Не будите спящую собаку (СИ)
«Здравствуй! — написал Роб. — Это Берт. Не удивляйся. Я влип в историю, и мне нужна помощь по твоей части. Подробности при личном разговоре. Если надумаешь, звони с какого-нибудь левого телефона по этому номеру». И Роб записал номер еще ни разу не использованной трубки.
Быстрого ответа он не ожидал, — если вообще таковой последует, — но реальность превзошла все его ожидания. Телефон зазвонил всего лишь через четверть часа.
— Здравствуй, Берт! — сказал Ёран в трубку. — Не волнуйся, телефон разовый, так что можешь говорить свободно.
Ёран Дельбранк приходился Робу троюродным дедушкой. Он был родным братом бабушки, поэтому мать Роба носила в девичестве другую фамилию. И поскольку брак родителей Роба никогда не был оформлен официально, здесь, дома Роберт Хелш являлся наследником своего отца, а там — в Швеции, он был наследником своей матери. Так у него и в шведском паспорте было записано — Руберт Кальм. Ну а Берт — это всего лишь уменьшительное от Руберта.
— Время у тебя есть? — спросил Роб по-шведски, поскольку Ёран сразу задал «тон» общения. — А то, знаешь, Ёран, история путаная и длинная, в два слова не расскажешь.
Отношения с Ёраном как не заладились еще в детстве, так никогда уже и не выстроились. По разным причинам, — большинство из которых носили очень личный характер, — Берт дядю Ёрана не любил. Вернее, ненавидел. И господин Дельнбрак отвечал Берту взаимностью.
— Говори, Берт! — предложил Ёран, и Роб заговорил.
Ёран Дельнбрак более двадцати лет проработал в контрразведке СЭПО и уже семь лет являлся одним из руководителей Службы охраны и безопасности Европейского представительства ООН в Вене и Женеве, так что предмет разговора был ему понятен. Слушал Роба внимательно, вопросов задавал мало и только по существу.
— Что ж, — сказал он, когда Роб закончил рассказ, — мнения своего у меня пока нет. Наведу справки, подумаю, тогда и выскажусь. Но тебе, Берт, как я понимаю, помощь требуется срочная и неотложная. Я прав?
— Да! — подтвердил Роб.
— Говори! — предложил Ёран, и Роб задал те два вопроса, от ответов на которые зависело теперь очень многое. Возможно, все…
* * *Переговорив с дядюшкой Ёраном, Роб выпил полстакана яблочной водки, — «просто, чтобы отбить вкус говна во рту», — и, прихватив по дороге свой заветный рюкзачок, отправился в одну из двух шикарных ванных комнат. Эта была отделана метлахской плиткой в голубых и кобальтовых тонах, серовато-голубым мрамором и благородной бронзой, но Роба интересовала сейчас одна лишь мраморная раковина, ну, и еще, разумеется, зеркало.
Он посмотрелся в зеркало. Состроил морду, другую. Усмехнулся, осклабился, подмигнул своему отражению, и пошел искать Изи. Впрочем, долго искать не пришлось. Дамы сидели в шезлонгах под стеклянным потолком верхней палубы, и загорали. Вернее, грелись, поскольку сквозь стекло ультрафиолет, кажется, не проходит. Купальников у них не было, поэтому «солнечные ванны» принимали в том, что нашлось, то есть, в нижнем белье.
— Не порнография, но тоже неплохо! — констатировал Роб, и, переждав всплеск возмущения, перешел к делу.
— Изи, — сказал он, любуясь ее лицом и стараясь не смотреть на грудь «и ниже», — я хочу пригласить тебя, прогуляться со мной в город.
— Ненадолго, на час или два, — объяснил он, не вдаваясь в подробности. — Кофе, пирожные, то да се…
— Только Изи, — улыбнулся он Барбаре.
— Будь готова в течение часа, — снова вернулся он к Изи. — Парик, косметика… Тебя не должны опознать!
— А ты? — Изи не удивилась, она просто спросила.
— Увидишь! — усмехнулся Роб и скоренько вернулся в ванную.
В следующие четверть часа он остриг волосы едва ли не под корень, а оставшийся «газон» просто сбрил. Получилось неплохо. Он даже сам себя не сразу узнал. Без волос люди выглядят иначе. Меняются, в общем. Иногда до неузнаваемости.
— Радикально! — кивнул Дюк, осмотрев Роберта, когда тот вышел из ванной комнаты. — И суточная небритость тебе к лицу. Куда собрался?
