Стратегия одиночки. Книга шестая (СИ)

Третья паучья засада выдала себя чёрным пятном Серого мха, которое раскинулось на потолке и по форме чем-то напоминало полутораметрового осьминога. Так как в свете «фонарика» это пятно выделялось достаточно явно, а в совпадение, будто мох сам принял подобную форму, мы не поверили, то, не подходя близко, закидали скрывающуюся под мхом тварь камнями. Чем закономерно выманили каменного паука из укрытия и заставили нас атаковать. В этот раз, не став рисковать, парой широких взмахов копья-лома я оторвал монстру передние лапы, которые он неосторожно и нагло тянул ко мне. После чего, сделав широкий шаг вперёд, каменного паука, в свойственной ему предельно лаконичной манере, одним ударом добил Кейташи.
Пещерный коридор, по которому мы двигались от Врат, в этот раз сгенерировался довольно длинным, по субъективным ощущениям, немногим менее километра. Причём, он не был прямым на всём протяжении, а плавно изгибался, словно застывшая в движении змея. За то время, пока мы по нему шли, встретили ещё несколько паучьих засад, с которыми справились довольно легко, так как уже знали, что ожидать. Да и к тому же, каким-то непонятным мне образом японец научился распознавать каменных пауков почти за десяток шагов. А подобное раннее обнаружение лишало этих монстров львиной доли той опасности, которую они представляли, нападая неожиданно и буквально падая на головы проходящих под ними проходчиков или отрывая ноги тем, кто имел неосторожность на них наступить.
Я в первый раз проходил обычный данж в паре с Осколком, и мне почему-то казалось, что столь длинный коридор, который позволял, что называется, «втянуться» в зачистку и привыкнуть к опасностям подземелья, образовался не просто так, а был очередным проявлением везения, присущего Осколкам. Вполне может быть, что я это всё себе напридумывал, и архитектура данжа именно в этот раз сложилась так сама собой. Всё же Гранатовый Грот являлся подземельем второго типа, и его планировка менялась после каждой зачистки. То есть подобная конфигурация и правда могла получиться без вмешательства этого эфемерного «везения».
Устранив седьмую по счёту засаду, поймал себя на том, что мне нравится проходить подземелье в паре с Кейташи. Несмотря на то, что в этом Цикле у японца ещё не было большого опыта зачисток, тем не менее, он вёл себя намного грамотнее даже многих местных проходчиков, за плечами которых были десятки, если не сотни, подобных походов. Кузнец не лез на рожон, не старался показать себя, не бравировал своим мастерством и умением. Также он не прятался от опасности, подставляя свой щит и прикрывая там, где нужно. Он просто делал ту работу, за которую взялся, и старался делать её хорошо. Ну и главное, что я не мог не заметить, он постоянно учился. С каждой пройденной нами засадой Кейташи набирался опыта. Анализировал врагов и от схватки к схватке становился всё более и более подготовленным и знающим, что и как делать.
Всё же «память будущего» меня явно не обманывала, и, несмотря на то, что основное призвание Кейташи — кузнечное дело, тем не менее, не зря в Прошлом Цикле он считался одним из лучших бойцов среди землян. К примеру, «прошлый я», случись поединок между Кейташи и Нейтом, поставил бы на кузнеца, а не на будущего Бога Войны. И сейчас, наблюдая за действиями японца, за тем, насколько быстро он учится и адаптируется, я-нынешний начал понимать себя-прошлого.
Но всё когда-нибудь заканчивается, закончился и этот уже кажущийся бесконечным коридор, приведя нас ко входу в тёмную пещеру с высоченными, под три полноценных этажа, потолками. Свет немногочисленных лишайников был настолько тусклым, что противоположная стена едва угадывалась. Перед тем как ступить в пещеру, я ненадолго задержался, поправляя сбившийся гамбез и немного съехавший вниз пояс. Пока был этим занят, Кейташи стоял, закрыв глаза и опершись ладонью о каменную стену. Казалось, что он просто отдыхает, но когда я был уже готов шагнуть вперед, японец произнёс:
— Там впереди много «живых» камней. Кажется, все они не очень большие. Скорее всего, опять пауки, а также те прыгуны, о которых говорил проходчик. Ничего более крупного, что соответствовало бы по своей «живой» массе гранитным троллям или плюющимся жабам, не чувствую.
 
— Стоп. — Выслушав его, не выдержал я. — Как ты это делаешь? Я вот вглядываюсь в темноту пещеры и не вижу там ничего, как ни стараюсь.
