Танкист-2 (СИ)

Иное дело, что юнкеру положено путешествовать первым классом. Даже не плацкартом. За подобные выходки можно и огрести по самое не балуй. Но он ведь может переодеться в гражданское платье. Благо в уголку платяного шкафа Ромки Аршинова нашлось местечко и для его вещей.
— А раз есть тогда мне билет в общий вагон до станции Троицкой, — вновь протягивая ей военный билет с проездными документами, произнес он.
— Я не могу выдать билет в общий вагон, по проездному в купейный, — отодвинула она документы обратно.
— Билет в общий вагон до станции Троицкая, — выложив в окошко красненькую, повторил Виктор.
Сзади уже шушукались и слышались недовольные голоса. Уж больно долго возился юнкер, но Нестеров и не подумал тушеваться по этому поводу. Он должен уехать тридцатого, и он уедет.
Была мысль отправиться на аэродром. Самолетом он вообще доберется за каких-то три с половиной часа. Только сомнительно, что у него из этого что-то получится. На его борту ведь всего-то четырнадцать пассажирских мест, и несмотря на дороговизну билетов, желающих совершить воздушное путешествие гораздо больше пропускной способности авиакомпании.
Выйдя из здания железнодорожного вокзала, Виктор глянул на часы. Десять часов вечера. Не сказать, что так уж и поздно. Но в то же время, идти к Аршиновым уже неудобно. В это время они с Ромкой обычно уже давно убегали из дома, и признаться, Нестеров просто не в курсе, не ложатся ли его родители в это время уже спать. Идти в клуб в форме? Более глупого решения представить себе трудно. Значит…
Он подошел к телефонной будке и набрал номер Аглаи. Вообще-то, тоже не то чтобы урочный час.
— Ало, — после первого же гудка послышался ее голос.
— Здравствуй. Это я.
— Здравствуй Витя. Очень хорошо, что ты позвонил. Поднимайся, я тебя жду.
— Кхм. Вообще-то я на вокзале.
— Покупал билеты?
— Потому и задержался.
— Купил?
— На тридцатое.
— Бери такси и приезжай, я…
— Аглая, я не альфонс.
— Я помню, — сказано это было так, что он явственно увидел ее теплую, домашнюю улыбку. — Тогда добирайся как сможешь. Я жду.
И чтобы он после этого раздумывал, стоит ли отдавать таксисту целых три рубля? Да ни за что! Как уже говорилось, стеснений в средствах он не испытывал. Не то, чтобы был готов шиковать направо и налево, но сейчас оно того стоило.
Вот интересно, Михалыч когда-нибудь бывает не на посту? В какое бы время Виктор не появился во дворе дома Аглаи, тот непременно что-то метет, скребет, или катит. И взгляд такой цепкий, как у полицейского шпика. Впрочем, вид у него настолько же добродушный, а взгляд понимающий. Вот и сейчас улыбнулся в бороду, огладил усы, мол, где мои семнадцать, и привалился плечом к стене, освещенный тусклым светом фонаря.
Дверь открыла сама хозяйка, которая с порога впилась в припозднившегося гостя долгим жарким поцелуем. Ну и как волчица добычу, уволокла его в спальню, он даже ботинки не успел скинуть. Н-да. Ну хорошо хоть все пуговицы не повыдирали с мясом…
— Ты меня обманул, — погладив его по плечу, произнесла она.
— В чем?
— Сказал, что на тебе не царапины. Но я не помню этот шрам.
Странное дело. Осколок прошелся так, словно не очень глубоко полоснули ножом. Но шрам получился отчего-то довольно широким. Хотя и обошлось без нарывов.
— То есть, о всех ссадинах тоже надо было рассказать? Я еще и коленку рассадил.
— Там шрама нет, — убежденно произнесла Аглая.
— Просто поцарапался о железяку. Это же танк. Там повсюду металл.
— Врешь. В газете писали, что ваш танк подбили.
— Попали в машину, нас развернуло, мы бросили дымовые гранаты, и под прикрытием завесы убежали.
— Трусов у нас не награждают.
— Нет, но до этого-то мы очень даже погеройствовали, — притягивая ее к себе, и целуя в податливые губы, возразил он.
