Крестовый поход (СИ)

Было ясно, что этот ликбез Стив устроил для новичков.
— А если проходить маршрут за семь дней? — спросил Хок. — Скорость влияет на качество поиска?
— Всё зависит от аппаратуры, — пожал плечами Стив, — обычно считается, что спешка хороша при ловле блох. Вы итак пойдёте на значительной скорости, а вам нужно постоянно прислушиваться к тому, что происходит вокруг, а не упражняться в слаломе. Впрочем, как хотите… Семь дней, конечно, дает больше шансов тем, кто «завис» без связи, но сокращение времени пребывания в области поиска снижает ваши шансы кого-то найти. Вы ведь не знаете, есть там кто-то или нет. А это может быть какая-нибудь маломерка типа гоночного катера или потрёпанного семейного ботика, которые не так просто засечь из-за малых размеров.
Булатов задал несколько вопросов относительно систем координат, пеленгов и ориентиров. Поскольку остальное нам было ясно, Стив заторопился, чтоб «почистить сапоги и выхлопать фрак» перед вечеринкой. Изабо тоже осталась прихорашиваться. Провожая нас в стыковочном мосту, она поинтересовалась, не шокирует ли наш экипаж, если она возьмет с собой вечером Снупи. Он совсем пал духом и приятное общество несколько его развлечёт. Я не стала возражать. Меня беспокоила только реакция пугливого Тилли Бома, но его можно было посадить за стол подальше от тигра.
«Славянский базар» произвёл на меня неизгладимое впечатление. Я уже привыкла к ресторану на баркентине, но как выяснилось, эта мода распространилась и на дальние станции вроде «Кронштадта». Это был большой ресторан, оформленный в русском стиле, состоявший из нескольких залов. Нас провели в «грановитую палату», вполне соответствующую своему названию. Столы там буквально ломились от яств, отчего наш кок Бетти Фелтон сперва пришла в ужас, а потом, окинув строгим взглядом членов экипажа, негромко предупредила, что будет следить за всеми, и, если кто предастся излишествам сверх меры, на ближайшую неделю будет посажен на диету с целью устранения нанесённого организму и фигуре урона. Это никого не испугало.
Вечер прошёл весело, особенно веселились наши коллеги, наконец-то поверившие, что скоро будут дома. И лишь один небольшой инцидент слегка подпортил праздник. Беспокоясь о Тилли, я совершенно забыла о Кисе, который, конечно, пришёл с хозяином, поскольку не мог пропустить угощение. Едва увидев спокойно лежавшего на ковре неподалеку от стола тигра, Киса вдруг распушился, встал на цыпочки, выгнул спину, и, оскалив пасть, мелкими прыжками поскакал к Снупи, аккомпанируя себе истошным воем. Увидев скачущий на него комок шерсти с торчащими зубами, Снупи угрожающе зарычал, показав великолепные белые клыки. Но это только раззадорило кота и он, выплюнув воинственное «Ха!», подскочил ближе и, присев на задние лапы, замахал передними перед носом у ошалевшего амурчанина. При этом его длиннющие когти засверкали, как кинжалы. Вой перешёл в ультразвуковой диапазон. Тигр испуганно отшатнулся и, отбиваясь лапами, прижался к стене.
— Киса! — яростно заорал Хок, кидаясь к своему любимцу, — Оставь тигра в покое или отправишься домой!
Киса, который уже видел заставленные блюдами столы, но ещё не попробовал ни кусочка, тут же остыл и, развернувшись, поскакал назад, на ходу принимая нормальные размеры и вид. Подбежав к Хоку, он запрыгнул к нему на руки, поставил передние лапы ему на грудь и с обожанием уставился в глаза, всем своим существом демонстрируя любовь и преданность.
Хок весь вечер поругивал кота за то, что тот обидел ни в чём не повинную зверюшку, и объяснял, что коты, которые служат в Земном космофлоте, обязаны быть со всеми сдержанными и доброжелательными. Киса внимательно слушал, не забывая таскать со всех тарелок, до которых мог дотянуться, понравившиеся ему куски.
А Снупи кое-как утешили, поставив перед ним огромную миску, в которую прямо со стола наложили всяких вкусностей. Он успокоился, но за весь вечер так и не сошёл со своего ковра. Я уверена, что утром он был рад покинуть станцию и отправиться домой, где было много солнца, голубого неба и зелёной травы. И не было ужасных космических котов.
 
