Жека 3 (СИ)
— Хорошо! Значит, по адресу попал! — ответил уверенный мужской голос. — Это коммерческий директор шахты Атамановской Белогорьев Вячеслав Федорович. Мы по объявлению в телепрограмме о продаже компьютеров. Расскажите поподробнее о корпоративных скидках. Какие плюсы и минусы. Цены на модели, способы оплаты, обслуживание.
И тут Жека вдруг понял, что да… В реальных-то продажах он ноль. Особенно на такие крупные суммы. Как тут не пролететь-то? Это не пирожки в Еловке продавать, и не рожи амбалам править. И даже не на бирже лоты выставлять. Стоп! Но у него же есть менеджер и директор!
— Подождите минутку, сейчас с вами поговорит наш директор! — сказал Жека, и протянул трубку Сахарихе. — Ваш выход, Светлана! О скидках что-то.
Сахариха с довольным видом взяла трубку, уселась прямо на стол, и своим тонким мурлыкающим голоском стала что-то втирать мужику в телефоне.
— Да, да, мы сегодня до вечера работаем. Приезжайте в любое время, — закончила разговор, и повесила трубку, мило улыбнувшись Жеке. — Принимайте клиента. Три компьютера готовьте. Макс, займись!
— Это два компьютера из трёх со скидками? — спросил Жека, предчувствуя недоброе.
— Ещё установка программ и всего прочего бесплатно, — подала плечами Сахариха.
— Но она ведь и так бесплатно, — недоуменно возразил Жека.
— Но он этого не знал, сам спросил, — улыбнулась Сахариха. — Вот. Договорились.
— Мы не договаривались, что бесплатно! — подала голос Пуща. — Бесплатно лишь базовые программы для работы. Всё остальное за деньги! У тебя дополнительных программ просто нет! Или игр например, картинок.
— Да какие игры и картинки на рабочем компьютере? — рассмеялся Жека. — Кому это надо?
— Они за такие деньги захотят полный пакет услуг, — заверила Сахариха. — Короче так. Я ему честно сказала, что после третьего компьютера скидка лишь на бесплатную установку программ. Он сказал, что их это устроит.
— Ясно, — согласился Жека. — Заплатят сегодня?
— Сказал, да, — пожала плечами Сахариха. — Они сейчас приедут, и привезут платёжку из банка. Сказали, закинут на наш счёт 254 тысячи рублей.
— Чего? — не поверил Жека. — Чё так много? По моим расчётам, 150 с копейками должно быть.
— Доллар уже больше 30 рублей на бирже, — рассмеялась Сахариха. — А то ты не знал. Приедут, проверим уже конкретно, сколько они нам должны. Если мало, то отправим доплачивать. Но я вот посчитала, примерно то на то и выходит. Если доллар по 35 рублей, то должны 263 тысячи. Вчера доллар был 32 с копейками.
— Да блин! — чуть не сматерился Жека. — Не знал! Они нам рублями заплатят???
— Ну да, — удивлённо ответила Сахариха. — Рублями по курсу доллара. А ты думал, клиент как меняла с базара с мешком баксов к тебе приедет? Это крупное государственное предприятие. По закону, с другой российской компанией они могут рассчитываться только рублями. А ты — принять их как средство оплаты.
Давно уже Жека не смотрел биржевые сводки, с неделю. Инфляция раскручивалась бешеными темпами, всё быстрее и быстрее. Только что доллар был 20 рублей. И денег за компьютеры перевели от шахты не много. Просто рубль обесценился вполовину. Жекин план на то, что заказчики будут платить сразу валютой, переводя её на счёт во Внешторгбанке, не оправдался — платили рублями, на местный рублёвый счёт товарищества, по текущему биржевому курсу. Но так как курс рубля стабильно шёл вниз, торговля даже за условные единицы стала делом рисковым, если выручка лежала у тебя на руках, или даже в российском банке, что суть тоже самое. Она превращалась в бумагу. Её сразу же надо было на что-то менять. Опять бежать на биржу, покупать золото и продавать его за границу? Но сейчас будет покупка золота за рубли, которые нахер не нужны никому, и очевидно, что цена золотых лотов за стремительно обесценивающийся рубль, будет максимальной. А если не будет продажных или покупочных лотов? Два-три дня, неделя, и просрутся десятки тысяч. А если правительство придумает ещё какую каверзу, можно и с одними трусами остаться. Большие деньги — большие проблемы.
Надо было срочно, пока продаются компьютеры, придумать схему вывода полученных денег за границу. Мгновенную конвертацию в валюту, пусть даже с потерями в 5–10 процентов от капитала. Иначе они здесь превратились бы в фантики, причём достаточно быстро.