— Всё просто. — Пожал плечами кузнец и, оторвав ладонь от стены, развернул её ко мне. — Руна Камня. Наношу её на ладонь и прикасаюсь к стене. После чего начинаю пропускать через Руну энергию волнами и слежу за «откликом». Получается что-то вроде магического эхолокатора, в котором Руна выступает в качестве приёмника. Оживлённые магией камни, такие как те же пауки, в этом «отклике» ощущаются не так, как обычный гранит или другая неживая порода.
— Как тебе в голову пришло подобное применение Рун? — Моё удивление неподдельно, потому как таким образом Знаки Божественной Речи никто не использовал даже в Прошлом Цикле.
— А что в этом такого? — Склонив голову, переспросил Кейташи и добавил после недолгой паузы, — Именно подобное применение Руны Металла помогло мне лучше чувствовать материалы и позволило освоить плетение серебра и золота. Я также наносил Руну на ладонь и, пропуская через неё энергию, вслушивался в отклик металла и направлял магию в соответствии с этим откликом.
— Я подобного не умею. — С нескрываемым сожалением произношу, выслушав ответ.
— А сколько у тебя Звёзд Таланта в Рунах? — С, как мне показалось, лёгким любопытством спросил японец.
— Три. — Не считая нужным скрывать, честно отвечаю я.
— В таком случае может тебе просто не дано? — Без тени усмешки, словно констатируя неприятный факт, произнёс кузнец.
— Не дано? А у тебя сколько Звёзд в этом Таланте?
— Пять. — Коротко ответил Кейташи, спокойно выдержав мой взгляд. — Не на пустом же месте я заинтересовался Рунами. Как только прошёл Ритуал Познания, тут же снова вспомнил, что говорила та девушка Лан Лин, и восстановил в памяти рисунок, который она тогда нарисовала на песке. Я этим занимался и раньше, но на время забросил, а узнав о своей предрасположенности к данной магии, принялся изучать её с удвоенной силой. — Пожав плечами, японец добавил, — Не пропадать же пяти Звёздам Таланта⁈ А насколько я понимаю устройство этого мира, твоих трёх Звёзд может просто не хватить на полноценное использование Рун и раскрытие всех возможностей этого раздела Магии.
Вот и проявился главный недостаток японца. Причина того, почему он не стал лидером всех землян, несмотря на все свои таланты, невероятную удачу и просто нечеловеческую работоспособность. Увы, но Кейташи совершенно не умеет в дипломатию и не понимает, что излишняя прямота часто может навредить. Разумеется, меня его слова не задели, так как я, благодаря памяти будущего, знал эту черту кузнеца. Но очень и очень многие, услышав такое в свой адрес, трактовали бы подобное не иначе как оскорбление или попытку унизить.
— Возможно, ты и прав. — Возвращаю ему такое же равнодушное пожатие плечами. — Но мне Руны интересны сами по себе, так что от их изучения и познания я всё равно не откажусь.
— Странный выбор с твоей стороны. Как воин ты явно на голову выше, чем учёный. — Нет, он точно не понимает, когда лучше промолчать.
— У меня есть своя причина для подобного интереса. — Поймав себя на том, что начинаю раздражаться, закругляю этот разговор. — Готов двигаться вперёд?
— Готов.
— Тогда пошли!
В Прошлом Цикле Кейташи не распространялся о том, как у него распределены Таланты. Так что для меня стало открытием узнать о его пятёрке Звёзд в Рунах. Хотя, если подумать, то это даже закономерно. Кому как ни будущему Богу Труда разбираться в магии Рун, которую мастера древности применяли в своих ремёслах практически повсеместно? Да и в земной мифологии боги-кузнецы обычно хорошо ориентируются в разных Знаках, Рунах и Символах.
Подобные мысли были довольно интересны, но погрузиться в них в данный момент было всё же ошибкой. Этот нюанс мне доходчиво и наглядно показала пара скалозубов, попытавшихся вкатиться мне в ноги и сбить на пол, стоило мне покинуть коридор и зайти в пещеру. Эти твари, как и описывал Илакрис, внешне были похожи на обычные камни, покрытые толстым слоем зелёного мха. Если, конечно, можно назвать обычными валуны, которые двигаются сами, способны прыгать, подобно безумным кроликам, а также обладают каменной пастью с зубами из острейшего сланца. Да, в отличие от каменных пауков, у этих скалозубов не было лап, зато и по размерам они оказались почти в три раза крупнее и, что самое неприятное, двигались значительно быстрее.