Крестовый поход (СИ)

Что заставило второго обернуться, напряжённые до предела нервы или чуткость пока живого сердца, но он вдруг вздрогнул и резко повернулся. Его глаза, подобные омутам, расширившись, смотрели на стоявшее в нише существо, которое, чуть наклонив на бок голову, с холодным любопытством изучало его бледное тонкое лицо.
— Монсеньор, — прошептал Игнат, почувствовав дрожь, пробежавшую по телу.
Голос смолк и старик обернулся.
Генерал Юханс с удивлением и беспокойством смотрел на стоявшего перед ним незнакомца, который совсем не был похож на почти стёршуюся от времени гравюру в старой книге. Это был высокий молодой мужчина, с гладкой кожей и жутковатым ледяным взглядом, пронзавшим, как отравленный стилет. Его лицо с высоким лбом, прямым носом и широкими скулами казалось юным. Но мерцающие, почти скрытые под густыми золотыми ресницами узкие зелёные глаза, потонувшие под широкими бровями, смотрели с нечеловеческой проницательностью и странным безумным блеском. Тело его, с обнажённым торсом, мускулистое и стройное, гибкое и сильное казалось совершенным. Поза, в которой он застыл, небрежно положив ладонь на край арки, была изящной и наполненной такой грацией, словно он специально демонстрировал соблазнительность своего полуобнаженного тела.
— Кто ты? — спросил Юханс, настороженно глядя на сущность, представшую перед ним.
— А кого ты звал? — тихо откликнулся незнакомец негромким вкрадчивым голосом.
— Предстань в том образе, в каком ты должен быть, — потребовал генерал.
— Я должен быть в том образе, в каком ты хочешь меня видеть, — произнёс демон, выходя из ниши, и медленно двинулся вокруг пентаграммы, словно выискивая брешь в их защите.
Генерал взволнованно смотрел на него. Демон был бос, его ноги мягко ступали по грубым плитам пола. С грацией танцующей кобры он шёл, заставляя их поворачиваться вслед за ним. Он смотрел на пол, и лишь изредка из-под ресниц вспыхивал странный свет безумных глаз.
— Демон Кратегус, — провозгласил Юханс, — именем Господа нашего и святых евангелистов я требую, чтоб ты повиновался мне! — он вознёс руку в повелительном жесте, но демон, задумчиво взглянул на него и негромко спросил:
— Где ты видишь тут Господа и евангелистов?
Он остановился и, всё так же холодно глядя на генерала, ждал ответа. Потом он перевёл взгляд на лицо юноши стоявшего рядом и увидел на его лице странное удовлетворение. Мальчик заинтересовал его куда больше, чем старик. Но звал старик.
— Зачем ты звал меня, Дирк Юханс?
— Чтоб получить ответы, — отозвался старик.
— Спрашивай, — равнодушно произнёс демон, снова поглядывая на молчаливого спутника колдуна.
— Зачем ты пришёл в этот мир?
— Тебя интересует не это, — покачал головой демон.
— Верно, — улыбнулся генерал и толкнул юношу, который вдруг сделал резкий выпад и бросил что-то под ноги Кратегуса.
Огненная дорожка вспыхнула у его ног и стремительно разбежалась в стороны, обогнула и соединилась за его спиной, образовав ещё одну пентаграмму диаметром около четырёх метров.
Демон издал свирепое рычание, и черты его лица на миг исказились так, что эти двое отпрянули назад. Он ринулся вперёд, но вдруг взвыл, наткнувшись на огненную стену, взметнувшуюся вверх при его приближении от линий, начерченных на полу. Он отскочил. Его гладкая, как мрамор, белая кожа на руке и плече, которыми он наткнулся на неё, дымилась чёрными ожогами.
— Проклятый колдун! — прошипел он, исподлобья глядя на Юханса. — Я доберусь до тебя и выверну наизнанку!
Юноша тем временем отважно вышел из пентаграммы и, взяв со стола несколько плошек, наполненных каким-то веществом, расставил их вокруг пентаграммы, поджигая содержимое. Демон мрачно следил за ним, а потом ядовито улыбнулся:
— Не боишься, что я понравлюсь твоему патрону больше, чем ты, мальчик?
— Валяй, — холодно проговорил Игнат и вернулся к генералу.
Демон перевёл мрачный взгляд на Юханса.
— Что тебе нужно, червь?
— Ты должен заключить со мной пакт и исполнять мои приказания, — ответил Юханс.
Демон устало покачал головой.
 
