Корсары Николая Первого
Он не пытался выстроить весь флот в классическую линию – его подчиненные в то время попросту не справились бы. Расползлись бы кто куда при первом развороте. Вместо этого он разбил флот на небольшие группы, позволяя командирам кораблей при нужде действовать самостоятельно. Его капитаны не боялись принимать решения и умели лихо работать поодиночке, а вот турки были привязаны к классической тактике настолько, что при разрушении линии впадали в панику. Ну а результат знают все. Конечно, через какое-то время обучились люди, сплавались корабли, и нужда в подобном пропала. Но на первом этапе именно эта вынужденная мера оказалась тем козырем, который побил главного туза турок – их численность.
В общем, Александр Александрович, не переусердствуйте. Времени на то, чтобы нормально обучить капитанов и экипажи, у вас слишком мало, а вот инициативу задавить на корню успеете запросто. Пускай они у вас лучше останутся лихими корсарами, чем снова превратятся в купцов, способных лишь бездумно и неумело выполнять приказы.
– Я вас понял, – задумчиво ответил Верховцев. – Наверное, вы правы. Но почему мало времени?
– О-о! – глубокомысленно ответствовал Бойль, поднимая вверх указательный палец. – Теперь я поделюсь с вами кое-какой любопытной информацией, которую передал нам ваш британский визави. Я с утра, знаете ли, не стал пренебрегать своим долгом и побеседовал с пленными.
– И они стали говорить с низшим существом? Или помогли ваши британские корни?
– Ну что вы. Конечно, они предпочли смотреть на меня свысока и цедить через губу. Особенно их капитан.
– И?..
– Уж не думаете ли вы, что я опущусь до ваших варварских методов? – искренне развеселился Бойль. – Тоньше надо действовать, тоньше.
– А как? – на сей раз в голосе Верховцева сквозил неподдельный интерес.
– Я просто вызвал горниста и приказал сыграть «Зарю».
– Это подействовало?
– Рот закройте, лейтенант. Разумеется, подействовало. Вы помните себя этим утром? Как вас разбудило звонкое тиканье песочных часов и топанье тараканов?
Ну, тут он утрировал, конечно, однако же ощущения и впрямь были далеко не самыми приятными. Александр кивнул:
– Помню, разумеется.
– А Омманни так мучается со дня вашей встречи. Кто-то его здорово приложил. Тяжелая рука у вашего матроса.
Да уж, Александр вспомнил того помора. Крепкий такой мужик, на полголовы ниже лейтенанта, но в плечах заметно шире. И рожа такая, что можно детей пугать. Ну, или лошадей – те не хуже шарахаются. Но, конечно, Бойль изобретательный и умный… изувер.
– Он долго продержался?
– Минут десять, – небрежно махнул рукой адмирал. – Не так уж он и крепок.
– И… как?
– Если верить нашему… гм… дорогому гостю, – тут адмирал поморщился и со вздохом пожаловался: – Фамилия у него такая, что язык сломаешь… Так вот, если ему верить, то на подмогу эскадре, которую вы, молодой человек, так невежливо прихлопнули, идут еще французские корабли. Всех нюансов он не знает, но вроде бы два. Здесь будут ориентировочно через две недели, но могут прийти и раньше, и позже. Командует ими некий капитан Жильбер. Понятия не имею, кто это такой и чем знаменит, но, судя по тому, что его отправили в нашу Тмутаракань, да еще и совместно с англичанами, характеризует капитана не слишком блестяще. В принципе, это все, что мне удалось узнать.
Александр задумался, потом осторожно произнес:
– Французы, значит… Моряки они так себе. Зато корабли строят хорошо.
– Это да, – согласно кивнул адмирал. – Но флот у них не столь велик и, сколь мне известно, задействован в основном на других театрах.
– А точнее? – тут же поинтересовался Верховцев.
– Понятия не имею. Я же не разведкой командую. Скажите спасибо, что хоть это знаю. И отдельно за то, что разговариваю сейчас с вами, а не отдал приказ «найти и уничтожить», а там крутитесь, как хотите.
