Очень прекрасный принц (СИ)
Так что в целом ничего предосудительного не было бы, реши я поддаться искушению. Да, про мальков он определённо рано заговорил, но общее направление его мыслей мне скорее нравится.
Я этого ждала.
— Предлагаю выйти на террасу, — сказала я, — освежиться. И обсудить вопросы размножения в приватной обстановке. Что скажете?
— Согласен! — он весьма довольно подхватил меня под руку и потащил сквозь толпу.
Отдельное удовольствие для дамы моих размеров, кстати: для Мория я всегда остаюсь эдакой пушинкой, которую при желании можно не то что носить на руках, но даже забросить на одну из лун (и да, я не уверена, что это метафора).
— Госпожа Жифф, — от этого слащавого голоса у меня разом заныли зубы.
Если бы мне пришлось составить рейтинг самых ненавидимых мной людей, то Майя Кифф, экстравагантная богачка и редкостно стервозная подруга моей мачехи, определённо заняла бы одну из верхних строчек.
И принесла же нелёгкая...
— Говорят, вас можно поздравить? — сказала она, бросая на Мория странные взгляды. — Вы поднялись так высоко… не представите мне звезду нашего вечера?
Я повернулась, готовая быстро пройтись по формальностям, и замерла.
Впервые в жизни, наверное, мне довелось видеть на красивом лице Мория такое выражение.
— Рыба-Луна? — спросил он тихо.
И я поняла, что у нас всех большие неприятности.
_________________________________________
Интерлюдия 2. Две правды
Акива Финн
*
— Бахи, я слышала, твой муж хочет взять вторую жену. Неужели правда?
— Окончательного решения ещё нет…
— Ах, как я тебе сочувствую! Это из-за того, что ты пополнела?
— Ах, точно! Вот что бывает, когда забываешь о том, что фигура должна услаждать мужчине глаз!
— Уж молчала бы, Фила. Просто говорить о фигуре, ни разу не родив! Три года, а наследника всё нет. Сама-то не боишься, что твой муж выбросит тебя за дверь?
— Ох, спасибо за заботу, дорогая, не боюсь! Разве что за тебя. Слышала я, муж твой серьёзно проигрался…
Я сидела, прихлёбывая чай, поедала пряные сладости и всё ждала, когда же они вспомнят обо мне. Что вспомнят, тут сомнений быть не может: мои сёстры на женской половине — чисто клубок змей.
— А что же ты молчишь, Акива?
Ну вот, началось.
— А что ей сказать? Она же мужу навязалась.
— И себя опозорила...
— Так что замуж взял, жива-здорова — вот и вся радость!
Я подняла взгляд, и улыбка моя была слаще мёда. Они примолкли, глядя жадно, как стервятники.
Им очень хочется, конечно, чтобы я, отцовская любимица, оплошала.
Но нет. Не в этот раз.
— Мой муж — дар Истинного, за который я не устану благодарить, — сказала я радостно. — Он добр ко мне и ласков. Во всём. Работа у него спорится, и среди его друзей полно очень важных людей. Он одаривает меня и лелеет.
Я поправила серьги, показав мимолётом браслет и проследив, чтобы колье показалось из-под платья. Ну? Которая из вас спросит?
— Ладные украшения, — глупая нашлась.
— О, это подарок Бэна. Разве не красиво? Они одни такие во всей Тавельни. Мой Бэн попросил у самого Мория Бакарийского, чтобы тот достал эти камни со дна морского. Разве это не потрясающе?
Я улыбнулась, вспомнив этот момент. И ведь мне не пришлось идти на какие-то хитрости! Я просто сказала Бэну: “Ах, мне нужно будет чем-то удивить сестриц, чтобы не говорили гадости”. Он задумался, покивал, а потом принёс мне украшения прямиком с морского дна, из кладов какой-то забытой царицы.
Не зря, ой не зря я выбрала именно его…
— И что же он уехал, раз так тебя любит? — некоторым языкам яд на месте остаться не даёт.
— Ему нужно встретиться с парой драконьего принца и её семьёй, — улыбнулась я ласково. — И уладить какие-то формальности с законом.
Они замолчали. Я едва удержалась от торжествующей улыбки. Что, ехидны, обломали зубы?
