Неукротимый: возрождение (ЛП)

Мой рот приоткрылся, когда я резко выдохнула.
Потому что это не звучало тревожно.
Нет.
Нисколько.
Он наблюдал за моей реакцией.
— Я хочу, чтобы ты отдалась мне самозабвенно, и хочу, чтобы ты сделала это, потому что ты знаешь, что независимо от того, как далеко я зайду, как неудобно тебе будет, ты доверяешь мне узнать твои пределы, что ты доверяешь мне свою безопасность. Я хочу, чтобы ты почувствовала, как сильно я хочу тебя, и я работаю над своей жадностью, но я эгоист по натуре. Я хочу все это.
Я подождала мгновение, прежде чем ответить, и из меня вырвался сарказм, когда я, расширив глаза, сказала:
— Многого не просишь?
При этом он издал грубый смешок, а когда улыбнулся этой кривой улыбкой, которую я так любила, я растаяла. Его улыбка смягчилась, когда он произнес:
— Сама сказала, детка. Вместе или никак.
Мое сердце расширилось на целых три размера.
Твитч сошел с ума.
Такой безумно красивый. И все, чего хотел он, — меня. Но это было слишком, слишком быстро.
— Я… — слова были мягким шепотом. — Я не знаю, дорогой. Прошло всего два с половиной месяца, мы едва…
Он вытащил черную бархатную коробочку и поставил ее на стол между нами.
— Боже мой. — Казалось, что меня кто-то душит. — Ты купил кольцо, дерзкий ублюдок. — Я выдавила из себя безрадостный смешок, и мое колено подпрыгнуло под столом. — Не-а. — Я покачала головой. — Ну-у уж… — мой взгляд был прикован к маленькой коробочке, насмехающейся надо мной в центре стола, — нет. — Но, говоря это, я потянулась к коробочке с кольцом, глядя на нее немигающим взглядом.
И когда я открыла ее, мои брови разочарованно нахмурились.
— Она пуста.
Твитч скривился.
— Да? — он повернул коробку к себе и пробормотал: — Странно. — Перегнувшись через стол, он взял мою левую руку и осторожно поднес ко рту, целуя мои костяшки пальцев и говоря у моей кожи. — Ах, посмотри на это. — Он поднял другую руку. — Я нашел его.
Мое сердце дрогнуло, когда между его пальцами появилось золотое кольцо. Он не сводил с меня глаз, осторожно надевая его мне на палец, и когда я отдернула дрожащую руку, подняв ее перед собой, чтобы посмотреть на тонкое скромное кольцо с единственным бриллиантом в центре, дышать было тяжело.
Я прерывисто выдохнула и услышала, как он сказал:
— Подумал, что ты не захочешь чего-то кричащего.
Я и не хотела.
— Оно прекрасно, — тихо, почти грустно произнесла я, и когда открыла было рот, чтобы заговорить, он оборвал меня взмахом руки.
— Все нормально. Я знаю, что ты колеблешься, и я это понимаю, так что сегодня мы не принимаем никаких решений. Я просто должен дать понять, что это конечная цель, и я совершенно уверен.
О, слава Богу.
Не уверена, что смогла бы принять решение прямо сейчас, потому что, если бы я это сделала, мы, вероятно, поженились бы уже к ночи.
Кивнув, я еще раз посмотрела на кольцо, прежде чем взяться за него, чтобы снять. Но он остановил меня:
— Почему бы тебе не оставить его на какое-то время? — мои глаза встретились с его, и его бровь приподнялась, когда он добавил: — Посмотришь, понравится ли тебе.
Это звучало достаточно разумно.
— Да, хорошо, — произнесла я, оставляя великолепное кольцо, но быстро добавила: — Просто чтобы убедиться, что оно мне подходит по размеру.
В уголках его глаз появились морщинки.
— Конечно, детка.
