросил Фрэнк у пижона.
— А то как же!
— Уничтожьте их. Вы же знаете, как закончилась моя карьера.
— Но…
— Спальни, в которых вы можете остановиться — по коридору налево, — прервал Фрэнк этот балаган с автографами. — Тэсса, ты не могла бы перетащить тот тяжеленный сейф из кабинета? Мы втроем так и не смогли его поднять.
— Пошли, — она спрыгнула с парты.
— Прошу прощения, — всполошился пижон. — Разве Тарлтон не рассталась еще с инквизиторской силой? Она отлучена от ордена уже несколько лет. Я пережил это только в прошлом году, и уже не могу поднять большой вес.
— Свежий воздух, здоровый сон, много клубники, — спокойно ответила Тэсса, и Фрэнк все-таки распознал совсем тонкие нотки растерянности в ее голосе.
***
— Ну, не знаю, — забавные старики выпросили у Мэри Лу, которая неохотно доставала спиртное из-под прилавка, бутылку брэнди и поделились со всеми желающими. К обеду половина посетителей «Кудрявой овечки» лыка не вязали, а Дермот совсем разухарился. — Может, я и оставлю это тело себе. Невзрачненькое, конечно, зато сильное и выносливое.
Мэри Лу вдруг жахнула кулаком по столу.
— Но-но, — заплетающимся голосом возразила она. — Тэсса, конечно, хапуга, но не смей говорить про нее гадости.
— Позвольте, юноша, — сказал старик с мультяшным Гринчем на пузе, — если вы долго будете носить это тело, то лопнете, как мыльный пузырь.
— Барабум! — хихикнул другой старик по имени Йен Гастингс. Обычно он сидел в углу кофейни с самым напыщенным видом, всем и каждому пытаясь рассказать о давнишних подвигах. Но бренди сотворило с ним настоящее чудо, и теперь сквозь напыщенность проступал веселый и обаятельный человек, который почему-то до этого прятался.
— Точно-точно, — завопил тот, что с Гринчем. — У чар брэгов есть своя цена. Чем дольше ты их носишь на себе — тем на большее количество запчастей тебя потом разнесет.
— Что? — Дермот немедленно протрезвел. Истинный ужас сковал все его тело, будто кто-то засунул его в морозилку.
— Прошу занести в протокол, — ледяным голосом произнесла очень красивая и очень неприятная жена отшельника, живущая на холме. — Тэсса Тарлтон допустила это.
— Брэги — четвертый класс опасности, — вступился за инквизиторшу старик с Гринчем, — не ее профиль.
— Послушай-ка, Ной, — заговорчески дернул его за рукав Гастингс, — а что если нам с тобой тряхнуть стариной?
— А вот и тряхнем, Йен, — закивал его собеседник.
— Но это значит… — выдавил из себя Дермот, — что меня надо срочно спасать.
— Ты же теперь инквизитор, — ввернула ехидная жена отшельника, — иди и спасай себя сам.
— Но я не умею! — закричал Дермот.
— Упс, — лучезарно улыбнулась гадкая красотка.
— Не переживай, парень, — Гастингс, пошатнувшись, встал и похлопал его по плечу. — Сейчас мы с Ноем пойдем и уничтожим всех брэгов.
— Спятили? — резко прикрикнула на них красотка. — Да вы сто лет как не оперативники.
— Ну с какими-то жалкими гоблинами мы вдвоем справимся, — заверил ее старикашка с Гринчем, и два пьяницы, что-то напевая, выползли из «Овечки».
— Надо бежать за Тэссой, — переглянувшись с красоткой решила Мэри Лу.
Бездельник Эллиот угукнул и прытко поспешил на поиски.
Дермот, пьяно икая, пытался помолиться о долгой жизни, но думал только о том, как быстро здешние психи забывают мелкие ссоры и мгновенно объединяются друг с другом.
  
Глава 16 
 
Она все кружила и кружила вокруг людей, жадными ноздрями втягивая чужую жизнь внутрь себя. Запах ее дочери тянулся алой яркой нитью, запутавшейся среди других, лишних запахов. Девочка была сыта, это она унюхала точно, и кажется, больше ничего знать и не нужно.
Но в воздухе витало и кое-что еще. Сладкая удушливость разлагающегося под землей животного, ядовитые чары, кислота проказливых чужаков. От них исходила опасность, ползучая, скрытая.
И она встала на след, оскалив острые зубы.
***
Они как раз шли на обед в «Кудрявую овечку» — Тэсса, Холли, Фрэнк, Кенни и Эмиль, — когда им навстречу попался бездельник Эллиот.
— Батюшки, — заметил Холли, — да он же почти бежит. Наверное, случилось что-то страшное.
— По мне, так юноша волочится нога за ногу, — не согласился Эмиль.
— По меркам Эллиота он действительно очень спешит, — пояснила Тэсса и крикнула: — Ну что у нас опять стряслось?
— Эти пьяницы, — закричал в ответ Эллиот, — Йен и новенький старикашка из ордена! Они налакались бренди и отправились убивать брэгов.
  
— Понятно, — процедила Тэсса. — Фрэнк, прогуляешься со мной к лесу?
— А я, пожалуй, откажусь, — важно заявил Холли, будто его приглашали тоже. — Терпеть не могу все инквизиторское.
— Тэсса, я пойду с вами, — вызвался Эмиль. — Ни к чему в это ввязывать гражданских.