Украденные сны (СИ)

Призрак горько вздохнул.
— Как мы жили! — доверительно сказал он. — Душа в душу — не то, что нынешняя молодежь. А какого гуся Надежда Федоровна запекала по воскресеньям. С яблоками! Вы когда-нибудь пробовали гуся с яблоками, молодой человек? А яблоки обязательно надо брать зеленые, с кислинкой. Ох, какой вкус они придают гусю!
— Уверен, вы с Леонидом Францевичем прекрасно поймете друг друга, — улыбнулся я. — Он тоже большой любитель хорошей кухни. Кстати, это именно он вас вызвал.
  
Призрак обер-прокурора брезгливо поморщился:
— Мне только некроманта в приятелях не хватало!
Я примирительно развел руками:
— Вы же отлично знаете, что никто из нас не выбирает свой дар. Мы можем только следовать ему или отказаться. Леонид Францевич работает экспертом в Тайной службе. Кроме того, мне кажется, что он нечаянно оказал вам услугу.
— Какую еще услугу? — сварливо поинтересовался Рябушинский.
— Посудите сами, — улыбнулся я. — Если вы поможете нам раскрыть эти убийства, то господин Зотов непременно упомянет в рапорте о вашем деятельном участии. А рапорт ляжет прямиком на стол его величеству. Уверен, это отличный повод, чтобы увеличить пенсию, которую назначили вашей супруге.
— Вы так думаете? — насторожился призрак.
— Уверен, — кивнул я. — Его величество не страдает скупостью и умеет быть благодарным.
Призрак задумчиво пожевал пухлыми губами.
— Говорите, вы из рода графов Воронцовых? А кем вам приходится Игорь Владимирович Воронцов?
— Это мой дед, — улыбнулся я.
— Умом вы явно пошли в него, — одобрительно кивнул Рябушинский. — Надеюсь, он еще жив? При случае передайте ему мой поклон. Мы неплохо общались в свое время.
— Непременно передам, — пообещал я. — Так вы согласны помочь нам, Петр Павлович?
— Согласен, — решительно кивнул Рябушинский. — Вы правильно сказали — я служитель закона. Расскажите мне обстоятельства дела.
Зотов все это время не сводил с нас глаз. Взмахом руки я показал ему, что можно подойти. Но Никита Михайлович, помня о своих непростых отношениях с Рябушинским, благоразумно предоставил мне вести разговор.
Я рассказал бывшему обер-прокурору все обстоятельства дела. Постарался не перегружать свой рассказ лишними подробностями, но обо всех важных обстоятельствах упомянул. Не забыл рассказать и о загадочной смерти князя Куракина.
— Куракина я знал, — кивнул призрак. — И не просто знал. Я давно подозревал, что он затевает что-то нехорошее.
— Заговор? — удивился я.
— Возможно, — поморщился Рябушинский. — На всякий случай, я присматривал за ним, но князь оказался умен. Ничего компрометирующего мои люди не нашли. Когда, вы говорите, он умер?
— Позавчера днем.
— Я видел его здесь именно в это время. И он был не один. С ним был подозрительный тип в черном плаще. Лицо я не разглядел — он накинул на голову капюшон. Видел только седую бороду.
— Это мог быть ваш сосед? — насторожился я.
— Не называйте его моим соседом, — скривился бывший обер-прокурор. — Терпеть не могу подобную фамильярность.
— Простите, — серьезно сказал я. — Это мог быть мастер снов Тимофей Градов?
— Не знаю. Я ни разу не встречался с ним.
— А сегодня утром вы его не видели?
— Нет. Призраки, знаете ли, не всегда пребывают в этом мире. Вы же не думаете, что у меня нет других дел, кроме как постоянно бродить вокруг собственной могилы.
— Честно говоря, именно так я и думал, — удивленно признался я. — А какие дела у призраков?
— Вот станете призраком, тогда узнаете, — злорадно пообещал Рябушинский.
— Я не тороплюсь, — вежливо ответил я.
В самом деле, не пререкаться же с бестелесным существом.
— Как вы поняли, сегодня мы пытались вызвать призрак Тимофея Градова, — вместо споров сказал я. — Но он почему-то не пришел. Насколько я понимаю, вы не утратили способность пользоваться мысленной речью. Скажите, вы могли бы прислать мне зов, если Градов снова появится здесь?
— Вы предлагаете мне стать вашим шпионом? — гордо выпрямился призрак. — Не забывайте — я обер-прокурор.