Калая, бросив на меня быстрый одобрительный взгляд, спросила:
— Кто будет ещё чаю?
На этом разговор обо мне увял.
Но продолжился позже, когда мы остались со старшей сестрой вдвоём. И стал он намного откровенней.
— Всё действительно хорошо? — спросила Калая. — Он не обижает тебя?
Я ласково сжала её руку в своей.
— Поверь, милая, клянусь тебе Подлинным и Единым: он действительно ласков со мной.
Калая поджала губы. Муж был с ней груб, особенно в последнее время; от этого её былая красота увяла, на что было очень грустно смотреть. Но, даже спустя время, она всё ещё волновалась обо мне.
— Я волнуюсь, Акива, — сказала она. — Твой муж уехал в Империю. Он встретит там ту женщину, верно?
Я вздохнула.
— Да, встретит непременно. Они столкнутся на суде. Но… ей не получить его обратно.
— Ты так уверена?.. Не сверкай так глазами. Знаю, ты хотела именно его в мужья, хотя и не понимаю, почему…
Я с печальной улыбкой посмотрела на сестру.
Почему? Да потому что у меня был твой пример перед глазами, моя милая.
Я сделала всё, чтобы не повторить твою судьбу. Стала любимицей отца, обрела влияние на него, слыла самой красивой из его дочерей, получала дары. Услышав, что меня планируют выдать за Рейдара, я поняла, что пора действовать. И брать судьбу в свои руки.
И тут в наш квартал переехал Бэн. Тогда его называли Бэно, но не суть...
То, что он не похож на окружающих меня мужчин, я поняла практически сразу. А собрав сведения, послушав рассказы служанок, подосланных его испытать, и скупив его музыкальные шкатулки, я поняла: Бэно — мой шанс. Возможность получить спокойную жизнь, иметь под боком человека талантливого, доброго и чуткого, войти в добрую семью.
И, не вдаваясь в детали, я сделала всё, чтобы стать женой Бэна.
Пришлось упрашивать отца; впрочем, узнав о тайных связях семьи Майлики, отец и сам ухватился за эту идею. Ещё и меня похвалил за ум и прозорливость.
Повезло.
Конечно, пришлось многим рискнуть. И позаботиться о том, чтобы Рейдар точно-точно меня не украл. Я знала, что он может на такое пойти, так что наняла мужчин, которые в день моей свадьбы вывезли его из столицы и бросили за дорогой.
Думаю, он выжил. Но дело всяко не моё.
И теперь эта Дайяна… Она не получит Бэна.
Никогда.
— Сестра, — сказала я мягко, — поверь мне на слово: он вернётся ко мне.
— Как ты можешь быть так уверена?
Это очевидно.
— Любовь к ней была детским увлечением, тягой к запретному плоду. Слуга и хозяйская дочь, что может быть банальней. Но кто она сейчас? Опозоренная на всю Империю, побывавшая в постели другого мужчины, погружённая в дрязги, причиняющая боль одним своим видом, вызывающая стыд с сожалениями. И кто я? Я — его жена перед всеми богами, местными и нашими; я встречаю его вечерами и провожаю утром. Я всегда ласкова, готова помочь советом, мила и красива. И что же ты думаешь? Она — его прошлое, будущее — за мной.
— Надеюсь, ты права.
— Брось! Она потеряла его первенца, а я ношу ребёнка под сердцем. Кого выберет мужчина в такой ситуации?
Калая вздрогнула и прикусила губу. Тема была болезненной для неё: муж толкнул её, когда она ждала ребёнка, и тот родился неживым. Больше, увы, Калая понести не смогла, за что была всячески ненавидима мужем и его семьёй.
— Ты права, — сказала она, — ей не выиграть.
— Ну вот. Но знаешь что? Если твой муж всё же выгонит тебя, теперь я смогу тебя забрать.
— Ты думаешь, что сможешь меня приютить? — спросила Калая. — Твой муж не согласится!
Я улыбнулась.
— Милый, милый Бэн… поверь, я позабочусь, чтобы он согласился. Выбор мужчины определяет жизнь женщины. Я верно выбрала мужа.
И никогда, никому его не отдам.
***
Дайяна, леди Гохорд, лекарь
*
— Вы только посмотрите на неё…