— В город.
— Без подробностей?
— Поверь на слово!
— Ладно, — кивнул Дюк, — поверю. Один?
— С Изи.
— Но мне ничего не расскажешь?
— Не сейчас, — покачал головой Роб. — Извини!
— Ладно, — пожал плечами Дюк, — не маленький! Иди!
— Прочти это! — Роб открыл комп и вывел на экран письмо Карла.
Подождал, пока Дюк прочтет и поднимет взгляд.
— Похоже, я знаю, за что нас прессуют.
— Продолжай!
— Помнишь рейд на Зарангу? — спросил Роб.
— Помню, — кивнул Дюк.
— Вы тогда ушли, а я вас еще около часа прикрывал с вершины холма.
— Помню! — подтвердил Дюк.
— Но, когда пришло время сниматься с точки и догонять группу, выяснилось, что «в лесу тесно от чужих». Шоссе на Добу я перейти не смог. Там были блокпосты полковника Унигве, и я пошел руслом Лолубу. Помнишь такую речку?
— Продолжай!
— Иду тихонько, никого не трогаю, и сам не высовываюсь, и вдруг слышу — вертушка! Судя по звуку, идет низко, ниже стен каньона, прямо над водой. И что любопытно, курсом на меня. То есть, как раз от озера, с запада на юго-восток. И звук двигателя характерный — Ми-2. Ну, а кто мог там летать в то время на Ми-2, да еще с запада на восток?
— Люди генерала Ндуме, — кивнул Дюк. — В Томбут, скорее всего.
— Ну, вот и я так подумал, — вздохнул Роб, — а у меня с собой, между прочем, французская Ультима, и бронебойные патроны в комплекте…
— Куда стрелял? — поинтересовался Дюк.
— В лобовое стекло, в пилота.
— Срубил?
— С такой дистанции? Там, Дюк и ста метров не было, когда я выстрелил. Он сразу клюнул носом, задел за скалу, — там их несколько из воды торчит, — перевернулся и ушел под воду. Глубина сразу за скалами приличная, так что даже лопасти винта не торчали. И не выплыл никто…
— Хочешь сказать, вертушка была не из Кано, а с приисков?
— Тогда не думал, а вот теперь вдруг в голову пришло.
— Сколько там могло быть на борту? — задался вопросом Дюк.
— Не знаю! — пожал плечами Роб. — Но думаю, из-за пары миллионов такую команду по наши души вряд ли пошлют.
— Думаешь, урожай сняли?
— Все возможно!
Роб действительно ничего определенного на этот счет сказать не мог, но чувствовал, так все и было. Два африканера-наемника в одной команде, и один из них охранял маршрут, ведущий от шахт Нага-Вера к морскому побережью. Таких совпадений не бывает…
* * *— Теперь ты можешь сказать, куда мы едем?
Вопрос напрашивался, не правда ли, и, тем не менее, она спросила об этом только сейчас, когда они оказались в машине вдвоем с Робом. На самом деле, Лиза не уставала удивляться изменениям, которые случились с ней в эти дни. Еще недавно, она бы ни за что не поехала с Робом, не расспросив заранее, куда и зачем они едут. Она так привыкла контролировать свою жизнь, знать наверняка, что и как в ней происходит, что ни на мгновение «не отпускала вожжей», перенося свою паранойю даже на близких ей людей. Не то сейчас. Роб пригласил выйти в город, намекнув, что не просто так, и она сразу же согласилась. Раз просит, значит, надо! Остальное — детали.
— Теперь ты можешь сказать, куда мы едем?
— Сейчас узнаем! — Роб достал телефон и нажал кнопку вызова.
— Это я, — сказал он в трубку. — Активен? Уже хорошо! А подробнее?
— Держи! — протянул он телефон Лизе. — Слушай и повторяй для меня.
— А кто там? — спросила она, принимая сотовый. — Или я зря спрашиваю?
— Извини.
— Бог простит!
Лиза поднесла аппарат к уху, послушала. В трубке «притаилась» тишина, нарушаемая статическими помехами, да еще иногда до Лизы доносилось далекое курлыканье какой-то электроники…
— Проспект Конных гренадёр, — вдруг сказал ей в ухо мужской голос. — Аптекарский сад, улица Карлотты Люствиг.
— КаГрен! — продублировала Лиза. — Аптечка, Люстра…
— Шильдский канал…
— Шильд!
«Где-то на острове Венг, — сообразила Лиза. — Он очерчивает границы участка… А что там?»