Обещание (СИ)

— И ты думаешь, что, убив Отца, ты сможешь спасти этот мир? А как же защитники и Аристократы они же фактически марионетки отца, которые не отдадут власть в другие руки и будут стараться сохранить тот строй, что существует сейчас — Спросил я.
— Я думаю, что можно что-то сделать с ними, но уже после того как убьем Отца, ведь нужны лаборатории для возвращения рассудка защитникам, если такое вообще возможно, а с Аристократами, я уверен, можно будет договориться — Ответил Дикей.
— Мне совсем не нравится этот план, но другого выхода я не вижу. Надеюсь, у нас все получится. — Сказала Лили. — Дикей, получается, твои родители пережили бункер и правление Отца. Из них сделали защитников?
— Нет, они погибли от голода в бункере примерно в одна тысяча девятьсот шестьдесят пятом — Тихо ответил он.
— Сочувствую. — Грустно сказала она, а потом вытаращила глаза. — Тебе, что, пятьдесят лет?!
— Пятьдесят четыре если точнее — Ответил он, наблюдая за нашей реакцией.
— Дикей ты, мягко говоря, не выглядишь на пятьдесят четыре, максимум на тридцать — Удивленно сказал я.
— Я же говорил, что в этом мире люди живут от ста лет, потому и сохраняются лучше. Если смотреть по вашим меркам, то дели мой возраст на два.
— Двадцать семь… Ну вот так уже лучше, а то пятьдесят четыре, напугал то как.
— Приму за комплимент. — Сказал он и, поднявшись со стула подошел к защитнику. Перевернув его, Дикей стянул руки, штукой похожей на ту, в которую заковали меня при штурме первого Блокпоста. — На всякий случай, я, конечно, не думаю, что он очнется сегодня или завтра, но лучше перестраховаться.
— Что это за веревка такая — Спросил я, кивнув на то, чем он сковал защитнику руки.
— Кинетические наручники. Чем сильнее дергаешься в попытках выбраться, тем сильнее они сжимаются, но выстрел из бластера легко освобождает тебя из оков. Достаточно эффективная вещь. — Он достал из одной из висевших коробочек на поясе, коричневую таблетку, а затем проглотил её. — Чтобы не уснуть на ночном дежурстве.
— Мы все равно будем меняться, неужели ты не сможешь продержаться пару часов? — Спросил я.
— Я уже принял препарат и теперь не усну, по меньшей мере, десять часов, так что, увы, но я буду дежурить один. Вам бы следовало отдохнуть после всего, что случилось.
— Тебе ведь тоже отдыхать надо, пятьдесят лет как-никак. — Я улыбнулся. — У этого препарата есть побочные эффекты?
— Есть, два, но случаются они один реже другого, так что все будет в порядке. Я пошел на крышу, до завтра.
— Дикей, я поднимусь с тобой — Вдруг сказал ему я.
— Ладно, но на всю ночь даже и не рассчитывай, я не собираюсь завтра тащить и сонного тебя и защитника.
— Договорились.
— Удачи вам, а я спать — Сказала Лили, закутавшись с головой под одеяло.
— А как же перетащить кровать подальше от разбитого окна? — Спросил я.
— К черту, за одну ночь ничего не случится — Зевая, ответила она.
Мы с Дикеем вышли в коридор, в углу, неподалеку от другой квартиры, стояли сломанные часы и пара засохших растений. На лестничной площадке, Дикей выстрелил в люк и тот, рухнув на пол, открыл нам путь на крышу.
Разлегшись на крыше и, уставившись в бинокль, разглядывая здания и дороги на севере, Дикей заговорил:
— Я думаю, что все-таки зря я взял вас с собой. Сначала я просто обязан был взять вас из-за провала основного плана. Но, узнав вас лучше и, что моя затея с Серыми в любом бы случае провалилась, меня начала мучить совесть. Я потащил вас через два мира, решать свои собственные проблемы. Мало того я сам начал видеть этот план безумным и невозможным.
— Не теряй веры в то, что мы справимся. Мы и так держимся на одном энтузиазме, депрессия и апатия здесь будет не к месту. Нужен кто-то, кто будет постоянно подбадривать и вести нас вперед, ты уж прости, но в нашей команде эта роль явно должна быть твоей.
— Я постараюсь, но, если объективно смотреть… Да и вам еще здесь тяжко, я же вижу. Меньше чем за год, если не ошибаюсь, вы побывали в трех разным мирах, а это уже достойно похвалы.
 