— Но ведь вы часто бываете здесь, — напомнил я. — Место уютное, но скучноватое, как мне кажется. А участие в расследовании могло бы вас развлечь.
— Кажется, ему, — проворчал призрак. — Впрочем, ладно. Если я еще увижу этого вашего Градова — пришлю вам зов. Надеюсь, это не слишком вас напугает.
— Благодарю вас, — улыбнулся я.
— А почему вы не хотите выкопать подозреваемого из могилы? — вдруг спросил обер-прокурор. — В таком случае даже я подписал бы разрешение на эксгумацию. А Барятьев тем более подпишет.
— А зачем его выкапывать? — удивился я.
— Вы ничего не знаете о призраках, юноша? — голос Рябушинского звучал укоризненно. — Ни один призрак не может уходить далеко от места своего упокоения. Перевезите его тело в свою лабораторию и там колдуйте над ним, сколько вам угодно. Кстати, вам не придется тревожить других усопших и закрывать весь квартал магической завесой.
— Вы правы, я ничего не знал об этом, — согласился я. — Спасибо за хороший совет.
Я повернулся к Зотову:
— Никита Михайлович, вы слышали, что предлагает господин обер-прокурор?
— Не только слышал, но и успел вызвать сюда полицейских с лопатами и мобиль, — кивнул Зотов. — Предложение очень хорошее.
Он угрюмо посмотрел на призрака и через силу добавил:
— Благодарю вас, господин Рябушинский.
— На здоровье, господин Зотов, — язвительно ответил призрак.
— Погодите! — вспомнил я. — А как же вы собирались уйти с кладбища? И как хотели добраться до Имперской канцелярии? Вы ведь тоже привязаны к своему надгробию.
Призрак обер-прокурора обиженно поджал губы.
— Совершенно необязательно ловить меня на слове, господин Тайновидец! Я всего лишь хотел проучить некоторых начальников Тайной службы.
— Понятно, — рассмеялся я.
— У вас еще есть ко мне вопросы? — ворчливо спросил Рябушинский. — Может быть, изволите дать мне какие-то поручения? Я ведь теперь ваш агент.
— Вопросов больше нет, — улыбнулся я. — Только небольшая просьба.
Я замялся, не зная, как деликатнее выразиться. Но потом решил говорить напрямик.
— Не могли бы вы вернуться в свою могилу? Скоро здесь появятся полицейские. Да и посетители могут заглянуть, чтобы проведать родственников. Не стоит их пугать.
— С удовольствием вернусь, — хмыкнул Рябушинский. — На том свете куда спокойнее, чем на этом. Но для этого ваш неумелый некромант должен меня отпустить.
— С превеликим удовольствием, — поспешно согласился Леонид Францевич. — Скажите, а этот рецепт гуся с яблоками — вы его помните? Я бы с удовольствием его записал.
— Возьмите рецепт у моей вдовы, — снисходительно ответил бывший обер-прокурор. — До встречи, господа, наша беседа меня утомила.
Призрак, колыхаясь, завис над своей могилой. Леонид Францевич поспешно брызнул на него зельем из колбы и пробормотал какое-то заклятье.
Господин Рябушинский медленно и торжественно опустился под землю, одновременно бледнея и становясь прозрачным. Наконец, он полностью исчез.
— Вот про такие случаи и говорят: «Как сквозь землю провалился», — заметил Зотов.
Небо, словно по волшебству, очистилось. Засияло солнце, ледяной ветер сменился теплым. Я бросил взгляд на молодую березку, которая росла между надгробиями — на ее резных остроконечных листьях-сердечках медленно таял иней.
— Я бы сейчас чего-нибудь выпил, — признался Леонид Францевич, вытирая лоб носовым платком. — И закусил.
Зотов недовольно нахмурился, и мне пришлось поддержать эксперта:
— Я тоже проголодался. Поднялся на рассвете и позавтракал наскоро.
— Помните сербскую клопу, о которой я вам говорил? — оживился Леонид Францевич. — Так вот, она буквально в двух шагах отсюда.
  
— Замечательно, — обрадовался я. — Тем более, что Никита Михайлович обещал нам обед в этой самой клопе.
— Давайте, все-таки, дождемся полицейских, — проворчал Никита Михайлович. — Если еще и они, пользуясь нашим недосмотром, раскопают не ту могилу, я замучаюсь писать объяснительные.