Очень прекрасный принц (СИ)

Но Олуш — кадр отдельный. Этого фомора, истощённого и едва живого, нашли в полузаваленном поселении матушки Роя и Дина, близкие подруги и большие любительницы паломничеств во всякие святилища древних (читай: заброшенные задницы мира, кишащие неведомой зубастой фоморенью, голодной и неразумной). Но Олуш оказался разумным и показался почтенным госпожам милым. И я их даже, в общем-то, понимаю.
Олуш забавный. Но я его больше всего ценю за очень правильное ко мне отношение…
— А что это вы тут делаете?! — спросил я грозно.
Все работники кухни бросились врассыпную, послышались невнятные возгласы. Мех Олуша сердито заколыхался.
— Итить фоморить, твоё, грёб его в печку, высочество! Сколько раз я буду тебя просить: не сучись! Не видишь, все заняты! Иди и ты чем полезным займи свою венценосную задницу! И не только её. Сходи вон пару поищи! Трудись на благо страны, не покладая инструмента. Но оставь в покое мою несчастную кухню!
Я краем уха услышал грохот: кто-то из новеньких, кажется, всё же упал в обморок.
О да, у Олуша сложно с субординацией. Но мне, в общем-то, нравится.
— И вот не надо шуметь, Олуш, — хмыкнул я высокомерно. — И вообще, я, может, как раз в процессе поиска пары! Но как её вот так сразу проверять? Привёл к тебе, чтобы ты откормил.
— Хм. Так вроде ж только-только завтрак конкурсанткам отправили?
— Так это торжественное принятие пищи. Кто же там на самом деле ест? Все больше интриги плетут. А теперь-то и поесть можно. Накормишь?
Олуш задумчиво встопорщил шерсть и наклонился над Дайяной, уставившись на неё всеми двенадцатью глазами.
— Какая милашечка, — сказал он. — А что ты любишь, чудо пернатое?
Я посмотрел на Дайяну и подумал, что всё же переборщил с шоковой терапией: девушка была напугана. Это ясно читалось по её дрожащим губам, разом побледневшему лицу, сжатым в кулаки рукам… фоморы, всё же, те ещё красавцы. То есть, насколько я могу судить по тому же Олушу, они просто потрясающие ребята! Но специфические. И внешний вид их зачастую весьма далёк от человеческих представлений о нормальном.
— Не бойтесь, Дайяна, — сказал я, ненавязчиво оттесняя её от Олуша. — Этот здоровяк — милейшей души существо… Когда не гоняется за мной с ножом, конечно же. И не грозится хвост узлом завязать.
— А кто бы не грозился — на моём-то месте?! — возмутился Олуш. — Мой первый год на работе. Торт для приёма в честь юбилея Императрицы. Сто сорок два слоя. Пятнадцать уровней! Изображение первой встречи Императрицы и Императора. Горы, Император, первая фаворитка на его спине, Императрица в зверином обличье, встретившаяся им на пути… Всё это лепилось вручную двадцать часов. Двадцать! И вот я дал торту настояться, вернулся, чтобы внести последние штрихи… и тут башни дворца осыпаются, и на их месте возникает драконья ледяная башка вот этого… высочества. И оно заявляет: “Я победил! Меня никто не нашёл! И, кстати. Очень вкусно! Примите мои комплименты!”
— Мы с побратимами играли в прятки, — усмехнулся я. — Поспорили, кто дольше всего сможет оставаться незамеченным в верхней части дворца. В драконьем обличье. Хотя потом выяснилось, что победил всё же Дин: он попросту заменил себя ртутным двойником, так что его никто и не искал. Правда, самым умным из нас, как показала практика, оказался Рой. Пока мы прятались, он свинтил из Дворца изучать мир. Его потом месяц ловили… Детство-детство.
Краем глаза наблюдая за Дайяной, я отметил, что она вроде бы немного успокоилась. По крайней мере, мертвенная бледность сошла с её лица, сменившись лихорадочным румянцем.
Не идеально, но лучше, чем вообще ничего.
— Так что ты хотела бы съесть? Олуш отлично готовит, поверь мне. Любой каприз!
— Я… не голодна. Простите. И, если честно, не слишком хорошо себя чувствую… Можете меня извинить? Я действительно хотела бы вернуться к себе.
Вот так я понял, что провалил наше первое свидание.
Обидное и непривычное чувство. Но так даже веселее, верно? Скучно, если всё получается чересчур легко.
 
