Украденные сны (СИ)

— К сожалению, ваше сиятельство, у нас нет времени ждать, — вмешался Зотов. — Поедем на моем мобиле.
— Хорошо, — кивнул я.
— Завтра же я мобиль будет как новенький, и его доставят тебе, — пообещал Игорь Владимирович. — Предупреди Игната, чтобы он ждал.
— Благодарю, Игорь Владимирович, — кивнул я.
Дед хотел еще что-то сказать, но только сверкнул глазами, не желая сорваться в присутствии Зотова.
  
— Поезжай, Саша. Я надеюсь на тебя.
* * *
В Шувалово мы приехали, когда уже стемнело. Но сквозь листву сада я разглядел, что в доме Веры Павловны Милосердовой горит свет. Мастерица снов еще не спала.
— Хорошо здесь, — сказал Зотов, выбираясь из мобиля. — Тихо и уютно.
Он повел плечами, разминая затекшую спину.
— Давайте сразу договоримся, господин Тайновидец. Разговаривать с мастерицей снов буду я. А вас прошу внимательно слушать и делать выводы. Все же, у меня опыт допросов куда больше вашего.
— Не спорю, — улыбнулся я. — С удовольствием поучусь у опытного следователя.
— Значит, договорились, — подвел итог Зотов и решительным шагом направился к калитке. Но почти сразу остановился.
В темноте сверкнули зеленым светом глаза, и послышалось негромкое рычание.
Зотов замер на месте, подняв руку — наверное, он готовился использовать какое-то заклинание.
— Стойте! — быстро сказал я. — Это Волчок! Отойдите на шаг.
Зотов, к моей радости, послушно отошел.
— Волчок? — переспросил он. — Собака?
— Нет, это волк. Но он нас не тронет.
Волк стоял на тропинке, глядя на нас сквозь рейки калитки.
Я услышал, как в доме хлопнула дверь. А затем голос Веры Павловны позвал:
— Волчок, иди сюда!
Волк сразу же повернулся и бесшумно исчез в темноте.
— У меня прибавилось вопросов к этой мастерице снов, — негромко пробормотал Зотов. — И так или иначе я их задам.
— Давайте подождем, — предложил я.
И не ошибся.
Вера Павловна сама подошла к калитке.
— Кто здесь? — спросила она, всматриваясь в наши лица. — Господин Тайновидец?
— Да, — кивнул я. — Со мной начальник Тайной службы Никита Михайлович Зотов.
— Входите, — помедлив, сказала мастерица снов.
Она сама приоткрыла калитку и впустила нас в сад.
— Здесь еще есть сова, — предупредил я Зотова. — Ее зовут Варежка, и она ловит мышей.
Зотов только хмыкнул, идя по тропинке вслед за мастерицей снов.
На этот раз нас пригласили в дом. Но чаю Вера Павловна не предложила и варенье на стол не поставила. Молча указал на табуреты возле деревянного стола и вопросительно посмотрела на Зотова.
Волчок бесшумно проскочил в дом и уселся возле ног хозяйки, пристально глядя на нас.
— Приношу извинения за беспокойство, — сухо сказал Никита Михайлович. — У Тайной службы есть к вам несколько вопросов.
Он раскрыл свой знаменитый блокнот в переплете из черной кожи.
— Слушаю вас, — кивнула мастерица снов.
— Вы знаете князя Михаила Александровича Куракина?
— Да. я лечила его.
— От какой болезни? — поинтересовался Зотов.
— От бессонницы, — помолчав, ответила Вера Павловна.
— Когда Куракин к вам обратился?
— В конце весны. Примерно два месяца назад.
— Можете сказать точнее? — нахмурился Зотов.
— Я не веду записи, — спокойно ответила Вера Павловна.
— Жаль. Расскажите, в чем состояло лечение.
— Я нанесла на руку его сиятельства магическую печать и прописала успокаивающие отвары.
— А как действует печать? — заинтересовался Зотов.
— Она помогает человеку подружиться со своими снами, — ответила Вера Павловна.
Эти слова я уже слышал, когда впервые пришел к ней.
Пока Зотов задавал вопросы, я наблюдал за мастерицей снов, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям. Насколько я мог судить, Веру Павловну одолевало вполне понятное беспокойство. Но на ее месте кто угодно беспокоился бы, увидев у себя на пороге начальника Тайной службы.
