Танкист-2 (СИ)

Трое спецназовцев и впрямь были вооружены странным оружием. Первое что бросается в глаза, это слишком толстый ствол, почти как у гранатомета, куцее цевье и отсутствие верхней планки. В остальном оружие походит на «горку».
— БК. Бесшумный карабин, — начал пояснять Бобр. — Интегрированный глушитель, патроны с тяжелой дозвуковой пулей. Эффективная дальность выстрела двести метров. Можно использовать и обычные винтовочные боеприпасы, с уверенной работой на четыреста метров. При этом звук выстрела получается конечно громкий, но в то же время, рассеивается, и определить местонахождение стрелка по нему достаточно сложно. Ну и наконец сам глушитель служит еще и дульным тормозом компенсатором. Отдача не сильнее чем у автомата.
— Интересное оружие, — не отрывая взгляда от карабина, произнес Виктор.
— Любитель? — догадался Бобр.
— Есть такое дело.
— Извини, но секретная разработка. Более подробную информацию выдать не могу. Как и дать подержать, — развел он руками.
— Поня-атно, — разочарованно протянул Нестеров.
— Стоять! Отойди ирод, стрельну! — вдруг донеслось от блиндажа с ранеными.
— Э-э, пехота, — примирительно выставив руки в одной из которых был нож, немного попятился спецназовец.
— Назад, — вскинул автомат второй пехотинец.
— Ствол опусти, дура, — выкрикнул другой диверсант так же вскидывая автомат.
— Отставить! — выкрикнул Поручик.
— Ша, парни, — поддержал его Бобр.
— Вы что себе позволяете!? Они пленные, и раненые! — возмутился Верхолетов, вперив в Бобра яростный взгляд.
— Спокойно поручик. Спокойно. Мы не берем пленных на территории противника, если только не нужен язык.
— Вы, вольны поступать, как вам заблагорассудится. А я убивать пленных не позволю, — отрезал поручик.
— Ты понимаешь, что в войсках НКВД служат только со средним образованием и каждый потерявший жизнь на службе, как и у нас, увольняется со службы? Что подготовить грамотных и знающих пограничников, не так уж и просто, это элита красных. Что вот эти раненые поднимутся уже сегодня, и станут костяком для возрождающейся заставы.
— Ты оглох, Бобр? Я не позволю добивать раненых, — сбрасывая с плеча ремень автомата, припечатал поручик.
Виктор так же извлек пистолет. В ответ спецназовец повернул в его сторону лицо, скрытое противокомариной сеткой и разрисованное краской.
— Т-ты-то куда лезешь.
— Сборная училища по многоборью, третья ступень Уменья, и десяток трупов. Положу четко в голову. Даже не сомневайся.
— О каков, — без малейшего намека на сомнение, или неуверенность, хмыкнул Бобр. — Со своими не деремся. Ч-черт с вами. Селезень, уходим.
— Есть, — отозвался спецназовец, убирая нож в ножны.
— А вы тут закругляйтесь. Скоро тут будет резервная застава комендатуры. А это полнокровная рота, при минометах и броневиках, — сплюнув произнес Бобр.
В этот момент из дома появилась парочка спецназовцев, тряхнув полевой сумкой. Похоже выпотрошили сейф начальника заставы со всей документацией. Сомнительно, чтобы там были великие секреты. Но зерна порой получается обнаружить и среди целого вороха шелухи.
Вскоре все строения были охвачены огнем, включая конюшню и вольеры с собаками. Четвероногих пограничников, в отличии от раненых бойцов, спецназовцы расстрелять успели. Впрочем, сомнительно, чтобы поручик стал мешать и этому. Виктор, полностью поддерживающий Верхолетова в отношении пленных, тут занял бы сторону Бобра. Подготовка хорошего пса процесс долгий и хлопотный. Чего стоит хорошо натасканная собака, Нестеров знал прекрасно. А вот лошадей трогать не стали. Это всего лишь средство передвижения, и такой уж особой ценности не представляет. Пускать же их под нож вот так, запросто, как-то неправильно.
— Твою дивизию! Захар, какого у тебя происходит!? — вызверился Кадилов.
— Да я-то чего, Егор Пантелеевич, — шмыгнув носом, растерянно ответил парень.
Танк встал ни с того, ни с сего. Вот только что грохотал и лязгал гусеницами, рычал двигателем, и вдруг замер. У Виктора засосало под ложечкой. Ох как невовремя-то. Он поспешил к машине, и легко взобравшись наверх, попросил одного из бойцов помочь поднять крышку моторного отделения.