— И чего это ты моего принца обижаешь, чудо? — возмутился Олуш. — Он старается, а ты нос воротишь? Будешь хвостом вертеть — укушу!
— Олуш! — приходится признать, что идея была не очень. — Вот нашёл, кому угрожать!
— Не угрожаю, а обещаю, — буркнул он. — Идите уж! Попрошу принести вам корзинку с моими фирменными блюдами.
— Спасибо! — Дайяна вежливо улыбнулась, но глаз улыбка её больше не касалась. Она ушла в себя, отвечала чуть невпопад и скомкано попрощалась со мной на пороге своей комнаты.
Отличная работа, Или. Однорукие аплодисменты. Можешь признавать себя мастером в категории: “Как напугать девушку в первую же встречу”.
С чего я вообще взял, что она оценит?!
Удостоверившись, что Дайяне принесут еду, я решил, что самое время прочистить мозги. И в этот раз спарринг с побратимом будет в самый раз…
Наверное.
— Знаю, что тебя не переубедить, — протянул Дин. — Просто в качестве общей информации. Смотри, эти визограммы сделаны за неделю до того, как Дайяна Гохорд появилась здесь. Хочешь посмотреть?
Я не очень хотел, если честно. Но Дин не отстанет, это ясно; так что мне придётся смотреть, как Дайяна влюблённо таращится на какого-то человека в дешёвой одежде.
Как она целует его.
Как она улыбается для него и смеётся. Как они дурачатся, сидя на крыше.
— Это выглядит неискренним на твой вкус? — спросил Дин.
Нет. Как бы мне ни хотелось.
Это выглядело так, как будто с этим человеком Дайяна была счастлива.
  
11
 
Алисия Майлифф
*
Что со мной сделают, когда узнают?!.
Именно этот вопрос я задавала себе раз за разом, сидя на кровати и глядя в стену. 
Закон, позволяющий убивать фоморов без суда и следствия, в Драконьей Империи отменили четыре столетия назад. Это хорошая новость. Дальше начинаются плохие. 
Я обманом пробралась во Дворец. Лгала монаршим особам. Скрыла потенциально опасные способности. И это я уже молчу о своей смешанной крови, о которой в теории вообще никто не должен знать…   
Хотелось метаться по комнате туда-сюда, встопорщить гребни и вылететь в окно. Но… самообладания, что пока ещё было у меня, хватало на то, чтобы не делать подобных глупостей. Фомор! Здесь, в сердце Драконьей Империи! Это же надо было встретиться! Да ещё не какой-нибудь полукровка, а чистокровный Старший! Пусть не Древний, но...
Я в отчаянье закусила губу. 
Это всё меняло. Я могла обмануть людей, драконов и даже сидов… но не чистокровного фомора, увы.
Тут нужно пояснить: наш мир стар. Говорят, что однажды, давным-давно, он был колыбелью человеческой цивилизации. Тут жили великие артефакторы, которым покорились сами звёзды. Якобы они летали ввысь в железных кораблях и обуздали само время. Якобы… но потом они предсказуемо не сумели совладать с собственным небывалым могуществом. И Тени Предвечной, голодные и неумолимые призраки войны, раскинули над этим миром свои крылья, превратив всё в пепел и тлен. 
Говорят, долгое время после той войны этот мир был похож на жуткую отравленную пустыню, где светилась вода, земля источала яд и была покрыта пеплом. Но… колесо жизни крутится до нас и после нас. Оно не останавливается ни на миг. Постепенно, шаг за шагом, но жизнь возвращалась на эту планету; растворялась отрава, сквозь пепел пробивались ростки, животные приспосабливались к новым условиям обитания. И богиня Мора, которая лично пришла сюда искать свою пропавшую Тень, внезапно увидела потрясающий мир. Прекрасный мир, полный жизни и силы. В нём было всё, кроме одного — разума… И это огорчило Её. Но Она никогда не была Творцом, потому не смогла бы сотворить жизнь. Лишь вести её по кругу рождений и смертей, лишь открывать двери (и быть дверью) — такова всегда была Её суть. Потому Она решила даровать разум той красоте, которую видела: силам природы, и теням, и тёмным глубинам океана. Не создать жизнь, но даровать уже существующей наивысшее благо: разум и волю.