Домино (СИ)

— Похоже, — подтвердил Котий, перелистывая записи. — Я только сомневаюсь, что он сам собирал материал, иначе мы бы с ним встретились. А я этого человека совершенно не помню. Ну и некоторые из созданий выглядят сильно доработанными.
Тут он остановился на существе, похожим на фонтан, а меня резануло слово «доработанными». Уж не побочный ли продукт загадочной лаборатории мы тут видим? Мы еще поразглядывали фотографии, рассказали братьям про добычу фиррия, за очередным кувшином лимонада поклялись друг другу в вечной дружбе и хотели было заказать еще одну пиццу, как в дверях бара материализовался Роман Николаевич. 
— Мне жаль вас прерывать, господа, после утренних подвигов вы имеете право на обед, но Пещернадзор фиксирует встряску в вашей пещере. Я бы проверил. 
  
Глава 24
 
— Что там, как думаешь? — спросил я у Драка, который бодро жал на газ с момента выезда из города. 
Сам-то я вообразил себе кучу замечательных вещей, включая портал к себе на Тривию, где я пополнил бы запас игл и забрал любимые конспекты. Я представил, как появлюсь у себя дома, расскажу хозяину мастерской, как у меня дела, может, пересекусь с одноклассниками. И брошу так небрежно, а, знаешь, драконы совершенно равнодушны к пиву. Ух! 
— Что-нибудь перестраивается, — пожал плечами Драк. — Надеюсь, вход не завалило, иначе мы останемся с полной, но недоступной коробочкой. 
Вот это мне в голову не пришло. Тем не менее, настроение у меня не ухудшилось. Я не забыл взять с собой артехран, в котором лежало и заряженное ружье, и копье, и оба ножа, а не как обычно. Кто молодец? Я молодец. Еще фонарь из машины туда положу, все равно только мне одному и нужен. 
Когда мы подъехали к пещере, все было тихо. Котий, шевеля усами, обошел вокруг хранилища с фиррием, с которым должны были сегодня приехать, и мы вошли внутрь. 
Внутренняя часть пещеры как-то скособочилась, по краям валялись куски породы, заборный пруд-накопитель был наполовину завален камнями, а собранная фирриевая вода расплескалась по полу. Смерть и разрушения мы приносим людям, подумал я.
Мы прошли глубже. Драк согнал огнем со стены мелких туманных червей, и они с готовностью попадали в пристенные щели. Мне показалось, что им самим не нравилось сидеть на стене. Я подумал и достал из артехрана копье, на ружье успею поменять. Драк пролетел глубже, Котий последовал за ним, а я задержался, чтобы рассмотреть странный рисунок трещин на стене, который складывался в почти идеальный орнамент. В этот момент пещера задрожала, я схватился за стену, но не устоял на ногах и хлопнулся на пол. Рядом упал камень, другой, третий, и стало темно: прохода наружу больше не было. Нас заперло. Еще один камень чиркнул меня по голове, и укатился куда-то дальше.
Ну здрасьте, вот и произошло то, чего опасался Драк. Коробочка с ценностями заперлась, да еще вместе с нами. Я оперся на копье, встал и вытащил из артехрана фонарь. Мда, не только выхода больше не было, но и между мной и друзьями тоже выросла стена, правда, не до верху. 
— Эй, — крикнул я. — Вы там как?
— Мы нормально, — отозвался Драк. — Подавляем страх клаустрофобии. А ты?
— Я, наверное, тоже… подавляю, — отозвался я.
— Я могу полазить, посмотреть, нет ли новых проходов, — предложил Уфф.
Ох, ты, я и забыл про него. А у нас тут отличный шпион, практически родственник здешних мест. 
— Давай, — согласился я. — Тебе вообще как, свет нужен?
— С ним приятней, но я и без него обойдусь, — Уфф вылез у меня из кармана и исчез в щели над внутренней стеной. 
Из-за стены донеслись голоса Драка и Котия, которые обнаружили Уффа рядом с собой и перенаправили его куда-то дальше. 
В пещере наступила тишина, только мелкие камни похрустывали, обустраиваясь в нападавших кучах. Стена рядом со мной еле ощутимо подрагивала, как животное, только что пережившее стресс и переваривающее новую реальность. 
— Ну что там? — крикнул я.
— Уфф ушел вправо, — сообщил Котий. Чтоб я понимал, где у нас тут право. — Говорит, чувствует, оттуда тянет теплом. 
 
