Неукротимый: возрождение (ЛП)

Ничто не могло разлучить нас. Даже смерть. Смерть могла бы попытаться, но я побеждал ее раньше и сделаю это снова, если понадобится.
Все, что угодно, лишь бы остаться со своей женщиной.
Но кое-что беспокоило меня, и когда я попытался встать, моя женщина помогла мне без осуждения. И когда я снова был на ногах, я зашаркал к входной двери. Лекси немедленно положила на нее свою руку, останавливая меня от выхода.
— Как ты думаешь, куда ты направляешься? — строго добавила она: — Мы идем спать.
— Послушай, — ответил я ей, медленно моргая, — мне нужно перекинуться парой слов с донором спермы.
— Только не сегодня вечером, не в таком состоянии. — Ее брови нахмурились, а губы приоткрылись, прежде чем она положила руку на бедро, выглядя властной и чертовски сексуальной. — Ты пьян.
Мне нужно было, чтобы она поняла.
— Мне нужно сказать то, что я должен сказать сейчас, потому что завтра… — я чувствовал себя глупо, говоря то, что сказал. — У меня не хватит смелости сказать то, что я должен сказать, детка.
Моя абсолютная честность задела ее. Даже в моем состоянии я мог это видеть.
Она долго и внимательно смотрела на меня, прежде чем вздохнуть.
— Ты ведь не собираешься затевать драку, не так ли?
— Не планировал, — честно ответил я, но не знал, что произойдет, когда я туда доберусь.
Ее глаза закрылись, и она убрала руку с двери, и я полюбил ее еще больше за то, что она знала, что мне нужно это сделать. Я повернул ручку и направился к выходу на негнущихся ногах. Добравшись до своего дома, я постучал в дверь, и когда она открылась, там стоял Зеп. Этот засранец не предложил войти, так что я протиснулся внутрь сам.
Это мой гребаный дом, сука.
— Где старик? — спросил я, оглядывая пространство.
— Он в постели, — натянуто произнес Зеп. — Ему нездоровится.
— Мне нужно с ним поговорить.
Как только Зеп покачал головой, дверь моей спальни открылась, и оттуда вышел мой отец в пижаме.
Он выглядел старым. Действительно старым. Хрупким, хилым, которого легко сломать. И прямо тогда мне захотелось сломать его.
В ту секунду, когда я увидел своего отца, я забыл о своем обещании Лекси и начал свою неожиданную тираду.
— Что за мужчина держит своего ребенка… — я поднял руки, — … в своих гребаных объятиях… — я опустил их по бокам, — …а затем отпускает и больше никогда его не видит? — я посмотрел ему в глаза, нисколько не скрывая своего гнева. — Кто так делает?
Ни один из мужчин не ответил, но мой отец казался расстроенным.
Прошло много времени, прежде чем мужчина, который произвел меня на свет, сказал:
— Ты думаешь, это было легко?
Мне было похрен.
— Да, я думаю, это было легко. — Я протянул руку к Зепу. — У тебя был сын. Тебе не нужен был другой. Да? — то, как он смотрел на меня, творило что-то странное у меня внутри. Мое дыхание стало тяжелым. — Что со мной было не так, а?
Мысль о том, что кто-то пытается оградить меня от моего сына, вызвала у меня физическую тошноту. Заставило меня захотеть причинить кому-нибудь боль. Заставляло меня хотеть убивать.
Как этот ублюдок мог сделать то, что он сделал, не оглядываясь назад?
Хоть убейте, я не мог этого понять.
Я был отцом.
Я был пьян.
И да, черт возьми, я был эмоционален.
Мое горло сжалось, а голос сорвался, когда я с трудом выдавил слова.
— Почему ты не хотел меня?
Донор спермы прошел дальше в комнату.
— Отказаться от тебя было самым трудным, что я когда-либо делал. — Его брови нахмурились. — Я думал, что поступаю правильно. Позволяя тебе расти в мире без ожиданий, особенно тех, которые связаны с нашей фамилией. Я хотел для тебя как лучше. — Он слабо пожал плечами. — Поэтому отпустил тебя.
Я быстро заморгал, а затем резко вытер влагу, стекающую по моей щеке.
— Да. Это много пользы принесло мне.
Выражение лица старика стало серьезным.
— Я вижу. И мне очень жаль.
— Тебе жаль? — спросил я и издал резкий смешок, прежде чем посмотреть на своего брата, указывая на старика. — Он сожалеет. Это мило. — Я медленно кивнул, глядя на своего отца. — Не знаю, что ты думал, что произойдет, когда ты приедешь сюда. Может быть, ты думал, что я буду на седьмом небе от счастья, увидев тебя, что мне все еще нужен отец. Я не знаю. Но позволь мне кое-что сказать тебе, старина. Ты сделал одну хорошую вещь. — Я помолчал секунду. — Ты точно научил меня, каким отцом я НЕ хочу быть. Так что… — я сделал шаг назад. — Спасибо.
 
Я вышел за дверь и обнаружил Лекси, стоящую на углу улицы, дрожащую, но ждущую. И мое сердце бешено заколотилось.
Я не заслуживал ее, но это не означало, что я когда-либо собирался от нее отказаться.
Когда я пересек улицу, то обнял ее отяжелевшей рукой и, нахмурившись, погладил ее холодную кожу.
— Ты замерзла.
Ее зубы стучали, когда она посмотрела на меня глазами, полными беспокойства, и спросила:
— Ты в порядке?
Нет.
— Да.
Я не был.
Но я буду.
***
Лекси
Он был не в духе, и я его не винила.
Это утро было, мягко говоря, напряженным, особенно когда ЭйДжей решил рассказать своему отцу, какие замечательные люди его дядя Зеп и Нонно Тони, о подарках, которые они ему купили, показав Твитчу золотую цепочку и распятие, о том, как они рассказали ему все о его семье в Америке и Италии. Наш сын даже отдаленно не ощущал напряжение своего отца, потому что его волнение было на пределе. Он продолжал и продолжал, говорил о двух мужчинах через улицу, в то время как Твитч потягивал свой кофе в полной тишине.
И прошлый опыт научил меня, что тихий Твитч — опасный Твитч.
Он ушел в себя. Слишком много анализировал. Он довел себя до безумия. Я знала это по тому времени, которое мы провели вместе так давно. Поэтому я сделала то, что, по моему мнению, должна была сделать, чтобы вывести его из этого состояния.
В доме было пусто и тихо, если не считать льющегося душа, и когда я зашла в наполненную паром ванную, то села на закрытую крышку унитаза. Мой разгоряченный взгляд блуждал по его телу сквозь матовое стекло, и, протянув руку, я положила пальцы на кнопку и нажала.
— Ах, бл*дь! — донеслось из душа, когда вода стала невыносимо горячей, из-за спущенной воды в унитазе.
Матовая дверь распахнулась, и восхитительно обнаженный мужчина бросил на меня взгляд, который был таким порочным, что все мое тело вспыхнуло, а киска сжалась от нетерпения.
— Какого хрена, Лекси? — прорычал он, и когда я медленно поднесла пальцы к кнопке, его взгляд стал интенсивнее, а челюсть сжалась. — Не делай этого. — В тот момент, когда мои пальцы коснулись кнопки, его рука поднялась, и он указал на меня. — Ты сделаешь это и заплатишь, детка. Поверь мне.
Я знаю.
По мне заметно пробежала дрожь, и я прикусила губу, наблюдая, как вспыхнули глаза Твитча.
Я внутренне усмехнулась.
Он наконец понял, что я делаю.
Глядя ему прямо в глаза, я нажала на кнопку, раздался звук смыва, и как только он издал резкое рычание, я вскочила и выбежала из ванной так быстро, как только могла. Душ был выключен, и я услышала, как хлопнула матовая дверь, но мои ноги были не такими длинными, как у него, и он догнал меня в коридоре. В ту секунду, когда резко схватил мою майку сзади, он дернул меня назад, и я со стоном врезалась в его тело.
Он был совершенно мокрым, абсолютно твердым и тяжело дышал.
— Сучка, — нежно пробормотал он мне в ухо, и я ухмыльнулась лишь на мгновение, прежде чем снова взяла себя в руки.
Мои соски напряглись, когда его рука поднялась к моему подбородку и крепко сжала его. Я тихо произнесла:
— Пожалуйста, не заставляй меня делать это. Мой муж скоро будет дома.
Слова прозвучали неуверенно.
Но, о Боже, он был заинтересован.
Твитч уперся своим твердым членом в мое бедро так сильно, что стало больно.
— Думаешь, мне не насрать? Я надеюсь, что он действительно вернется домой. Надеюсь, он увидит тебя такой возбужденной для меня. — Он развернул меня, чтобы я посмотрела в его прикрытые глаза. — Ты начала это, и теперь ты это закончишь. — Положив руки мне на плечи, он грубо толкнул меня вниз, и я приземлилась у его ног, изображая беспокойство. Он жестоко ухмыльнулся, когда мой взгляд упал на его сердитую эрекцию. — У тебя никогда не было такого большого члена, не так ли?