Развод и девичья фамилия (СИ)

Новый объект, в который уже было вложено столько времени и средств был под угрозой. А все из-за того, что часть земли объявили не пригодной ля застройки, сделав из нее природоохранную зону. И теперь там только что парк можно посадить. А для строительства остается, да нифига там не остается. Нужно срочно менять всю концепцию, а это время и деньги.
В общем, засиделся я на больничном, пора в офис. А то там тоже небось расслабились все.
  
С самого утра выдернул Вадьку и Леву, сидим перебираем все возможные варианты выхода из сложившейся ситуации. Вадька с бодуна, помятый, но довольный паразит. Даже завидно, что он может вот так все бросить и не думать о работе.
К десяти пришла Алиса, не забыть бы, что тут по отчеству ее надо звать. Хотя два мои приятеля по-моему уже давно догадались, что я симпатизирую своей помощнице. С Вадькой я спалился, когда требовал отчет, что за роман у них там приключился. А Лев догадался, когда? Не помню, что бы я повод давал.
Ладно, пора признаться, что да, попал я, нравится мне Алиса, хочу видеть ее, скучаю. О, пожалуй кофе нам не помешает. О чем и прокричал в приоткрытую дверь.
Стоило увидеть ее раскрасневшиеся с мороза щеки, как вспомнил дочку ее мелкую, как закидала меня егоза снежками.
— О-о-о, все ясно с тобой…— протянул Вадька, глядя на мою хмурую физиономию.
— Чего тебе там ясно? — пряча улыбку за чашкой кофе, поинтересовался Лев, у приятеля.
— Все, пропал Ванька, мы его теряем. — заржал Вадюха, многозначительно поиграв бровями.
— Это мы тебя на три дня потеряли, обнаглел совсем! — я включил строго начальника, хотя с друзьями такое не прокатит. Мы столько знакомы, что видим друг друга насквозь. Особенно Вадька, он знает наперед, что надвигаются перемены.
— Ой ладно, не ворчи, как старый пень, — отмахнулся Вадим, — подумаешь отпуск, эка невидаль. Тебе кстати тоже не помешает отдохнуть.
— Отдохнул уже, — я придвинул к себе план участка. — пора бы поработать.
Из приемной послышались голоса, Алисин и явно еще двое мужских. Я напрягся, кто там с утра пораньше к Алисе пришел? То, что вообще то мы на работе и могут придти не по личным делам даже в голову не пришло. Вадюха только посмеивался надо мной, слава богу молча. Я не выдержал.
— Алиса! — фу ты, чуть про отчество не забыл, — кхм, Владимировна!
Несколько томительно долгих секунд, и в кабинете появилась помощница, прижимая к себе букет. И выражение лица такое мечтательное, довольное. Даже забыл что сказать ей хотел. Вместо этого повел себя как ревнивый подросток
— А что происходит?
Конечно, ответил Вадька, что б ему пусто было.
— Так все просто, когда не даришь цветы сам, их дарят другие.
— Заткнись, — шепнул ему тихо, что бы услышал только он
— Франсуа Арно приехал, ждет собеседования. — произнесла Алиса довольно улыбаясь. Это что француз к ней с букетом пожаловал? Что он там собеседование ждет? Уволен! И близко не подпущу к Ал… к фирме нашей.
— Арно? Ждет собеседования⁈ — изумленно вытаращился Лева на дверь. Точно, ему же никто не сказал, что Алиса учудила.
— Зови! — рыкнул я, не сводя глаз с цветов. Увольнять буду.
  
