Крестовый поход (СИ)

Они оттащили неподвижного Моргана подальше и отошли к двери.
В противоположной стене раскрылись створки ворот, катер приподнялся и беззвучно вошёл в тёмную галерею транспортёра. Створки сдвинулись.
— Уходим, — кивнул Карнач.
Они вышли из сектора и разошлись в разные стороны.
Как только катер вылетел за пределы крепости, Бертье поднял тревогу. Догонять катер ночью было бесполезно. К тому же его ходовые качества не оставляли шансов для успешной погони.
Спустя несколько минут в комнату Адамовича ворвались рыцари во главе с капитаном Валуа, но несколько поумерили свой пыл, увидев заспанного Анджея, который никак не мог понять, что от него хотят и при чём тут его катер.
Просмотрев записи камер наблюдения, комендант Карнач с изумлением увидел за пультом аппаратной сектора маломерок Моргана, который что-то переключал на нём. Капитан Валуа подтвердил, что Морган был в секторе и требовал пропустить его в одиннадцатый ангар, в чём ему было отказано.
Самого Моргана нашли в одном из осадных ходов, ведущих из крепости. Видимо, выпустив своего сообщника на катере, он и сам пытался сбежать, но не знал, что недавно по приказу генерала Юханса во избежание дезертирства, все потайные ходы были оборудованы ловушками в виде ёмкостей с усыпляющим газом, который выпускался при попытке открыть дверь без подтверждающей команды с пульта охраны.
Прошедший день оказался для меня страшнее всех предыдущих ночей. Рано утром по защищённому от прослушивания каналу с нами связался капитан Кросби из миссии госпитальеров. Выражение лица у него было встревоженное. Он вкратце рассказал о том, что инспектор помог ему предотвратить нападение Степных волков, а после этого ушёл вместе с ними. Это сообщение я восприняла совершенно спокойно. В конце концов, Куренной прилетел сюда не за тем, чтоб отсиживаться на звездолёте или за стенами миссии.
Но это было не всё. Заметив, что Кросби ещё что-то хочет сказать, но вместо этого смущенно молчит, я вдруг подумала, а почему с нами связался он, а не Джулиан? Тревога снова кольнула сердце.
— Что-то ещё случилось? — спросил Хок, который дежурил за пультом в командном отсеке, где происходил сеанс связи.
— Да, довольно странное происшествие, — в конце концов, решился Кросби. — Дело в том, что после того, как инспектор ушёл, этой ночью нас покинул и доктор МакЛарен.
— Покинул? — переспросила я, стараясь оставаться спокойной. — Тоже ушёл?
— Скорей всего, — неуверенно ответил капитан. — Видите ли, он очень много работал эти дни. И было видно, что он очень устал. На сегодня я отменил все операции, что б он мог отдохнуть. Но утром выяснилось, что его нет в миссии. Мы точно знаем, что ворота не открывались. Никакие летательные аппараты к нам ночью не приближались. У нас на этот случай установлена мощная защитная система. Но в миссии его нет. Мы обыскали всё. Его вещи остались в комнате. И кроме того… — он нерешительно посмотрел на меня. — В гардеробной мы нашли его одежду. Мы не знаем точно, что было в шкафу. Что из того, что там находилось, он мог надеть. И надел ли…
— Что вы имеете в виду? — нахмурился Хок.
— Я опасаюсь… — вздохнул Кросби. — Вы не можете сказать, не было ли у доктора МакЛарена каких-либо серьёзных психических проблем? Ну, я опасаюсь, не мог ли он броситься со стены в ров или…
— Нет, это исключено, — покачал головой Хок и сумрачно взглянул на меня. — Не беспокойтесь за него, капитан. Он вполне в состоянии контролировать свои поступки и позаботиться о себе. Не нужно тратить время и искать его тело во рву. Его там нет.
— Вы так уверены?
— Абсолютно. Скоро он объявится. Скорее всего, здесь.
— Значит, такое случалось? — в голосе Кросби прозвучала надежда.
— Да, — подтвердила я. — Иногда он исчезает, но потом возвращается.
— Хорошо… — кивнул капитан госпитальеров. — Простите, что побеспокоил, но я считал необходимым поставить вас в известность.
Пока Хок заверял его в том, что он поступил правильно, я молча присела в свободное кресло. Вербицкий и Дэн Кроу смотрели на меня с тревогой. Похоже, Вербицкий догадался, в чём дело, хотя явно желал бы остаться в неведении. Когда сеанс связи закончился, Хок обернулся ко мне и пожал плечами.
 