Рано утром «Супербой» отстыковался от причальной мачты и взял курс на Землю. А у нас началась долгая и нелегкая вахта. Уже в полдень мы простились с нашими новыми друзьями в цитадели и отправились по давно проложенному маршруту.
Свободный поиск является неотъемлемой частью жизни любого поисковика. И, несмотря на красивое название, это самая тяжелая и нелюбимая, хотя и очень нужная работа. Длительное монотонное движение в одиночку, когда краткие промежутки хода на сверхсветовой скорости сменяются полётом в космическом пространстве, и необходимо с неослабевающим вниманием смотреть по сторонам и слушать, не раздастся ли где-нибудь сигнал бедствия. Могут проходить дни, недели, месяцы и ничего не произойдёт. Долгий полёт и напряжённое наблюдение кажутся бесполезным занятием, которое только изматывает и не дает никакого результата. В голову всё чаще приходит мысль, что это всё ни к чему, всё зря, потому что в Объединении постоянно идёт работа над обеспечением безопасности полётов в космическом пространстве и совершенствованием техники. Уже давно ничего не случается. Так ради чего всё это? Три десятка сильных, молодых, образованных людей вынуждены впустую тратить своё время, свои силы и нервы.
Такие мысли во время свободного поиска приходят не только новичкам, но и опытным поисковикам, но опытным всё же легче, потому что они могут припомнить, как вовремя заметили неяркую звездочку в самом углу экрана локатора и благодаря этому сумели спасти чьи-то жизни. А в другой раз пробилась сквозь шум Вселенной тоненькая надрывная ниточка морзянки, посланная с потерявшего управление учебного шлюпа. Значит, не зря… Человеческая жизнь стоит любых усилий, стало быть, просто нужно собраться, смотреть и слушать. А если ничего не происходит, так это хорошо, потому что никто не попал в беду.
Мне всё это было известно, и потому я с некоторым беспокойством выводила баркентину в наш первый свободный поиск. Я поговорила с экипажем и объяснила ситуацию. Все всё поняли. Надо, значит, надо. Какие проблемы…
Проблемы начались через несколько дней, когда я заметила, что у вахтенных начало рассеиваться внимание. Люди уставали впустую слушать эфир и смотреть на экраны локаторов. Пришлось сократить смены и подключить к дежурству стрелков.
Через неделю Вербицкий посреди смены схватился за голову и простонал:
— Господи, когда ж всё это кончиться?
Илд Эрлинг тревожно взглянула на меня.
— Капитан, вы можете продолжать дежурство или вас лучше сменить? — спросила я, подойдя к Антону. — Может, отдохнёте?
— Нет, — мотнул головой он. — Прошу прощения, я в порядке. Ещё три дня и будет легче.
Последней фразой он себя успокоил. Но было ясно, что краткое пребывание в цитадели по окончании маршрута не изменит ситуацию. После него придётся выйти в новый десятидневный поиск, и это будет ещё более трудным испытанием. Второй выход самый тяжёлый, третий пройдёт легче — он последний, к тому же экипаж уже втянется в режим работы.
Посоветовавшись с Хоком, мы решили, что перед выходом на второй круг поиска проведём испытательные стрельбы, проверим в действии реконструированную оружейную систему. Кроме того, учения несколько взбодрят экипаж.
По возвращении в «Кронштадт» мы смогли оценить ту заботу, которую о нас проявляли Свиридов и его гарнизон. Нам была устроена торжественная встреча с фейерверком, расцветившим пространство вокруг станции, и банкетом в «Славянском Базаре». Конечно, и для работников станции наше возвращение было событием среди трудовых будней, но мне было ясно, что Свиридов прекрасно понимает нашу проблему и изо всех сил старается развлечь уставших поисковиков перед новым вылетом.
 
Мы пригласили его на стрельбы, которые проводились за пределами звёздной системы. Делегация прибыла на красивом военном катере «Креон-Альфа» с пятиствольной ракетной установкой на верхней надстройке и двуствольными излучателями на крыльях.