Она ответила на его поцелуй, и на этот раз полностью отдала инициативу в его руки, наслаждаясь сильными объятиями, и прикосновением крепких заскорузлых ладоней. Железо, оно такое, свою дань непременно возьмет. И это возбуждало ее особенно…
 
Утром Аглая предложила ему прокатиться вместе на дикий пляж, благо народу там бывает немного. Слишком далеко, и добраться можно только на автомобиле. На лошадях слишком долго. Ну и негласная традиция, приезжающие туда не приближаются друг к другу. Вдруг случится такое, что повстречаются знакомые. К чему ставить их в неловкое положение. Ну и самим светиться не больно-то хочется.
Однако Виктор предпочел отказаться, от этой поездки. Он вообще старался не показываться с ней на людях. И причина вовсе не в ее возрасте. Просто, он обычный юнкер, из простой семьи. Она, состоятельная светская львица. Что могут подумать при виде такой парочки? Только одно. Он является ее альфонсом. Вот уж какой радости и даром не нужно.
Покинув квартиру Аглаи Нестеров направился прямиком домой к Аршиновым. Он уже на втором курсе, а потому командование уже особо не задается вопросом, где юнкер провел ночь в увольнении. Раз не притянул за собой хвост, значит все в порядке. Но не навестить Анну Федоровну, Виктор не мог. Уж больно хорошо она к нему относилась. Говорит, что он хорошо влияет на Романа. Сомнительное утверждение. Но если он не придет засвидетельствовать свое почтение, непременно обидится.
— Витя, вы купили билеты? — поинтересовалась Анна Федоровна, усадив его за стол, пить чай.
Вообще-то, Аглая его накормила. Не могла себе позволить отпустить его на голодный желудок. Еще и ночью подкармливала, спохватившись, что уволокла его в постель прямо с порога. Но отказать маме Романа он не мог. Лучше уж лопнет. Впрочем, до этого еще очень далеко. Желудок юнкера, что топка паровоза, сколько не забрось, все переработает не поморщившись.
— Да, Анна Федоровна, купил. Благодарю, — принимая от нее чашку чая, ответил он.
— И когда уезжаете?
— Тридцатого.
— Вы счастливчик. Сейчас сезон отпусков и… Витя, а позвольте взглянуть на ваш билет, — запнувшись, и посмотрев ему в глаза, попросила она.
— Зачем? — как можно беззаботней пожал он плечами.
— Хочу убедиться, что вы меня не обманываете, и не будете ночевать несколько дней, не пойми где. Я лично пока не знакома с вашими родителями, но все же ощущаю перед ними ответственность за вас.
— Пожалуйста, — он извлек из нагрудного кармана билет и показал ей.
— Общий вагон!? Глеб, как тебе это? — обратилась она к мужу. И тут же опять к Виктору. — Это недопустимо!
— Анна Федоровна, уверяю вас, со мной ничего страшного не случится. Да нас так гоняют в училище, что сутки в общем вагоне это сущая мелочь.
— Нет. Так дело не пойдет, — покачал головой полковник Аршинов. — Вы будущий офицер, молодой человек, и должны соответствовать. Я понимаю, когда речь идет о службе. Доводилось мне и в скотном вагоне пропашем навозом кататься. Не к столу будь сказано. Но это другое, — закончил Глеб Данилович.
— Сделаем так, Витя, сейчас мы закончим завтрак, а к полудню вы должны быть на вокзале. Только непременно в форме. И уже оттуда позвоните мне. А пока вы будете добираться, я все решу.
— Решила воспользоваться правительственной бронью? — вздернул бровь Глеб Данилович.
— Ну, для чего-то же я служу в столичной управе. Имею право, — пожала она плечами.
Виктор посмотрел на Романа, словно спрашивая, не составит ли он ему компанию.
— Не. На меня не смотри. Я спать, — отодвигая от себя чашку с наполовину недопитым чаем, открестился тот.
Ну что тут сказать. Судя по его помятому виду, увольнение в очередной раз удалось. Причем не только в плане веселья, но и мордобоя. Интересно, кто ему составил компанию на этот раз? Или вышел один на один? Виктор вдруг ощутил как у него начали зудеть кулаки. Странно. Прежде он никогда не был драчуном. А тут вдруг такие склонности.
После завтрака, Нестеров поспешил на вокзал. Время-то уже к полудню. А от дома Аршиновых добираться не так уж и близко. А потому пришлось потолкаться в автобусе. Солнечный воскресный день, народу дома не сидится. И это еще не вечер. Как только станет попрохладней, Светланскую запрудят толпы горожан. Да и не только ее. А уж в летнем саду, так и вовсе будет не протолкнуться.