— Как вы все мне надоели. Вечно предлагаете залежалый товар, а требуете взамен все сокровища мира. Твоя душа не имеет ценности, ничтожество. Она уже настолько переполнена ядом, что скоро сожрёт себя сама, и ты благополучно отправишься в ад без моей помощи. К тому же, у тебя уже есть источник силы. Довольствуйся им.
— Я не предлагаю тебе свою душу, — надменно возразил Юханс.
— Да? А что ты мне предлагаешь?
— Подчиниться.
— Чего ради, я, граф Преисподней, буду подчиняться смертному убожеству, которому и жить-то осталось лишь несколько дней.
— Не пытайся меня запугать, дух Зла! — воскликнул генерал.
Он заметил, что чёрные язвы ожогов исчезли с тела демона, и теперь с удовольствием взял с алтаря кубок и плеснул из него воды. Брызги попали на грудь и плечи демона и зашипели, образовывая новые чёрные язвы, а демон мучительно взвыл и рухнул на колени, пригнув голову до пола. Его вопль перешёл в хрип, а потом в какие-то другие звуки, в которых Юханс с некоторым смятением узнал низкий издевательский смех.
Демон резко выпрямился, и на его теле не было и следа ожогов, а на лице появилась язвительная улыбка.
— Если б ты внимательно читал свои лживые книги, написанные такими же невежественными мерзавцами, как ты, ты бы нашёл в них редкие зёрна истины, а именно то, что я устойчив к наложению креста и окроплению святой водой. Впрочем, это не святая вода…
Он щёлкнул пальцами, и вода в кубке вспыхнула зелёным пламенем, от которого шёл удушающий запах серы.
— Ты сродни тем инквизиторам, — продолжал демон, — услугами которых я пользовался когда-то, чтоб отправлять невинные души прямиком в пекло. Мне не надо было заключать с ними договоры. Они сами помогали мне, руководствуясь своей жадностью, порочностью и властолюбием. Проводя часы в молитвах и покаянии, они, не сомневаясь, терзали и сжигали живьём себе подобных, лишь для того, чтоб завладеть их имуществом, упрочить свою власть и просто получить удовольствие от вида чужих мучений. Некоторые из них под покровом ночи занимались тем же, в чём сами обвиняли свои несчастные жертвы. Ты такой же колдун, как они. Неужели ты, и правда, думаешь, что, творя свои дела, ты всё ещё сохранил милость Господа и можешь святить воду? Ты уже проклят и мёртв. Ты ничего не можешь сделать мне, и мне не интересен.
— Я могу удерживать тебя в плену, — возразил Юханс мстительно, оскорблённый тем, что получил подобную отповедь при свидетеле.
— Не долго, — заметил демон и сел на пол, притянув колени к груди и обняв их руками. На его лице появилась соблазнительная улыбка. Несколько прядей волос упали на глаза, мерцавшие игривой похотью. — Я не инкуб, но имею некоторую слабость к услаждению плоти, — хрипловатым от сладострастия голосом заметил он. — Обычно я предпочитаю женщин, но поскольку их нет в этом Богом проклятом вертепе, я соглашусь и на…
Генерал слегка смутился, глядя на красивого молодого мужчину, который так откровенно поглядывал на него из-под густых ресниц.
— Ты не уступишь мне своего миньона, пока мне придётся сидеть в этой дыре? — закончил демон.
Юханс побелел от ярости, а демон расхохотался, довольный своей проделкой, и растянулся на полу в изящной и безмятежной позе.
— Ладно, ладно, старая рухлядь, — примирительно произнёс он с усмешкой. — Оставь своего испорченного щенка себе. Я шучу. Если мне будет скучно, я придумаю, как развлечься. А пока я, пожалуй, дам тебе шанс. Я, так и быть, заключу с тобой пакт, и исполню несколько твоих желаний, но только с одним условием: ты расскажешь мне об источнике своей силы.
 
— Разве демоны не всеведущи? — прошипел Юханс.
— Христианская догма гласит, что всеведущ Господь, — поучительным тоном пояснил Кратегус. — А демоны знают лишь то, что им доступно. Я не знаю, откуда у тебя сила, хотя знаю, что она у тебя есть. И я хочу знать её источник.
— Почему она не может быть моей? — нахохлился генерал.