Повелительница леса (СИ)

— А ты можешь заставить деревья пуститься в пляс? — в тон мне ответил Флориан.
— Сможешь показать, кто тебя нанял? — обратился Элрик к наемнику.
Тот закивал.
Я освободила одну из его рук. Палец наемника уперся в меня. Он не то захохотал, не то зашипел. Взгляды присутствующих уперлись в меня.
— Да вы что, издеваетесь? — топнула я ногой.
— Элрик, отпусти меня. Ты же видишь, что это все подстроено. Готова поспорить, что и ребенок этой смертной не от тебя.
— Нет никакого ребенка, глупая эльфийская гусыня! — раздраженно выпалила я и обратилась к Элрику, указывая на торчавший в полу кинжал: — Смотри, вот кинжал и точно таким же Камелия попыталась меня прикончить сегодня. К тому же, с какой стати она не стала пить вино и не дала выпить своему отцу? Готова поспорить, она напихала в бокал столько отравы, что можно извести всех эльфов на свете!
— Элрик, меня оговорили, твоя смертная сразу меня невзлюбила, — зарыдала эльфийка. Даже рыдания получались у нее мелодичными.
— Должна быть бумага, — Флориан присел рядом с кинжалом, изучая его. — Не у наемника, так у заказчика.
— Какая бумага? — нахмурился Элрик.
— Подтверждающая факт сделки. Клан наемников довольно старомоден в этих вопросах.
— Ты что, пользовался их услугами? — с подозрением спросила я.
— У меня было чертовски много времени на чтение, — лениво откликнулся он.
Я нервно кусала губу, потом, вспомнив, хлопнула себя по лбу и бросилась из спальни. Вслед мне несся окрик Элрика, приказывающий остаться. Но я, не слушая, уже неслась в комнату Камелии. Как и раньше, я пробралась туда через кухонный сад, решив не тратить время на поиски ключа. Нырнув под кровать, я, сдирая ногти, оторвала тонкую пластинку от стены и зашарила в углублении, молясь, чтобы Камелия не перепрятала содержимое. Когда рука нащупала лист пергамента, я чуть не завопила от восторга. Послышалась возня, шум, а когда я вылезла из-под кровати, оказалось, что в комнате уже стоят Элрик, Флориан, Алистер, Идриль и Камелия со стражей.
— Вот, — я протянула Элрику бумагу дрожащей рукой, опасаясь, что сейчас он скажет что-то в духе: «Ну, и зачем мне рецепт пирога на эльфийском?»
Камелия дернулась, но стража была начеку и держала ее крепко.
— Не смей! Элрик, нет!
Стальные глаза по мере чтения становились все больше. Прочитав, Элрик протянул бумагу Алистеру, а затем подошел к Камелии и спросил:
— Так это и правда была ты? Все это время?
Эльфийка вскинула голову.
— Зачем? — резко спросил Элрик, взяв Камелию за подбородок и заставив смотреть на него. — Отвечай! Или мне придется казнить и тебя, и твоего отца, как сообщника!
Я окаменела. Казнить Алистера? Но ведь Элрик это несерьезно? Камелия несколько минут не мигая смотрела на Элрика, словно взвешивая, насколько она ценит бессмертие того, кто подарил ей жизнь. Наконец она заговорила:
— Ты не замечал меня. Никогда не замечал. А ведь я любила тебя! Как же я тебя любила, мой король, — с болью в голосе произнесла она. — Я готова была ради тебя жизнь отдать. Мы могли бы быть так счастливы. А каких красивых детей мы бы могли подарить этому лесу! Но ты видел только пустоголовую Лиатрис, а потом эту надменную пустышку Идриль, — Камелия кивнула в сторону лунной принцессы. — Да, я решила отравить тебя, я бы в тот же день выпила яд, чтобы мы вместе лежали под энвина норно, чтобы хотя бы там мы были рядом! Но твой кот помешал моим планам. Тогда я решила, что раз я не могу иметь детей от любимого, их не будет иметь никто в этом лесу. — Мы с Флорианом быстро переглянулись, а Камелия продолжала: — Как я радовалась, когда Лиатрис пропала, я думала, наконец-то ты оценишь меня, ту, что всегда была рядом с тобой. Но ты плевать хотел на мою любовь. Ты снова готов был дарить свою любовь кому угодно, но только не мне. На маскараде я хотела избавиться сначала от тебя, — кивок в мою сторону, — потом от тебя, — в сторону Идриль, — ну, а после, мой король, я бы нашла способ соединиться с тобой в вечности.
— Безумная! — выдохнул Элрик, делая шаг назад.
 