Пока думал, за день заключили ещё одну сделку на три компьютера. А на следующий день продали оставшиеся. Люди звонили и просили ещё, а Жека чуть не стучал себя по лбу. Думал, дорогие, спрос вялый будет. В результате остались с пустым складом. Вечером у Славяна пили коньяк все вместе, с Сахарихой и Пущей, и решали как быть.
— Выход один! — уверял Жека. — Затариться по полной на оставшуюся валюту, и везти новую партию. Дней за 5 привезут. Но это мало! До безумия мало. Привезут опять 15–20 штук. Чё это?
— А рубли? — спросил Славян. — Там почти лимон. С ними сколько возиться будешь… Продашь новую партию, а с выручкой чё? Пусть в сбербанке лежит, обесценивается? Так можно всю валюту спустить, которая есть-пить не просит, лежит себе полёживает в банке. Нет. Валюту тратить не вариант.
— Не будем возиться с рублями! — уверенно сказал Жека. — Только щас допёр. На рубли надо купить здесь то, что можно легко продать за границу. Например, металл на комбинате. Там пока ещё вроде торгуют прокат по старым ценам. 500 рублей тонна. Да и то у них никто не берёт. Почти стоят. Забастовка назревает.
— А чё так? — спросил Славян. — Всё нормально же вроде было.
— Мне когда ещё Сахар говорил что кирдык комбинату. Сильно много поставщиков, на которых завязано производство. Руда, уголь, газ, электроэнергия, железная дорога с повышенными тарифами на перевозку. Все цены ломят, но прежде чем их ломить, надо же металлопрокат продать. А на него цена низкая стоит за границей.
— Так цена низкая, а нахера тогда мы будем покупать, и продавать его? — удивился Славян. — За просто так что ли? Какой в этом смысл?
— Не запросто так, — возразил Жека. — Мы выставим на продажу по среднебиржевой цене. Но даже по ней наше бабло с компьютеров отобьётся. Но я чую, что прирост будет на железяку. Надо покупать.
— И с чего ж он будет-то?
— А ты по телику не смотрел перед новым годом новости по «Времени»? Ещё в 1991 году столицей зимней Олимпиады 1998 года выбрали город Нагано в Японии. Там сейчас строить и строить будут предстоящие 6 лет. А где они металл будут брать? В Японии нет ни своей руды, ни металла, ни полезных ископаемых толком. Они почти всё импортируют.
— Не знаю, — подал плечами Славян. — Хер их знает, где они будут брать. Тут что-ли? В Сибири? В жопе мира?
— А где ещё? Братан, ты в макроэкономике что-ли не шаришь? Китай — нищая страна, в ней нет заводов. Остальные то же самое. Все эти Индии, Таиланды. Не из Америки и Австралии же японцы железо повезут. Это дальше в 20 раз, чем от Владика.
— Не шарю в макроэкономике, — заржал Славян. — Говори уже, не тяни кота за яйца. Чё удумал опять?
— Поедем завтра к Семёнычу, на комбинат. Берём у них металлопрокат для изготовления крупных конструкций, сталь листовую двадцатку, или тридцатку, балки, швеллер, угол с толстой стенкой. Что есть, то и берём. Выставляем на бирже по средней мировой цене, если не пойдёт, понижаем цену, пока не купят. Делаем упор на Токийскую биржу. Продаём прокат за доллары, доллары кидаем на счёт во Внешторгбанк, и опять покупаем компьютеры в Германии.
— Как-то слишком всё просто выходит, братан, — недоверчиво покачал головой Славян. — Чё ж тогда комбинат напрямую не торгует на бирже за валюту? Нахер ему такая прокладка, как наша?
— Он и рад бы торговать, но для них эта цена сильно убыточна. Они, продав по ней, не рассчитаются с поставщиками. А там ещё, кроме этого, расходов ого-го. На комбинате дохера чего висит. От зарплаты рабочим до квартальных выплат пенсионерам, декретные матерям, профильные учебные заведения, хоккейная, футбольная команда, дворцы спорта, подшефные детсады и школы, жилфонд, и ещё дохера подсосов, которые тянут бабки только в путь. Комбинату сейчас выгоднее работать на малом пару, искать заказчиков здесь, в стране, и частично складывать продукцию на склад, в ожидании лучших времён. Брать кредиты у правительства, в госбанке, на то и жить пока, и зарплаты платить. А нам похер низкие цены на металл. С нашей компьютерной маржей даже такая цена будет в плюс.