Человек в западне (Сборник)

Она, казалось, поверила мне, и я продолжал:
— Я тоже подумал о грабителе. Единственный мужчина в доме, я считал себя ответственным за безопасность всех, здесь находящихся. Я спустился вниз, увидел юношу, сидящего в кабинете отца и мечтающего уж не знаю о чем...
Мне бы очень хотелось знать, слышала ли она последние фразы, которыми мы с Тони обменялись. Если это было так, то я выглядел довольно смешным.
Движением плеч она оттолкнулась от двери и, виляя бедрами, направилась к кушетке из зеленой кожи, стоящей у стены в противоположной стороне кабинета.
:— Вы уверены в том, что он мечтал? — спросила она с легкой улыбкой.— Это на него не похоже...
Зачарованный движениями ее тела в прозрачной рубашке, я все же нашел силы сдержаться.
— Полагаю, что могу вам довериться, Роза,— сказал я.— Конечно, все было не так. Парень пытался открыть сейф.
Она повернулась и со вздохом облегчения удала на кушетку. Я же все хуже и хуже чувствовал себя в ее присутствии. Подавленные желания в кровати с Флосси не умерили моих эмоций. Она бросила на меня странный взгляд и проговорила:
— Я нисколько и не сомневалась... Тони все равно бы уехал с Полли. Это, вероятно, она толкает его на такие дела. Видимо, думает, что, боясь скандала, родители Тони согласятся на их свадьбу.
Я медленно направился к Розе, откровенно любуясь ею, но вместе с тем я все же не забывал о своей роли.
— Но что же он мог искать в сейфе? Деньги?
Она слегка потянулась, и мне стало вдруг очень жарко.
— Вероятнее всего, в сейфе совсем нет денег.
Я подошел к ней, мои ноги почти касались ее ног. С сжатым горлом я продолжал, как будто мне ничего неизвестно:
— Но, может быть, он этого-не знает? Вы можете его открыть и тогда мы убедимся в этом.
Мое предложение очень удивило ее.
— Этот несгораемый шкаф принадлежит Роберту, и мне неизвестен его шифр.
- Мой клиент уверял в обратном, и мне было трудно решить, кто же из них лгал.
— Не стойте как столб,— вдруг сказала она.— Вы похожи на спаржу.
Я сел рядом с ней на кушетку и обвил своей рукой ее талию.
— А ваша жена- не станет беспокоиться вашим продолжительным отсутствием? — спросила она иронически.
Я решил, что мой ответ прозвучит убедительно:
— Она спит очень крепко. С некоторых пор у нее немного расстроились .нервы и она каждый вечер принимает снотворное. Раньше восьми часов только атом-, пая бомба могла бы разбудить ее.
Небрежным тоном она заметила:
— Это, должно быть, очень удобно для такого человека, как вы.
С пересохшим горлом я спросил:
— Человек, как я?.. Что вы этим хотите сказать?
Она провокационно улыбнулась и положила свою теплую руку на мое бедро.
— Не хотела бы я быть вашей женой.
Я бросился в атаку.
— А моей любовницей?
Она стала смеяться и ничего не ответила на мой вы-, лад. Я решил покончить с этим и нагнулся к ней.
— Кто не отвечает, тот...
— Будьте же благоразумны, Питер, это совсем не подходящее место.
Я подумал, что же она тогда называет «подходящим местом». Не делая ни малейшего жеста, чтобы оттолкнуть меня, она проговорила естественным тоном:
— Атмосфера этого дома, вероятно, заинтриговала вас?
Я подумал, что она, возможно, хочет продлить удовольствие, и тоже вошел в игру.
— Да, мне кажется, что в семье Лоувел появилась трещина..,
Мое терпение подошло к концу. Я чувствовал, что теряю самообладание. Она действительно была просто умопомрачительной - женщиной. Она протянула вдруг мне губы и прошептала:
— В сущности, это все не должно вас интересовать.
Позади нас резко распахнулась дверь. Весь напрягшись, я замер. Я видел, как она подняла голову, чтобы посмотреть через мое плечо. Задыхающийся голос позади нас прошептал:
— О! Простите...
Совсем расстроенный, я спросил:
— Кто это был?
Она ответила мне одним, вздохом:
— Мэри.
Потом резко оттолкнула меня и, вся дрожа, встала, одергивая на коленях свою прозрачную рубашку.
— Поднимемся в мою комнату,— сказала она.— Там нам будет спокойнее.
Я не стал возражать.
  
