Очень прекрасный принц (СИ)

— Это не для того, чтобы вас убить! И не для чего-то… анатомического. Это Хоба! Новый модный аксессуар среди дам в этом сезоне.
— Н-да? Занятно. И как он работает? — принц выглядел неподдельно заинтригованным.
Ну до чего же дурацкая ситуация, а!
— Всё просто, — вздохнула я. — Вот идёте вы по улице, никого не трогаете, и вдруг к вам пристал какой-то излишне назойливый тип. Вы говорите ему, чтобы он оставил вас в покое, но он не слушается. И вы тогда — хоба!
Присутствующие тут же специалисты очень выразительно переглянулись. Принц радостно улыбнулся.
— Обычно мне, чтобы сделать “хоба”, достаточно превратиться в дракона, — заявил он. — Но суть я уловил, да-да… И даже допускаю, что человеческой девушке такой аксессуар нужен. И часто к вам пристают на улицах, леди… Дайяна?
— Всякое случается, — ответила я обтекаемо. — В любом случае, искренне прошу простить за недоразумение. Я просто забыла снять этот артефакт. И, разумеется, не считаю Ледяной Дворец опасным местом…
— Зря, — фыркнул принц. — Поверьте мне на слово, это очень опасное место. И как же вы тут без хобы?.. Проходите, леди!
— Но, мой принц, — вмешался сид, видимо, всем тут руководивший, — сюда нельзя проносить оружие!
— А это и не оружие, — безмятежно ответил ледяной дракон, не отводя от меня сверкающих глаз. — Это — модный аксессуар, вам же было сказано. И вообще, леди имеет право защищаться от назойливых кавалеров… Например, от меня.
Судя по взгляду несчастного сидхе, он готов был за голову схватиться.
— Никому не придёт в голову от вас защищаться!
— Н-да? — принц демонстративно повертел в руках дядин подарок. — А я вот не уверен. Чего только в жизни не бывает, правда? А “нет” — слово очень многозадачное, особенно в женском исполнении. Может значить “нет”, “да”, “не вот прямо сейчас, на мне некрасивое бельё”.
Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться.
— Ну вот, — безмятежно улыбнулся принц. — А Хоба — аргумент безотказный. Если девушка его достала — значит, точно не в настроении… Правильно я говорю, леди Дайяна?
— В ваших рассуждениях есть зерно истины, ваше высочество.
Он улыбнулся — как будто солнце вышло в зимний морозный день, сделав мир сияющим и блестящим. А я… совершенно глупым образом залюбовалась.
Слышала, конечно, что драконы красивы, но этот… ему было свойственно какое-то совершенно особенное, манящее и весёлое обаяние, опасное, как тонкий лёд по весне, острое, как зазубренные пики заснеженных гор, таинственное, как айсберг, очаровательное и лукавое, как солнечный блик. Его внутренняя мелодия завораживала, манила, она была совсем не такой, как следовало бы ожидать, и я…
Я очень хорошо поняла девушек, которые влюбляются в этого конкретного принца.
— Возьмите, — не отпуская моего взгляда, он торжественно протянул шипастый молот, как иной кавалер подарил бы цветы. — Официально разрешаю носить его при себе, леди.
— Спасибо… — и почему у меня такой хриплый голос?..
— Прошу вас, — вмешался сид, — следуйте за мной!
Я взяла в руки то, что осталось от меня и не растеклось в желе. И пошла.
Что это было, а?..
*
По счастью, сходу охмурять принца нас не послали. Тут нужно отдать драконам должное: нас развели по комнатам, где уже ждал багаж, представили служанок и оставили отдыхать, сообщив, что вечерний променад с его высочеством состоится через три часа.
Это было очень, очень кстати: я собиралась потратить свободное время, выбивая из своей головы глупые мысли.
Потому что это, если честно, никуда не годилось. Ну, симпатичный принц; ну, обаятельный. Бывает. Вернусь на родину — песню о нём напишу. Но откуда, спрашивается, это восторженное состояние? Кто из нас двоих вообще селенити?
Покачав головой, я встала напротив зеркала и внимательно посмотрела себе… леди Дайяне в глаза.
— У тебя нет лица, нет тени, нет отражения, — одними губами шепнула я девушке в зеркале. — Нет права тут быть и нет права остаться. У тебя не было даже имени — первые десять лет жизни, и здесь ты снова, воровка, пользуешься чужим. Не тебе думать о принцах. Не тебе. Пусть о принцах думают настоящие леди. Ты — делай свою работу.
 