— Всегда и везде тяжело, без разницы, какой это мир — твой родной, тот в котором ты вырос или неприветливый, желающий тебя убить. Зато если бы ты не взял меня с собой, я может и не встретил бы Санни.
— Ты знаешь, как это произошло?
Я покачал головой.
— Думаю, что это как-то связано с переходом в другой мир.
— Исследовательская группа иных миров заинтересовалась бы тобой, наверное, для тебя даже лучше, что её не стало, иначе бы тебя замучали с различными проверками, экспериментами и так далее.
— Дикей, мы победим Отца, восстановим город и тогда, может быть, я добровольно пойду на обследование для этой Исследовательской группы.
— Если бы истории всегда заканчивались хэппи-эндами. Ладно, мы еще даже не прошли первый Блокпост, нельзя раскисать. — Он убрал бинокль и посмотрел на меня. — Спасибо тебе, ты вернул мне надежду на то, что у нас есть шансы.
— Обращайся, нам нельзя падать духом, не после того, как мы прошли точку невозврата.
— Ты прав — Сказал Дикей и продолжил осмотр близлежащих территорий.
Буквально через несколько минут я уже начал клевать носом, но упорно продолжал дежурить вместе с Дикеем.
— Иди, наверное, уже спать. Я спиной чувствую, как ты проигрываешь в схватке с Морфеем — Сказал мне он.
— Нет, что ты, я в полном порядке — Сказал я и под конец смачно зевнул.
— Угу, помнишь наш уговор? Не хочу завтра тащить тебя на своем горбу или выступать ко второму Блокпосту ближе к вечеру.
— Ладно-ладно ухожу. — Сказал я и, чуть качнувшись, поднялся на ноги. — До завтра.
“Я постоянно удивляюсь силе этого паренька. Мы оба Двуликие, единственные в своем роде, но я слабее его. Он отправляется на самоубийство ради меня, того, кто его предал, и чуть было не уничтожил целый мир. Какой же абсурд. Иногда мне не хватает его вездесущего оптимизма, и безбашенности с которой он окунается в чужие проблемы. Да, он просто добряк, который готов пожертвовать собой ради других. Добряк, который не позволит с собой играть. Он не оставит родных в беде, вспомнить, ту же Лили… Душевно я все еще не оправился после нашей стычки, когда Райс мстил за девушку. Правда я не думаю, что они просто друзья, может Райс так и считает, но не Лили… Да, Райсу действительно повезло, ему тяжко приходится: вечные сражения, нелегкое детство, самоличное убийство учителя, который заменял ему отца; но, несмотря на все это ему действительно повезло. Им еще рано здесь погибать, я приложу все свои силы, чтобы они вернулись в свой мир невредимыми” — Оставшись на пронизывающем ветре в полном одиночестве, раздумывал Дикей.
Этот день серьезно измотал меня, и я буквально засыпал на ходу, как вдруг легонько стукнулся о стену. Отпрянув, я увидел часы, стоящие в углу, на которых, как и было без четверти десять, как мы выходили на крышу, так и осталось.
“Неужели время остановилось?” — Сонно подумал я и зашел в квартиру.
Слегка задев косяк, я хотел было рухнуть на кровать, но вспомнив, что она занята, уселся на стул. Спина изгибалась под неестественным углом, когда я расслаблялся, но заснуть, вроде, можно.
— Ты опять, что ли решил на стуле уснуть? — Сонно спросила Лили.
— Тогда было кресло. Почему это ты не спишь?
— Ты с таким шуршанием зашел, что даже мертвый бы проснулся, я еще удивлена, как защитник из комы не вернулся после твоей симфонии.
— Прости, прямо на ходу засыпаю. С этого момента буду тише воды ниже травы, спокойной ночи.
Лили поднялась на одном локте и взглянула на меня.
— Ты же спину себе повредишь, если так спать будешь. — Она вздохнула. — К счастью, я занимаю не всю двухместную кровать, так что ты можешь нормально поспать, не опасаясь на утро стать кривым, горбатым и простывшим. Только давай быстрее залезай, спать же все-таки хочется.
 
— Спасибо — Немногословно поблагодарил я и, сняв свой плащ, чуть обедневший, но все равно скрывающий под собой несколько мечей, отстегнул рукоять четырехручного меча и поставив ее в угол, а затем лег рядом.