 Глава 4
  
Громкий звук клаксона под окнами вернул нас к действительности. Мы вдруг обнаружили, что день уже наступил. Роза в ужасе оттолкнула меня и прошептала:
— Это, безусловно, мой муж!
Я спрыгнул с кровати, не дожидаясь продолжения. Часы на ее ночном столике показывали семь часов. Я подобрал свою пижаму, лежащую на ковре, и быстро натянул ее.
— Скорее! Поторопись!
Не было нужды напоминать об этом. У меня не было ни малейшего желания быть застигнутым Виктором Дуличем в спальне его жены. Даже не взглянув на нее, я пулей вылетел из комнаты и пробежал через лестничную площадку.
Во дворе перед домом раздавались голоса. Один из них принадлежал Роберту Лоувелу, моему клиенту. Я быстро проник в нашу комнату и закрыл за собой дверь.
Постель была пуста, и одеяла откинуты. Из ванной комнаты раздавалось пение Флосси. Я дошел до самого порога, но быстро отпрянул назад. Она стояла в ванной, и конечно, абсолютно раздетая.
— Вы хорошо развлеклись, патрон? — насмешливо осведомилась она.
Мое сердце забилось спокойнее. Я устал, но настроение было превосходным. Не ответив ей, я направился к окну, открыл ставни и услышал голос Розы, которая нежно приветствовала своего мужа.
Плотный туман окутывал парк. Во дворе стояли две машины, одна позади другой, и я увидел своего клиента, по-прежнему одетого в черное, с чемоданчиков в руке. Около него высокий симпатичный тип делал какие-то знаки в сторону Розы. Вероятно, то и был ее муж — Виктор Дулич.
— Хелло, Боб! — крикнул я.
Лоувел потратил, по крайней мере, две секунды, чтобы сообразить, что это приветствие относится к нему, потом до него наконец дошло и он немедленно включился в игру.
— Хелло, Питер!.. Рад вас видеть... Вы сойдете вниз?  — Я еще в пижаме, а моя жена застряла в ванной, вот уже два часа.
Он весело ответил:
— Спускайтесь такой, какой вы есть.
В конце концов мы ведь отдыхаем. Я повернул голову в сторону ванной комнаты и увидел в одном из зеркал отражение Флосси, являющей миру рождение Венеры из пены.
— Я спускаюсь,— крикнул я ей.— Одевайся побыстрее и присоединяйся к нам.
На площадке я встретил Розу, закутанную в красный цветной пеньюар. Она церемонно приветствовала меня.
— Как дела, мистер Ларм? Надеюсь, вы хорошо спали?
Серьезный, как папа, я ответил ей громким голосом:
— Очень хорошо, спасибо. Даже видел замечательный сон.
Она не подмигнула мне при этих словах; совсем вошла в роль верной жены. Мы присоединились к приехавшим.
Роберт Лоувел познакомил меня с Виктором Дуличем. Это был мужчина лет около сорока, очень привлекательный шатен с волнистыми волосами и очень приятным голосом, которым он превосходно владел. Это был как раз тот тип, который нравится женщинам. Одет он был очень элегантно, в твидовый костюм, который, вероятно, обошелся ему очень дорого. При первом же взгляде невольно возникал вопрос, что у них могло быть общего. То были ночь и день.
Дулич с большим чувством поцеловал свою жену, а Лоувел счел необходимым дать несколько туманных объяснений по поводу дел, которые задержали их в Нью-Йорке. Потом, сгорбив плечи, со своим обычным бегающим взглядом за стеклами очков, он сказал:
— Я пойду разбужу Мэри и переоденусь.
Он удалился. Я почувствовал себя лишним и хотел последовать за ним, но тут Дулич повернулся ко мне. Он сказал, что они выехали из Нью-Йорка в половине шестого и задержались из-за тумана. Едва он успел рассказать об этом, как появился Лоувел, белый, как полотно. 
—- Где же Мэри?— спросил ой, глядя на Розу,
Она почему-то вздрогнула и лежала плечами.
— Не знаю... Может быть, она уже вышла. Я только что проснулась.
Лоувел пробормотал:
— Постель ее не тронута.
По моей спине поползли мурашки. Со вчерашнего вечера у меня были предчувствия, что должна случиться какая-то беда. Тяжелое молчание повисло над нами, потом испуганный Лоувел повернулся и сказал: