Вся ложь (ЛП)

Если я ничего с этим не сделаю, то сегодня ночью не смогу уснуть.
За дверью раздается шорох, и я вздрагиваю.
— К-кто там?
Дверь в душ распахивается, и я вскрикиваю.
Ашер стоит у входа с мрачным выражением лица.
  
Глава 25
 
Рейна
Мой мир выходит из равновесия, когда я смотрю в глаза Ашера. На эти темные, темные глаза.
Они даже не смотрят на меня — они смотрят прямо сквозь меня.
Сквозь мое тело.
Сквозь мое сердце.
Сквозь мою душу.
Разумнее было бы спрятаться от его голодного взгляда или выгнать его вон.
Я не делаю этого.
Я продолжаю смотреть на него, пока его проницательный взгляд прокладывает дорожку от моего лица к груди и вниз к моим сжатым бедрам.
Как будто его руки блуждают по моей коже, касаются меня, грубо обращаются со мной, притягивают ближе, прижимая к себе.
Моя нижняя губа дрожит от одной только мысли. Я так рада, что вода обрушивается на меня, иначе моя реакция на собственное воображение была бы такой очевидной.
— Ты не должен быть здесь, — выдыхаю я сквозь ощутимую напряженность в воздухе.
Его глаза, наконец, возвращаются к моему лицу, уголок его рта приподнимается в ухмылке.
— Да?
Он... флиртует прямо сейчас?
Он заходит в душ. Он одет в черную футболку и джинсы.
Я отступаю назад. Душевая кабина слишком мала, чтобы вместить нас обоих.
Он протягивает руку, и я сглатываю, мое сердце чуть не выпрыгивает из груди. Поворачивая ручку позади меня, он выключает воду. Я голая и мокрая, в то время как он полностью одет.
Это несправедливо.
— Что ты делаешь, Эш? — мой голос чуть громче шепота.
Часть меня думает, что он обольет меня водой, как в прошлый раз, но другая часть? Эта часть хочет, чтобы он прижал меня к стене.
Он прикладывает палец к моим губам.
— Шшш.
Простое прикосновение заставляет мою кожу остро ощущать его, все в нем — его присутствие, этот тонкий аромат сандалового дерева, то, как его волосы падают на лоб.
Все в нем действует мне на нервы. Меня так беспомощно тянет к нему, что становится глупо.
Его большой палец скользит по моей нижней губе, и я охотно раздвигаю их. Он прокладывает дорожку к моей щеке, оставляя после себя покалывание.
Словно он очарован тем, как прикасается ко мне, будто не может поверить, что он действительно это делает.
Дело в том, что когда он думает, что я не обращаю внимания, Ашер тоже наблюдает за мной. Поздно ночью он стоит прямо под моим окном, словно может видеть сквозь занавески.
Он тренируется рядом с бассейном, где я всегда занимаюсь.
Даже если у него нет занятий, он не покинет кампус, пока я этого не сделаю.
— Ты сводишь меня с ума, королева выпускного, — рычит он, резко хватая меня за затылок.
Я обнимаю его за шею.
— Ты тоже сводишь меня с ума.
Что-то вспыхивает в его глазах, что-то дикое и неконтролируемое, а затем его губы прижимаются к моим.
Ашер не целуется; он заявляет о своих правах. Все это страстно и горячо, будто он не может насытиться мной, будто целовать меня единственная цель его существования.
Моя спина ударяется о стену, и я стону ему в рот. Я взбираюсь по его телу, обхватывая ногами его талию.
Несмотря на то, что он одет, я чувствую исходящий от него жар. Это так похоже на обжигающий огонь, проходящий сквозь меня.
Страсть.
Безумие.
Забавно, что раньше я думала, что Ашер ледяной. Но определенно не сейчас.
Он такой теплый, это несправедливо.
— Черт.
Он отрывает свои губы от моих, словно не хочет этого делать, будто ему больно целовать меня.
Однако он не отодвигается. Его рот близко к моему, его грудь поднимается и опускается с резкими, неровными вдохами.
— Что, черт возьми, ты со мной делаешь, Рейна?
Я задыхаюсь, мои изголодавшиеся легкие молят о дыхании.
— Я не знаю.
— Не знаешь?
В его тоне нет презрения; это больше похоже на смирение, чем на что-либо другое.
— Я действительно не знаю.
— Но я знаю. — он наклоняет рот, касаясь моих губ. — Тем не менее, я не могу перестать, черт возьми, прикасаться к тебе... не могу перестать смотреть на тебя... не могу перестать зацикливаться на тебе. Когда один из мудаков по команде поднимает тебя в воздух, я хочу сломать им руки.
 
Мое сердце замирает. Не знала, что он так пристально наблюдает за мной.
Прежде чем я успеваю что-либо сказать, его губы снова впиваются в мои. Тихие звуки и стоны вырываются у меня.
Я не хочу их останавливать.
Или остановить его.
Он прижимается ко мне своим тазом, и его твердость впивается в чувствительную плоть моего бедра.
— Видишь, что ты, блядь, делаешь со мной? — ворчит он, прежде чем прикусить мою нижнюю губу.
— Эш...
— Ашер. — укус.
— О, Боже.
Я трусь о его эрекцию, нуждаясь в трении. В чем угодно.
На этот раз я целую его, мои пальцы тянут его за волосы, пока он удерживает меня на месте за затылок.
— И ты целуешь меня. — он закрывает глаза, будто опьянен этим чувством. — К черту, как ты меня целуешь.
Я принимаю это как комплимент и прижимаюсь языком к небу его рта.
Его хватка крепче сжимает мой затылок, но он не останавливает меня.
Он водит своим членом вверх и вниз по моей сердцевине, насухо трахая меня.
Мои глаза закрываются от этого ощущения. Как будто мир существует только в пространстве между нами.
Я чувствую его на себе, даже несмотря на то, что он одет. Я чувствую, как его бедра толкаются в меня, заставляя целовать меня сильнее и быстрее, будто это какая-то гонка.
У меня кружится голова, но я отвечаю ему поцелуем на поцелуй, поглаживанием на поглаживание.
Я хочу его.
Боже, как я хочу его.
И дело не только в его теле.
Мне нужно его сердце.
Я хочу его прощения.
Я хочу его всего.
Волна нарастает в нижней части живота. Это похоже на водопад, в который я вот-вот упаду.
Он протягивает свободную руку и вертит твердый сосок между большим и указательным пальцами.
— Эш... О... Боже..
Я кончаю, громко выкрикивая его имя. Он захватывает мой рот своим, затыкая меня.
Он целует меня, долго и сильно, словно не может насытиться.
Он разбивает меня вдребезги, а потом собирает воедино.
Я не хочу прекращать целовать его, но я нуждаюсь в большем. В гораздо большем.
Я тянусь к его поясу дрожащими руками.
— Чего ты хочешь, королева выпускного? — спрашивает он с ноткой веселья.
— Тебя, Эш.
— Рейна, — он рычит мое имя, и клянусь, что его член еще больше увеличивается.
Он собирается помочь мне расстегнуть его ремень, когда из раздевалки доносится шуршащий звук.
Мы оба замираем.
— Кто там? — шепчу я.
Ашер кладет руку мне на рот.
— Тсс, если нас кто-нибудь найдет, нас отстранят.
Верно. Он не должен находиться в раздевалке для девочек или трахаться с кем-то в душе.
Он помогает мне встать на ноги. Когда больше не раздается ни звука, он открывает дверь.
— Куда ты идешь?
Я не могу избавиться от разочарования в своем голосе.
Его глаза скользят по моему телу, медленно и целеустремленно.
— Я подожду тебя в машине.
В машине?
Он действительно бросает меня вот так?
— Мы закончим дома. — он подмигивает и выходит.
Ох.
Я прикусываю нижнюю губу от этого обещания. Может, на этот раз я уговорю его простить меня. Может, не только наши тела сольются вместе, но и наши сердца.
Может, только может, после стольких лет разлуки мы сможем найти компромисс.
Потому что я хочу быть частью жизни Ашера.
Я заканчиваю принимать душ в рекордно короткие сроки, хотя моя кожа чувствительна и разгорячена из-за оргазма, который он вырвал у меня.
 
Мне не требуется много времени, чтобы натянуть джинсы, топ и обувь.