Не будите спящую собаку (СИ)

Роб выровнял дыхание и начал аккуратно, чтобы, не дай Бог, не спугнуть противника, присматриваться и прислушиваться, опираясь на обычные человеческие чувства. Шел он все в том же темпе и в том же направлении, но готов был сделать и «что-нибудь эдакое», если обстоятельства припрут. Однако первым поймало чужака обоняние. Роб недаром не курил. Хороший нос, порой, что твой прибор ночного видения. И сейчас, проскальзывая мимо очередной щели между домами, Роб поймал вместе с порывом ветра отзвук табачного дыма, и все сразу же встало на свои места. Наблюдатель шел параллельно его курсу, но по улице. Он все время чуть опережал Роба, дожидаясь его появления в пространстве между домами, и снова забегая вперед. Техника, свидетельствующая о действительно хорошей подготовке, но главное, позволяющая при должной расторопности отследить весь маршрут беглеца ни разу не попавшись ему на глаза. Ну а тот, кто знает, как выглядит машина, и под каким номером она бегает, получает невероятную фору, вплоть до возможности поставить на нее в дальнейшем жучки и маячок.
«А если он там не один?» — Роберт «прислушался». В принципе, на таком расстоянии, да еще и точно зная, где находится человек, уловить ментальную активность было можно, но, как оказалось, не в этом случае. Роб своего преследователя не «слышал». То есть, ушами как раз ловил иногда тихие звуки шагов, и в монокуляр пару раз поймал движение расплывчатой тени, но мыслей идущего за ним оперативника все равно не улавливал.
«Может быть, тоже наркоман?» — но проверять не хотелось, поэтому, едва миновав очередной просвет между домами, Роб тут же шагнул к краю дорожки, аккуратно перелез через низкий парапет и начал второй уже за ночь опасный спуск.
Опорная стенка была облицована битым камнем, то есть, на ней имелось достаточно разнообразных выступов для рук и ног, чтобы подняться или спуститься, как на скалодроме. Другое дело, что сейчас спускаться приходилось быстро, чтобы опередить погоню, ночью и с рюкзаком за плечами. Но, слава Богу, Роб еще не успел снять перчатки, да и башмаки у него были с удобной подошвой. Так что метров десять — пятнадцать спуска по отвесной стене прошли без приключений, и он даже успел спрятаться среди деревьев и кустов зоны отчуждения порта раньше, чем голова обеспокоенного его исчезновением преследователя появилась над краем стены. Человек выглянул, на нем тоже был прибор ночного видения, но не монокуляр, как у Роба, а полноформатные очки. Однако все-таки не тепловизор, иначе оперативник увидел бы его в любом случае. А так покрутил головой туда-сюда, поискал, да и ушел. И вот, что любопытно! Сейчас, в эту минуту или две, когда агент наружного наблюдения вглядывался во тьму, пытаясь разыскать сорвавшуюся с крючка «добычу», они находились в пределах прямой видимости, и дистанция между ними была не так, чтобы очень большая. Метров двадцать, максимум — двадцать пять. Тем не менее, Роб своего охотника по-прежнему совершенно не «слышал», и не так, как это происходило с Изи, а совсем иначе: словно бы ментальное «пятно» этого человека было целиком вырезано из ткани реальности. Там ощущалась лишь тревожная пустота, нечто вроде бездонной ямы или омута. И это все.
3.
Лиза пришла в себя в какой-то машине. Она не помнила, что с ней произошло, и как она попала в этот мчащийся сквозь ночь автомобиль. Поняла только, что лежит на заднем сидении, а в следующее мгновение с ужасом обнаружила, что руки ее скованы наручниками.
— Что?… — она хотела спросить, что здесь происходит, но лишь издала сухой скрипящий звук. Во рту было ужасно сухо, и ощущался вкус рвоты и желчи.
— Проснулись? — спросил кто-то с переднего сидения.
— Я…
— Да, да, не утруждайтесь! — мужчина перегнулся через спинку сидения, протянул к Лизе руку, и она почувствовала укол в шею.
«Опять!» — сейчас Лиза вспомнила на мгновение, что произошло с ней, когда она покинула бар «Сильвер Лайн». Но воспоминание мелькнуло и померкло, уходя в небытие вместе с Лизиным сознанием.
  
4.
