Очень прекрасный принц (СИ)

Мне определённо нужно было выпить что-то покрепче чая, прежде чем мы пойдём всё объяснять дяде Джуме.
*
К моему удивлению, всё прошло более чем хорошо.
Когда я обрисовала ситуацию дяде, тот бросил на Бэна о-очень многообещающий взгляд (подозреваю, кое-кому тут будут долго и доступно объяснять, почему не следует проворачивать сделки у начальства за спиной). Потом дядя подошёл к безмятежному Глубоководному и жёстко спросил:
— Так это ты, значит, подводный житель, который хотел съесть этих двоих оболтусов, но потом передумал и оттащил к краю Впадины?
Я насторожилась. Ой, зря я, кажется, об этом эпизоде рассказала...
— Да, я, — пожал плечами Глубоководный. — Это же логично! Какой смысл отпускать их самому? Чтобы сожрали другие жители Впадины? А потом они бы ещё шептались, что я окончательно спятил и законную добычу другим отдаю… Так что конечно, я оттащил! Как же ещё!
— Ясно, — сказал Джума. — Ленна! Накрывай на стол! У нас нынче дорогой гость!
Э?
— А ты проходи, — продолжил дядя невозмутимо, — мой дом — твой дом. Ты спас мою дочь у себя, в воде — мы всегда тебе рады здесь, на суше. Поедим… ты ведь ешь человеческую еду?
— Да, — Глубоководный, явно польщённый, приосанился и в целом выглядел очень довольным. — Мой аватар полностью повторяет человеческое тело! Он может размножаться, питаться, даже постареть, если я захочу — делать всё, как человек!
— Хорошая новость, — сказал дядя. — Значит, к столу. И там обсудим заодно, как нам быть и получится ли у тебя стать инвестором.
— А почему — не получится? — возмутился Глубоководный. — У меня есть деньги! Золото! Много!
— Верю, — вздохнул дядя. — А документы у тебя есть?
— А что такое документы?
— Вот и я о том же. Была бы хоть у фоморов община, позволяющая легализовать новоприбывшего…
— А что, у фоморов нет общины? — насторожился Глубоководный. — А у драконов?
— У драконов посольство есть, — отмахнулся Джума. — Своим они мгновенно любую поддержку оказывают, тут даже вопросов быть не может…
— А у фоморов ничего такого нет? — я прямо видела, как Глубоководный начинает не на шутку злиться.
— Не-а, — вздохнул дядя. — Откуда бы?
— Возмутительно!.. — Глубоководный буквально кипел. Местами даже в прямом смысле: от чайничка, который только поставила на стол тётя Ленна, повалил пар.
Дядя, кажется, тоже это приметил.
— Ладно, — сказал он. — Дети, идите отсюда. Лисси, загляни к тёте, она тебя искала. А потом пойди и отоспись: Новый Год там или нет, а отдыхать иногда всё же надо. Да, даже страшным фоморам!.. Бэн, ты иди в мастерскую, помоги Буджо с записью нового заказа. Я с тобой позже поговорю… в том числе о моём старом земляке, почтенном Аджаве и его методах.
По одному тому, как дядя это сказал, я совершенно ясно поняла: методы эти, мягко говоря, оставляют желать лучшего.
Впрочем, кто бы сомневался.
Конечно, я бы хотела послушать, до чего они с Глубоководным в итоге договорятся. Но спорить с дядей в таком вопросе было немного бессмысленно.
Я бросила быстрый взгляд на ужасное морское чудовище, прикидывая степень его агрессивности. По всему выходило, что Глубоководный очень расстроен отсутствием у фоморов общины, но при этом польщён вниманием дяди. И, пожалуй, лучше будет оставить их наедине.
Махнув на прощание расстроенному Бэну, я послушно пошла, куда послали — то бишь, на кухню.
Там царила тётя Ленна — как владетель, полководец и дирижёр. Она что-то тушила, запекала, резала и взбивала.
— Лисси! — позвала она. — Садись за стол, я там тебе приготовила вкусненького!
— Спасибо, — я подозрительно на неё посмотрела, уловив какое-то напряжение во внутреннем ритме. — А что случилось?
— Ты кушай-кушай! — проворковала тётя. — Я сейчас гостю еду отнесу — и расскажу тебе, что вычитала в газете.
Я проследила, как она шустро выскальзывает из кухни, и со вздохом принялась за еду. Было у тёти такое правило: перед плохими новостями она предпочитала накармливать домашних на убой. Очевидно предполагалось, что на полный желудок любая неприятность кажется не такой уж неприятной.
 