Ни страха, ни растерянности я не почувствовал. Не уловил и ощущения вины.
— Подружиться со своими снами?
Зотов недовольно хмыкнул.
— И что же это за сны?
— Я не знаю, — твердо ответила мастерица.
— Но ведь ваша магия предполагает ментальное воздействие. Хотите сказать, что вы не вмешивались в сны князя Куракина?
— Именно так. Мы никогда этого не делаем.
В этот момент я уловил, как настроение Веры Павловны изменилось.
— Мы? — уцепился за ее слова Никита Михайлович.
— Мастера снов, — объяснила Вера Павловна.
— Сколько таких мастеров в городе?
— Я знаю еще двоих.
— Мне нужны их имена и адреса.
Он записал имена мастеров в свой блокнот.
— Больше вы никого не знаете?
— Был еще один мастер, — ответила Вера Павловна. — Но он умер несколько лет назад.
— И все? — удивился Зотов.
— У нас редкий дар. Не так просто работать с чужими снами.
— Хорошо, — нетерпеливо кивнул Зотов. — Давайте вернемся к князю Куракину. Вы утверждаете, что не вмешивались в его сны?
— Именно так.
Мастерица снов подняла голову и взглянула прямо на Зотова. Ее настроение снова изменилось.
— Но князь просил вас об этом? — мягко вмешался я. — Так ведь, Вера Павловна?
Мастерица снов чуть повернула голову и посмотрела на меня.
— Я бы не хотела говорить об этом, господин Тайновидец. Мастера снов — не целители. Но те, кто к нам обращается, заслуживают уважения к своим тайнам.
— Князь Куракин умер сегодня днем, — резко сказал Зотов. — Скончался во сне от внезапного разрушения магического дара. Это была очень болезненная смерть. Ее не могло вызвать ни ментальное воздействие, ни отравление магическим зельем. А вот внушенный кем-то сон — запросто. Пока я придерживаюсь этой версии.
В свете магической лампы я заметил, что губы Веры Павловны побледнели.
— Как умер? — потрясенно прошептала она.
Сидевший у ее ног волк приподнял верхнюю губу, показывая клыки.
— Расскажите нам все, что знаете, — посоветовал я.
Мастерица снов опустила взгляд. Ее руки беспокойно теребили льняную скатерть.
— Хорошо, — как-то растерянно произнесла она. — Я все расскажу.
Князь Куракин и в самом деле обратился к мастерице снов в конце весны. Он жаловался на бессонницу, но Вера Павловна сразу почувствовала, что он о чем-то недоговаривает.
— Почему вы согласились с ним работать? — поинтересовался Зотов.
— Это мой хлеб, — просто ответила Вера Павловна. — Я зарабатываю магией снов себе на жизнь. И на мясо для Волчка.
— Что было дальше?
— Потребовалось несколько сеансов, — ответила Вера Павловна. — Князю не давали покоя какие-то навязчивые мысли.
— Он рассказывал вам о них?
Мастерица снов печально покачала головой.
— Нет, он так и не рассказал. Мне стоило большого труда хоть немного успокоить его.
— Куракин был чем-то напуган? — спросил я.
— Нет, наоборот. Он радовался, словно предвкушал что-то приятное. Я еще тогда подумала, что он попросит меня вмешаться в его сны. И не ошиблась. Я закончила работать над печатью. Князь щедро заплатил, и я думала, что на этом все закончится. Но через неделю он появился снова. Уговаривал помочь ему, предлагал заплатить втридорога. Но я отказалась наотрез.
— И почему же? — не скрывая недоверия, спросил Зотов. — Такое вмешательство требует запрещенной магии?
— Нет, — ответила Вера Павловна. — Это другой запрет.
Она беспомощно взглянула на меня. Наверное, опасалась, что Зотов ей просто не поверит.
— Я знаю, о чем идет речь, — пришел я на выручку мастерице снов. — Нельзя вмешиваться в чужие сны, потому что это запрещает их Хранительница.
— Что за Хранительница? — изумился Зотов.
  
— Магическое существо, — вздохнул я. — Она живет в человеческих снах. И очень не любит, когда кто-то вмешивается в них.
Зотов откинулся на табурете и скрестил руки на груди.