— Обстоятельства могут изменить кого угодно, — пробормотала я, припомнив, что эти самые слова как-то в разговоре употребила Камелия. — Где ты брала яд? — быстро спросила я.
— Из запасов отца, но он ничего не знал. Я выкрала ключ однажды и взяла немного цветов безвременника из его запасов.
Алистер, слушавший откровения своей дочери, прижав ко рту изящную ладонь, смог лишь выдохнуть:
— Но дитя мое мое бедное дитя
— Уведите ее и заприте, — устало сказал Элрик. Стража потащила обмякшую эльфийку прочь.
— Элрик, что ты собираешься — начал Алистер.
— Позже, Алистер. Мы должны все тщательно обдумать. Пока можешь побыть со своей дочерью.
Лекарь кивнул и вышел. В комнате остались мы вчетвером.
— Элрик, а не могли бы мы быстренько отказаться от брачных обетов? — напомнила я, подергав короля за рукав. — Как видишь, все живы, преступник, точнее преступница найдена, а значит, скоро у эльфов появятся детишки, а мне бы прямо сейчас хотелось стать свободной.
— Не думаю, что сейчас это уместно, — отрезал Элрик.
— Что? А когда это будет уместно? — я уперла руки в бока. — Я же, как и обещала, нашла злоумышленника.
— Твоя сила будет принадлежать лесным эльфам, — отрезал Элрик, о чем-то напряженно размышляя.
— То есть ты не собираешься меня отпускать?
Не только я, но еще и Идриль напряженно ждала ответа короля. Когда пауза затянулась, лунная принцесса нервно дернула плечиком и выскочила за дверь.
— Прекрасно, Элрик, просто прекрасно! Если однажды она наймет кого-нибудь тебя убить, я не буду вмешиваться!
— Я вызываю тебя, — резко сказал Флориан, подходя к Элрику и вставая напротив.
— Что, прости? — Элрик смерил взглядом черноволосого эльфа.
— Бой на мечах. За Вивиан. Если я побеждаю, ты освобождаешь ее от обетов и отдаешь мне, — процедил Флориан в лицо королю.
— Эй, я вам не вещь! И не награда за дурацкий поединок! — выпалила я, но эльфы не обращали на меня внимания, продолжая сверлить друг друга взглядом.
— Ты забыл, чем закончился поединок в прошлый раз? — сухо усмехнулся Элрик.
— Значит победить тебе будет просто, — спокойно ответил Флориан, однако по напрягшимся рукам я видела, как тяжело дается ему спокойствие. — Или ты отказываешься?
— Еще чего! Неси свой меч.
— Уже.
В руке Флориана в облаке фиолетового дыма возник меч.
Не глядя на меня эльфы развернулись и вышли. Совершенно растерянная, я несколько секунд сверлила взглядом дверь, а потом бросилась их догонять.
— Эй, стойте! Я не позволю! Бросьте заниматься ерундой! — вопила я, пытаясь догнать длинноногих эльфов. Я помнила, как «хорошо» Флориан умеет обращаться с мечом.
Вести по замку разлетались быстро. Со всех сторон только и слышно было «Флориан не виноват», «проклятия не было», а откуда-то доносились недвусмысленные звуки, говорящие о том, что кто-то из эльфов решил как можно скорее заняться восполнением численности населения. На поляне около замка стояли накрытые праздничные столы. Там же начинала медленно собираться толпа еще не пришедших в себя после случившегося на церемонии эльфов.
— А все потому, что здесь появилась смертная, ушами клянусь! — шептал кто-то. Я поискала глазами говорившего, но эльфы смотрели на меня сплошь ангельскими взглядами.
Элрику принесли меч, длинную отполированную до блеска стальную штуку. Сердце заныло. Если именно этим мечом Флориан получил свой шрам, то я удивлена, как голова вообще осталась у него на плечах.
— А ну прекратите немедленно! — заорала я, взмахивая руками. Однако призвать силу не успела.
 
— Поцелуй на удачу? — ко мне подскочил Флориан, быстро притянул к себе и накрыл мои губы своими. Если бы я не была так зла на него, непременно бы ответила на поцелуй. Но другая часть моего «я» бездумно наслаждалась прикосновениями его сильных рук и твердых губ. Я старалась противиться натиску, искренне старалась. Но Флориан обладал какой-то притягательной для меня силой. Силой, которая неотвратимо влекла к себе, очаровывала, заставляя позабыть о том, что возможно сейчас он получит еще один шрам, а может, и вовсе умрет. Сладкий запах цветов совершенно затуманил мое сознание, и я сама не заметила, как стала почти яростно отвечать на настойчивый поцелуй, а мое тело прижималось все сильнее к его телу.