Отражение криво улыбнулось в ответ и пошло рябью, как вода. На мгновение в зеркале отразилась пустота… но потом всё вернулось на место.
Я мысленно пообещала себе не делать глупостей.
И, разумеется, вскоре нарушила это обещание.
  
4
 
Или, дракон Льда
*
Она понравилась мне.
Не сказать, чтобы это было что-то такое уж сверхъестественное: я — парень вполне любвеобильный. До Роя с его гаремом мне далеко, конечно, но всё же. Ещё одна интересная девчонка? Почему бы и не да, собственно?
Но проблема в том, что леди Дайяна Гохорд должна была выбыть из этой игры ещё до её начала.
— И куда она спрятала кольцо? — уточнил я у любимого тётушкиного красавчика, сида Мука.
— В цветочный горшок, — вздохнул он.
— Умная девочка, — почти с гордостью пропел я.
А ведь это может быть интересно. Правда, может! Умная, язвительная, привлекательная — чем не причины для второго взгляда? Правда, есть проблема…
— Ваш отец просил отсеять самых одиозных представительниц старой аристократии, — сказал Мук. — Включая леди Гохорд.
— А ещё он просил меня выбирать на свой вкус, — улыбнулся я очаровательно. — Поиски пары, вопросы добровольности и всё в таком роде.
— Но…
— Я хочу её. Она останется.
— Но…
— Под мою ответственность.
— Хорошо, — сдался Мук.
Временно сдался, конечно. Этого зануду ушастого надо знать, он кого угодно переупрямит — жучиная порода. Но перед папочкой я как-нибудь отчитаюсь. Не в первый раз.
Вообще, конечно, это и правда некстати. Девица из старой аристократии, да ещё и из северных проблемных провинций — плохой выбор. Отец просил на этой серии мероприятий присмотреть фаворитку… или фавориток, в первую очередь исходя из политических интересов.
Тут надо сказать, что папа у меня — дракон хитросделанный. В отличие от больного на голову садиста-дедули (которого я не застал, и слава за то Небу) отец старается не истребить другие расы, а по возможности с ними ужиться… не потеряв и собственных интересов, понятное дело.
Так уж сложилось, что, помимо собратьев-оборотней, с которыми у нас общая культура и полное взаимопонимание, основные наши соседи — люди. Причём они не просто где-то там на полях чего-то там выращивают или добывают, нет: многие деятели культуры, науки, политики и экономики принадлежат к этой недолговечной, но отлично умеющей приспосабливаться расе. Сейчас, когда погас огонь войны и мы соседствуем друг с другом, люди всё больше влияния оказывают на драконье общество.
И всё больше прав в нём имеют.
По сути, ничего плохого в этом нет. Что уж там, на поверку человечки оказались поразительно изобретательными ребятами, которые способны незаметно для нас замутить магически-технический прогресс… Молодцы они, в общем.
Жаль, умирают быстро.
Но, наверное, именно это даёт им возможность так быстро эволюционировать — приспосабливаться, меняться, вырывать у неприветливого на первый взгляд мира всё больше побед… Старшие расы, закостенелые в своей вечности, едва ли способны на такие подвиги. Мы для другого созданы.
Так или иначе, но с каждым столетием наше соседство с людьми углублялось. И требовало, помимо всего прочего, всё больших компромиссов.
Одним из множества камней, о которые всегда спотыкались наши взаимоотношения, было так называемое брачное законодательство. Люди привыкли сливать посредством брака капиталы, создавать коалиции и подкреплять договорённости. Для драконов же, у которых института брака не было в принципе, а дети могли рождаться только от истинной пары, подобная опция была недоступна… и это весьма основательно бесило моего папочку, который всеми силами пытался найти на этом поприще компромиссы.