– Спасибо, – без малейшей иронии ответил Александр. На самом деле, он практически восхищался адмиралом. Вот так, запросто разговаривать с тем, чье звание уступает твоему… Да чего уж там, у Бойля третий класс в Табели о рангах, а у него всего девятый. Тут иные, коим до таких чинов расти и расти, не стесняясь подчиненных, хоть там они семь раз герои, матом кроют и иных слов не знают, а этот даже голоса ни разу не повысил, и разговаривает, как с равным. Или на него приказ из Петербурга так подействовал?
– Пожалуйста, – а вот в голосе адмирала иронии хватало. – Ладно, Александр Александрович, давайте подумаем, что они могут сюда послать.
– То, что два корабля, это логично, – задумчиво сказал Верховцев. – Британцы не потерпели бы, если б они явились большими силами – тогда возник бы вопрос о том, кто кому подчиняется. А так, у британцев три корабля, у французов два – ясно, кто сильнее.
– И, полагаю, это будут не пароходы. Во-первых, нельзя быть сильным везде, и потому в современных кораблях у Франции наверняка дефицит. А во-вторых, пароходам нужен уголь. Вряд ли британцы пожертвуют ради них своими запасами.
– Дровами топить будут… И ползти на двух узлах. Да, вы правы. Ждать стоит парусники. А вот что у них будет с орудиями…
– Понятия не имею. Но, я уверен, это будут хорошо вооруженные корабли. Так французы постараются компенсировать недостаток численности. Линейных кораблей, полагаю, ждать не стоит – в дельте реки их слишком легко посадить на мель. Осадка, да и неповоротливые они… Стало быть, не крупнее фрегата.
– Как бы не мельче. Даже у моей «Миранды» осадка великовата [44].
– Меньше? Возможно. Однако в любом случае это будут очень хорошо вооруженные корабли.
– Может быть, и так… В этом случае у них будет перевес в артиллерии, а у меня тактическое преимущество в виде парохода.
– Именно так. Давайте подумаем, что мы можем сделать, и… Знаете, я отправил в столицу реляцию о вашей победе. Если вы справитесь еще и с этими, то имеете шанс высоко взлететь. А главное, тогда любой офицер пойдет на ваш корабль кем угодно и не рискнет чересчур ставить себя над остальными. Вы же формально пиратская эскадра.
– Добровольческая… А так да, вы правы. Инструкторы мне точно не помешают. Но для этого вначале надо победить.
– Вот именно. А потому наливайте себе кофе. Лучше сами – звать кого-то еще не стоит. Карты я приготовил, будем думать.
Сегодня Александр поймал себя на мысли, что в море ему стало намного спокойней, чем на берегу. Здесь хотя бы понятно, кто друг, а кто враг. Другу – защищай спину, врага убивай, просто все. А вот на берегу… Иногда кажется, что попал в клубок змей. И это – в маленьком чопорном, провинциальном Архангельске. Пожалуй, вновь привыкать к столичным реалиям будет ой как сложно. Особенно теперь, когда он привык смотреть на происходящее с другой стороны…
Добро бы только настойчивые попытки всех подряд его женить. Ох, прав был адмирал, когда предупреждал Верховцева об этой угрозе. Интересно, зачем ему это? Хотя нет, как раз тут причина вполне понятна. Бойль – опытный моряк и не менее опытный офицер. Но притом он еще и чиновник, который беспокоится о собственной карьере. Да он и не скрывает этого. Будет успешна оборона Архангельска – соответственно, он станет хорошо выглядеть в глазах начальства, вплоть до самого государя. И раз волею случая они с Верховцевым оказались тесно связаны, то скандалы, портящие картину, Бойлю точно не нужны. Так что к советам адмирала точно стоило прислушиваться, и это уже спасло лейтенанта от пары-тройки неприятных моментов.
Смешно. Кое-какие родители, обеспокоенные будущим дочерей, которым сложно подыскать достойную партию в этой глуши, вокруг перспективного (и, скажем честно, весьма обеспеченного) офицера разве что кругами не ходили. На приеме в Дворянском собрании, куда пришлось тащиться и где Верховцев чувствовал себя чем-то вроде диковинного зверя, на которого явились поглазеть все кому не лень, он весь вечер страстно мечтал только об одном: чтобы все это поскорее закончилось.