 
— Захар, пробуй завести! — выкрикнул он.
— Ага, — отозвался тот.
И тут же заунывно завыл стартер. Раз. Другой. Третий. Нет даже намека на схватывание.
— Что тут у вас, Кадилов? — поинтересовался подошедший поручик.
— Пока не знаю.
— Ясно. Семечкин.
— Я, товарищ поручик, — отозвался пехотный унтер.
— Вы случаем вьючные седла не вынесли?
— Так приказано же было всю материально-техническую базу под ноль.
— Тэкс. Значит лошадок использовать не получится. Распредели боеприпасы между личным составом. Приготовиться к пешему маршу в сторону нашей границы.
— Есть, — ответил пехотный унтер.
— Я танк не брошу, — упрямо буркнул Кадилов.
— Даю вам пятнадцать минут. Запустите двигатель, значит уходим на броне. Нет, машину уничтожить. Все. Это приказ, унтер.
— Есть. Нестеров, — с надеждой окликнул юнкера командир.
— Я бы на всякий случай поснимал пулеметы и подготовил машину к взрыву, — ответил тот.
— Все бы вам рвать. Чему только учат в ваших училищах, — в сердцах выдал Кадилов.
В ответ Виктор только развел руками, и вновь склонился над двигателем, пытаясь выяснить причину неисправности. Хотя прекрасно понимал, что за отведенное время им никак не успеть. Причина скорее всего была в топливном насосе. А с этим на коленке не разобраться.
Как ни не хотелось Кадилову бросать машину, но он все же приказал снять все четыре пулемета, и прихватить с собой побольше коробок с лентами. Частично отдал их пехотинцам. Боеприпасы лишними не будут в любом случае. Ну и приготовил заряд, чтобы машина не досталась противнику. Была предусмотрена подобная мера.
— Доигрались, твою дивизию! — в сердцах выдал поручик, и бросил окурок папиросы. — Взво-од, приготовиться к выступлению! Пошевеливайся братцы! Семечкин, пулеметчика со вторым номером и снайпера ко мне.
— Есть, — отозвался пехотный унтер.
— Что случилось, Платон Федорович? — высунувшись из моторного отделения, поинтересовался Виктор.
— Красные на подходе. Судя по всему резервная застава, о которой говорил Бобр. Только что вернулись дозорные. Два броневика и шесть грузовиков. Скоро появятся вон там, у поворота.
Виктор глянул в указанном направлении. Метров пятьсот, не больше. Дорога вьется между сопками, и здесь имеет прямой и хорошо просматриваемый участок. К тому же, вдоль нее успели повывести деревья.
— Да как они могли так быстро успеть-то? — удивился Нестеров.
— Хороший вопрос. Только риторический.
— Товарищ поручик… — начал было докладывать снайпер, как видно назначенный старшим в этой тройке.
— Вольно, братцы, — оборвал доклад взводный. — Значит так, движетесь в арьергарде. Первая ваша позиция у кромки деревьев. Отпускаете нас на пару сотен метров, и если пограничники не появятся, двигаете следом. Если они поспеют раньше, прикрываете наш отход. Надолго не задерживайтесь. Ваша задача, заставить их залечь и втянуться в перестрелку. После чего уходите. Вопросы?
— Никак нет.
— Действуйте.
— Платон Федорович, не нужно заслон. Я отсюда встречу их шрапнелью. Пару снарядов. Потом вколочу в броневик фугас. Броня там плевая, проломится и не заметит.
— Это кто тебе остаться позволит? — вызверился Кадилов.
— Да ладно тебе, Егор Пантелеевич. Что мне станется. Пальну три раза, да уйду. Только карту мне оставь, чтобы не плутал.
— Я с тобой, заряжающим, — тут же подал голос Полухин.
— Не. Не пойдет. Я охотник. В тайге, как у себя дома. Кто другой только мешать будет. К тому же у меня «Аптечка» есть. Но заряд только один. Короче, уходите, — протянув руку к своему командиру, в требовательном жесте, произнес он.
Тот секунду обдумывал ситуацию, потом кивнул своим мыслям, и сдернув с себя планшет, вручил его Виктору. Секретных данных там нет. Простая топографическая карта, каковые у советов однозначно имеются. Конечно наличествуют некоторые отметки. Но в оперативно-тактическом плане они уже успели устареть.