Глава 42
 
День уже клонился к завершению, а заседатели все решали какую-то важную задачу. Меня в детали не повещали, только за кофе гоняли постоянно. Состав команды увеличился еще на двоих— Лео и мой несостоявшийся начальник— тоже присоединились к обсуждениям.
Больше всего повезло Сергею, его до вечера отпустили, наказав приехать к семи.
Пару раз выходил взъерошенный Вадим с телефоном в руках. Судя по обрывкам фраз, долетавшим до меня, ему звонила жена.
Вот, собственно и все, как прошел рабочий день.
Скучно и ничем не примечательно. Все сотрудники работали или делали вид, что усердно работают. Шутка ли, все начальство в сборе.
Ближе к шести я выключила компьютер, полила цветы от безделья и вспомнила, что давно не звонила Майе Михайловне, хотя обещала держать ее в курсе. Надо вечером набрать предшественницу, нехорошо получилось.
В половине седьмого Димка отчитался смской, что Настасья поиграна и погуляна. А почти в семь наконец-то на пороге появись сперва Вадим с Лео, позади француз и Лев Сергеевич, а вот Ивана не было. Да оно и понятно, на своих двоих он пока не передвигается, а лишний раз показываться в кресле он, скорее всего, не хочет. Вот и сидит небось, делает вид, то еще занят работой.
— О, Алиса, а ты чего тут еще? А ну, марш домой! — Вадим плевать хотел на заморочки с субординацией, потому отчество мое, похоже, для него не существовало.
— Уже почти ушла. — Заверила я пиарщика, поднимаясь со своего места.
Последним из кабинета вышел Дмитрий Сергеевич, унося в руках пачку бумаг. Видимо, в проектном отделе будут жаркие денечки, вон сколько набросков за день накидали. Теперь все надо привести в приличный вид.
— Алиса, ты еще тут? — поинтересовался шеф, и я пожалела, что не слиняла.
— Считайте, что уже нет, — ответила, надевая куртку, задела рукавом цветы, и чуть не уронила импровизированную вазу. Пожалуй, заберу их с собой, пусть меня дома радуют. Вынула розы из воды и почувствовала спиной тяжелый взгляд, медленно обернулась, на пороге, опираясь на костыли, стоял Шеф и не сводил взгляда с букета в моих руках.
Смешной, розы ему не нравятся, а мне вот очень нравятся, — поднесла цветы поближе к лицу и вдохнула волшебный аромат. Пусть позлиться.
— Ммм, какой запах чудесный. Очень люблю розы. До завтра. — и не давая шефу опомниться, подхватила со стула сумочку и помчалась на выход. Чувствовала себя при этом отлично настроение волшебное. Будто я не домой с работы иду, а со свидания возвращаюсь.
У дверей столкнулась с Сергеем, тот, не дождавшись шефа в машине, решил подняться.
В общем, до самого дома я не шла, а летела, словно на крыльях. И ничего не могло испортить мне настроения: ни звонок мамы, которая отчитала меня, что не пользуюсь ее советами, ни встреча с бывшим, почему-то выгуливающим своего питомца у нашего дома, ни даже то, что в ящике обнаружила повестку в суд, очевидно, назначена дата развода. Поскорее бы уже закончить эту историю с Антоном, а там глядишь и новая начнется. Вон, оказывается, не перевелись еще мужчины, способные дарить цветы.
В прихожей споткнулась о спортивную сумку сына, которую он поставил прямо перед входной дверью.
— Дима, блин! — взвыла я, прыгая на одной ноге. — Что за… Ой блин. — цензурные слова на этом закончились.
— А, мА, это ты, прости, я сейчас уберу, — сын вышел из комнаты с двумя джойстиками от приставки и положил их в ту самую сумку, о которую я запнулась. — Хочу плеху забрать, с отцом погоняем. Ты же не против. О, откуда веник? — сын заметил цветы.
— На работе подарили.
— Так не Восьмое марта же? — удивленно произнес сын.
— А что, по-твоему, цветы можно дарить только по праздникам? — удивилась я логике сына, хотя, чего хотеть от ребенка, у которого перед глазами такой отцовский пример?
— Ну на день рождения еще можно, на Новый год там, хотя не, на Новый год не обязательно, — принялся перечислять праздники, на которые женщинам дарят подарки в виде букетов.
Видимо, у меня на лице было такое выражение, что Димка рассмеялся.
— Да шучу я, мА, ты чо? Правда думаешь, я такой тупой, что ли?
Что-то было не так. А разговорами с сыном я упустила из виду, что дочь не крутится под ногами.
— А где Настурция? Настя! — крикнула я в сторону детской и поспешила туда.
  
— Ой, да где она может быть? Мультики смотрит. — закатил глаза сын, но он оказался не прав. На кровати, свернувшись калачиком, Настя спала. Обычно такое происходит только тогда, когда дочь заболела. Я потянулась к ее маленькому лобику, приложила ладонь. Так и есть, горячая.
М-да, Алиска, придется остаться дома. Сидеть с Настеной некому. Сыну нужно на учебу, бабушки у нас нет, ну такой, чтобы могла помочь в этом вопросе. Вот и проверим, как на работе относятся к больничным.