— Марк, попробуй посмотреть, что с внешней стеной. Вот эту стенку между нами мы растолкаем, она просто насыпана, а вот что там снаружи.
Я крикнул, что понял и пошел туда, где раньше был вход в пещеру. Что это он, я сразу понял, наступив в бывший пруд-накопитель, где еще оставалась фирриевая вода, которая сразу залилась ко мне в ботинок. Но входа не было. На его месте была сплошная стена. О чем я немедленно сообщил друзьям.
Над внутренней стеной раздался шорох, друзья когтями отковыряли верхний слой камней и Драк пролез на мою половину. 
— Ну, где выход? — сердито спросил он и выпустил маленький огненный шарик, который приятно дополнил свет моего фонаря, проплывая вдоль серого массива. Мы оба уставились на бывший проход. В это было невозможно поверить, стена стояла так, как будто была здесь всю жизнь. 
Позади раздался грохот и пара здоровенных камней выпала и покатилась в нашу сторону. В образовавшуюся дыру пролез Котий.
— Что вы кидаетесь? — по-дурацки хихикнул Драк.
— Боюсь один в темноте, — фыркнул Котий, обнюхивая стену.
— А не один? — засмеялся я.
— А не один не боюсь, — заявил Котий. И ведь не поймешь, пошутил или нет. 
Драк сложил крылья и уселся на остаток внутренней стены.
— В принципе нас откопают, — задумчиво произнес Драк. — И Пещернадзор знает, что у нас тут, и курьер за фиррием сегодня приедет. Но это как-то не по-пацански. Ах, ты, Котий, они же защиту обнаружат, если мы не вылезем до этого. 
— Не обнаружат, — мрачно сказал Котий. — Я ее снял, именно на этот случай.
— А если ты предполагал, что нас завалит, ты ничего поумнее придумать не мог?
— Например, что? Сидеть снаружи и ждать? Это было бы невесело. Давай проковыряем дырку побольше и поищем другой выход. 
Мы разобрали внутренний завал до метровой высоты, теперь через него можно было всем спокойно перелезать, я подхватил фонарь, и мы пошли туда, куда, как сказал Котий, ушел Уфф. 
Вскоре он и сам выскочил на нас веселыми прыжками:
— Хорошо, что вы не потерялись! А чего вы грустные? 
— Да мы тут как бы заперты, понимаешь, — усмехнувшись, пояснил я.
— Заперты, да не на ключ! — продолжал подскакивать Уфф. — Пойдемте со мной, я нашел стенку, она тонкая совсем, а за ней — солнце!
Оживившись, мы двинулись за нашим проводником.
***
— Что у нас еще плохого, — Александр Николаевич осторожно посмотрел на брата, которого перехватил на полдороге к Управлению.
— Пока ничего, — остановился и пожал плечами Роман Николаевич. — У Котия в пещере какая-то активность.
— Не пора их оттуда вытаскивать?
— Если не выйдут на связь через час, отправлю эвакуационную команду. Все предупреждены. 
— Может, ложная тревога? 
— Может быть. В прошлый раз после похожей встряски появился Марк. Правда, сейчас что-то посильнее.
— А еще что?
— А еще к нам едет Балакирев. 
— О, и что он хочет?
— Как обычно, полагаю. Дирижировать. 
— Неймется ему.
— Это и неплохо. Станет начальником над Боргером, будет искоренять зло и насаждать добро. 
— И поливать.
Оба посмеялись. 
— Если серьезно, то он идеальный вариант. Землян терпеть не может, к нечеловеческим видам относится с интересом. Назначим директором планетарной безопасности, он все равно не спит и не ест, и без дела скучает, а у нас тут каждый день в режиме «вот это поворот».
Балакирев был редким зверем даже в привычном к чудесам мире. Он был создан землянами в механической антропоморфной форме и должен был стать вместилищем для одной из самых продвинутых версий искусственного интеллекта. Специальностью его было управление рисками, и планировалось его использовать на новооткрытых территориях с сильным магическим фоном, где земляне сами работать не могли. Таких Балакиревых планировалась серия, этот был первым опытным экземпляром. Однако что-то пошло не так, и однажды Балакирев №1 просто встал, вышел из лаборатории, замаскировался в сортировочном пункте под груз с инструментами и в таком виде проник на Бодайбо. Там явился к опальному магу со склонностью к опасным экспериментам с просьбой заменить ИИ в своей голове магической прошивкой, и маг в некоторой степени преуспел. Что у них на самом деле получилось, какой наполнитель головы Балакирева победил, никто так и не узнал. Прямо у него дома Балакирев прошел обучающий курс жизни на Бодайбо, разобрался с оленями, метелями и непростыми правилами перемещения, и тут же поступил в университет по квоте для новых видов. Четырехлетний курс он закончил с отличием за год и был взят в комиссию по контактам. Когда его потом спрашивали, зачем он все это сделал, ведь в результате он занимается тем же самым, для чего и был создан, он, возмущенно потрясая руками, кричал: «Они хотели от меня презентаций! Презентаций!»