— Он всегда всё делает по-своему.
Я кивнула. В голове у меня было пусто, только где-то на периферии сознания звучал вкрадчивый голос: «Я стою на пороге. Я скоро вернусь в этот мир. А что будет с ним?..»
Я покачала головой. Он мог хотя бы предупредить меня, как в прошлый раз, что уходит. Но он не сделал этого. Он вообще не хотел говорить со мной, не вызывал на связь, уходил от разговора, и вот… А если то был не сон? А если прошлой ночью я говорила уже не с ним, а…
Хок стоял и внимательно смотрел на меня.
— Мы ж ему доверяем, — проговорила я, встала и ушла в свой отсек.
Может быть, он бы пошёл за мной, но я достаточно красноречиво хлопнула дверью, давая понять, что не хочу никого видеть.
Звездолёт стоял на площадке, всё было тихо и спокойно. Экипаж работал в режиме стоянки, а, значит, никаких дел у меня не было. Я оказалась предоставлена себе и своим терзаниям. Я снова и снова перебирала в памяти воспоминания, свои давние сны, оказавшиеся страшной явью давно забытой жизни, своё знакомство с зеленоглазым демоном, возвращение Джулиана, и, наконец, возвращение демона. Он вернулся. Это был не просто сон. Я чувствовала, знала, что он где-то рядом. Его звали, а, значит, он должен был откликнуться. И если он вернулся, где мой муж? Ведь у него нет другого тела, кроме того, что оставил ему демон.
Я снова вспомнила Кратегуса. Он был выше и крепче Джулиана. У него были зелёные глаза и резкие черты лица. И он был больше похож на того алхимика, в которого когда-то была влюблена маленькая Дженни. Значит, Джулиан, и правда, лгал…
День тянулся невыносимо долго. Я маялась, переходя от тревоги к надежде, а от неё к отчаянию. Потом меня захлёстывала обида. И над всем этим довлел беспрерывный непреодолимый страх, что я могу его потерять. Что всё может кончиться. А, может, кончилось уже сейчас…
Ночь не обещала облегчения. Поспать днём мне не удалось, и с темнотой я ушла в свою каюту, не раздеваясь, залезла под одеяло, и продолжала страдать.
На тумбочке несмело пискнул сигнал вызова. Я поспешно откинула одеяло и включила свет. Я была рада любой возможности отвлечься от своих мыслей, хотя прекрасно понимала, что ничего хорошего произойти не могло. Если меня вызывают с мостика, значит, опять что-то случилось.
— Командор, — услышала я голос Илд Эрлинг. — От северных гор в нашем направлении движется небольшой маломерный звездолёт, который идентифицируется по штатному опознавательному сигналу, как «Полонез», приписка частный космодром на Синае, система Альфа Лебедя. Владелец Анджей Адамович.
— Вызовите его на связь и узнайте цель визита, — распорядилась я. — Я иду на мостик.
Когда я вошла в командный отсек, Илд и дежуривший с ней Кнауф встретили меня радостными улыбками. Из аппаратной стрелков тут же спустился Мангуст.
— В катере Донцов, — сообщил он. — Говорит, что у него для нас важные новости. Впустим?
Несмотря на серьёзное выражение лица, он явно дурачился.
— Верхний ангар, — кивнула я, не в силах поддержать его шутку. — И ведите сюда. Кнауф, вызовите старпома и старшего стрелка.
Кнауф, кивнув, развернулся к пульту, а Мангуст выбежал из отсека, видимо, желая встретить друга лично. Вернулся он спустя десять минут вместе с Донцовым. Хок и Белый Волк уже были на мостике.
— Там такой катер! — воскликнул Мангуст. — Я такого не видал! Игрушечка!
 
— Это катер инспектора Куренного, — объяснил Донцов. — Это он отправил меня сюда.
И Донцов начал рассказ о том, что с ним произошло, и свидетелем чего он был с того момента, как устремился к манившей его девушке в белом плаще, впоследствии оказавшейся парнем в кольчуге.
В это время генерал Юханс уже стоял в своей заполненной хламом каморке и вглядывался в планшет с планом баркентины, разложенный на столе. Рядом с планшетом лежала тёмно-коричневая высушенная человеческая рука. Какое-то время Юханс раздумывал, куда на сей раз отнести свой ужасный подарок, и, наконец, остановился на трюме, достаточно большом и запутанном, чтоб можно было спрятать там артефакт.