До «Цветка лотоса» — и что это за название для гостиницы, расположенной так далеко от Индии? — Роб добрался около трех часов ночи. Оставив машину на парковке отеля, и, стараясь производить как можно меньше шума, он поднялся по железной лестнице, подобрал ключ и открыл первую дверь. За нею обнаружилось небольшое помещение, вроде тамбура в железнодорожном вагоне, с двумя дополнительными дверьми. Еще через минуту Роберт оказался в гостиничном номере.
Честно говоря, он даже не мог сказать, чего хочет больше: спать, есть, или принять душ. Так и стоял минуту или две посередине просторной комнаты, рассматривая то огромную кровать, то мебель, включая аккуратный кухонный уголок, то занавешенное тяжелыми шторами окно. Все-таки желание смыть «боевой» пот пересилило все другие соображения. Поэтому сначала он помылся, потом застелил постель, а еще потом выпил литровую бутылку колы, прихлебывая время от времени из стеклянной фляги «Телламор Дью», позаимствованной из запасов Барбары. Следует сказать, что у Бабс было из чего выбирать, но Роб не стал заморачиваться и взял знакомый ирландский виски. Есть он расхотел, поэтому, допив колу, поставил будильник на девять утра и лег спать. Чтобы восстановить силы, ему по-всякому нужны были хотя бы пять часов сна, да и нечего ему было пока делать «на улице», поскольку неизвестно, с чего начинать и куда идти.
Проснулся Роб без пяти девять. Его разбудил телефонный звонок.
— Вас слушают, — сказал Роб в трубку, он уже понял, что все равно скоро бы проснулся по звонку будильника, так что и расстраиваться не из-за чего.
— Роб!
— Бабс? — удивился Роб. — Что-то случилось?
— Боюсь, что да, — ответила Барбара. — Дюк был против, но я решила, ты должен знать. Пропала Изи.
— То есть, как пропала? — не понял Роб.
— В самом прямом смысле, — Бабс была явно расстроена, но держала себя в руках. — Я звонила ей до полуночи и сегодня с шести утра. Она не отвечает — телефон отключен. Тогда, я поехала к ней домой. Консьержка говорит, не видела, чтобы Изи возвращалась, но я проверила, дверь заперта, и на звонки никто не откликается.
— А в офисе?
— Анна сказала, у Изи была встреча в баре «Сильвер Лайн» в десять вечера. Я поехала туда, в общем, я здесь, около бара. Изин «Жук» стоит на парковке напротив бара, и… Знаешь, я заглянула сквозь стекло… Похоже, там кого-то сильно тошнило.
— Так! — Роб попытался сосредоточиться, но получалось не так чтобы хорошо, слишком сильно подействовал на него рассказ Барбары. — Бар закрыт?
— Да.
— Тогда, вот что, ты уезжай оттуда, я сам этим займусь. А ты пока выясни, кто хозяин бара, лады?
— Ладно, — казалось, на другом конце линии Барбара с сомнением пожимает плечами, — как скажешь. Ты уверен, что тебе не нужна помощь?
— Уверен, — ответил Роб, он уже знал, что и как будет делать в ближайшие часы. — Хотя ты и так для меня уже столько сделала…
— Говори, не стесняйся!
— Мне нужен сейф или что-нибудь в этом роде…
— Понятно. Что у тебя там? Хотя неважно! Роб!
— Да!
— Я тебе скажу, но только дай слово! Никому, никогда, даже Дюку!
— Бабс, если ты не доверяешь Дюку, то с чего бы?..
— Ты не понял! — остановила его Барбара. — Я не хочу, чтобы он знал. По-хорошему, и тебе бы не стоило говорить. Но ты в беде, и Изи, похоже, тоже, так что…
«Что за тайны Мадридского двора?» — удивился Роб, но, разумеется, промолчал.
— В прихожей, на глухой стене, вторая панель слева в шестом ряду, если считать от пола. Нажмешь одновременно в центре и справа, услышишь щелчок, нажимай слева, панель уходит внутрь и ее можно сдвинуть влево. За ней сейф, замок электронный, код из шести цифр, запоминай! Семь, два, один, девять, семь, четыре. Запомнил?
— Да, — подтвердил Роб, прогнав последовательность цифр в уме.
— Потом захлопнешь дверцу, потянешь за край панели, она сама встанет на место. Понял?
— Да.
— И Роб, пожалуйста, это между нами!