Что же, возможно, в этом есть доля истины.
Но что такого могла вычитать тётя? Неужели какая-то облава против незарегистрированных фоморов? Вроде бы последние лет десять такого не бывало. С другой стороны, тётя обожала газеты и передачи по визору, а ещё — собирать оттуда сплетни. Наверняка услышала какую-то непроверенную ерунду, вот и…
— Лисси, — голос тёти вырвал меня из раздумий. — Ты знаешь, что драконий принц приехал в Вел-Лерию?
Хорошо, в общем-то, что я к тому времени уже поела. Вдвойне хорошо, что не успела глотнуть чая — дело наверняка могло бы кончиться фонтаном.
А так обошлось: я просто застыла столбом, приоткрыв рот.
— Лисси?
— Н-нет, тётя, я не знала, — говорить стало трудно. Сердце загрохотало в груди.
Неужели он приехал… за мной?!
Глупо. Как глупо! Откуда эти странные мысли? Он не мог явиться сюда за мной! Он понятия не имеет, кто я такая. А вот если бы знал… То, боюсь, за мной бы уже пришли серьёзные люди в форме.
— Говорят, он приехал к какой-то фоморе, — заявила тётя.
Я ошеломлённо выдохнула.
— Ко мне?..
— Нет! Вот, смотри, на снимке с визора! Она сидит у него на спине!
Вы знаете, что такое ревность?
Я раньше слышала о ней много раз, но никогда не знала по-настоящему. До встречи с прекрасным принцем.
И да, ревность — именно то, что я почувствовала, когда увидела, как Или тянется хвостом к скользящей по его спине темноволосой девушке.
Я знала её. Ну то есть как… заочно.
Правильнее сказать: я слышала о ней. Как ни крути, а Марджана Лофф — довольно заметная личность в фоморском сообществе. Преподаватель ВАВЛ, полукровка с Древней кровью, одна из немногих, кто открыто заявлял о своей природе.
Раньше она меня немного раздражала. Ладно — много раздражала. Потому что именно её обычно приводил в пример дядя Джума, когда говорил, что мне необходимо легализовать себя в качестве фомора. Мне всегда было обидно, потому что — ну неужели он действительно совсем не понимал разницы между нами? Её родители — не преступники, ей не нужно хранить секреты целого теневого клана, ей не нужно питаться чужими эмоциями, чтобы нормально жить… Значимые факторы, не так ли? И это я уж молчу о том, что у неё в покровителях ходит сам премьер-министр. А это, прямо скажем, немало.
В общем, я не любила Марджану Лофф и раньше. Но теперь практически ненавидела.
Интересно, знает ли Или, что она — фомора? Хотя, наверняка знает. Если вспомнить того же Олуша, то можно сделать вывод, что к нашей расе он относится в целом неплохо. Но…
— Лисси? — тётя осторожно погладила меня по голове. — Не расстраивайся, милая. Мало ли тех мальчиков будет в жизни?
Я улыбнулась, чтобы не заплакать.
Мальчиков, конечно, будет много — куда же без них. Но Или… Он был особенным. И дело не в его статусе. Приставка “принц” придавала ему таинственности и заставляла внутренне трепетать, это правда. Если и существуют девушки, способные без самообмана отнестись к подобному совершенно равнодушно, то они — не я.
Только вот шутка в том, что остальные чувства — любовь, привязанность, тепло, тоску — я испытывала не к принцу, а к дракону по имени Или. Мне не хватало его… не хватало так сильно, как если бы из меня вырвали кусок. И со временем это чувство не притуплялось, а только обострялось.
А теперь вот увидеть, как другая фомора сидит на его спине… Это почему-то было совершенно невыносимо. Даже хуже, чем знать, что он спит с другими. Всё же, наверное, из-за своих генов я унаследовала немного больше драконьих заморочек, чем следовало ожидать… Ведь именно у драконов посадить кого-то на спину считается очень интимным жестом.
 
— Лисси, ты ведь не собираешься выступать в Высокой Академии на новогоднем балу?
Я хотела было возмущённо воскликнуть: “Нет, конечно!”. Но нечто в тоне тёти заставило меня притормозить. Марджана Лофф преподаёт в Высокой Академии, верно? Значит, Или тоже будет на этом празднике…