Приторно-сладкий ответ сказал мне, что я никого не смогу обмануть, и он чертовски хорошо знал, что я хочу носить кольцо, потому что я хочу быть его так же сильно, как он хочет объявить меня своей. Я просто была слишком труслива, чтобы признать это.
Во время ужина я не могла налюбоваться на кольцо, и каждый раз, когда мой взгляд останавливался на нем, я бессознательно улыбалась. Это было все, что я когда-либо желала для нас, все, что я рисовала в своем воображении, в своих мечтах.
Почему я так боялась воплотить эту мечту в реальность?
Мы вышли из ресторана рука об руку, и когда Твитч вставил ключи в зажигание, машина позади нас начала сигналить. Я повернулась назад, глядя на серый «Лексус», а он снова посигналил нам.
 
Твитч посмотрел в зеркало заднего вида, стиснув челюсть.
— Какого хрена этот клоун делает? — еще один гудок, и Твитч закрыл глаза, скрипя зубами. Он опустил окно и выбросил вперед руку, махнув машине. — Объезжай, придурок.
Еще гудок, все дольше и дольше, и когда Твитч выскочил из машины с видом человека, готового к убийству, я прошептала:
— Вот черт.
Я услышала его гневную тираду:
— Ты хочешь проблем, приятель? Ну, у тебя они сейчас будут. Вылезай из машины.
Мое сердце бешено колотилось, пока я смотрела на это, широко раскрыв глаза и окаменев.
Дверца машины открылась, и из нее выскользнул высокий темноволосый мужчина средних лет, который, похоже, совсем не боялся Твитча. На самом деле, он старался шагнуть слишком близко к Твитчу.
И когда плечи Твитча опустились, он медленно покачал головой и произнес:
— Надо было догадаться.
Мужчина перед Твитчем улыбнулся, и мой мужчина ответил ему взаимностью. Когда они бросились друг на друга, обнимаясь и хлопая друг друга по спине со смешками, я немного растерялась. Они отстранились, оглядывая друг друга, тихо и весело разговаривая, и это замешательство усилилось, когда Твитч вернулся к машине и счастливо ухмыльнулся.
— Я хочу познакомить тебя кое с кем.
— Хорошо, — протянула я, расстегивая ремень и выходя из машины так изящно, как только можно в мини-платье.
В тот момент, когда я вышла, Твитч оказался рядом со мной, притянув ближе, и мужчина широко улыбнулся, окинув меня взглядом.
— Как, черт возьми, ты умудрился заполучить эту красотку, уродливый ублюдок?
О, Боже.
Он был так очарователен.
Ошеломленный смех покинул меня, и когда мужчина протянул руку, я вложила свою руку в его и моргнула, когда он поцеловал мои пальцы.
Твитчу это не понравилось.
— Эй, Пав. Тебе нравится твоя рука, чувак? — когда этот Пав повернулся лицом к Твитчу, мой красавчик заявил: — Если ты не хочешь потерять ее, я бы на твоем месте отпустил руку моей женщины.
Пав ухмыльнулся, мягко отпустив мою руку и подняв руки в знак капитуляции, прежде чем сказать:
— Перестань называть меня Пав. Это заставляет меня чувствовать себя гребанным десертом. — Мужчина повернулся ко мне. — А я не такой уж и сладкий. — Его глаза были теплыми. — Я Лука.
Твитч притянул меня обратно к себе. Он имел наглость говорить за меня.
— Лука Павлович, это моя жена Лекси.
Ублюдок.
Я медленно отстранилась, чтобы посмотреть на моего красивого и задумчивого негодяя. Его глаза сияли. Глядя на Твитча, я сказала Луке:
— Я не его жена.
— Какое у тебя красивое кольцо. — Лука посмотрел на мою левую руку. — Он дал его тебе?
Эм.
— Ну, да.
Брови Луки поднялись.
— И ты носишь его по своей воле?
— Да, но…
Лука усмехнулся, перебивая меня как ни в чем не бывало:
— Тогда ты его жена.
Что?
— Минуточку. — Я повернулась к Твитчу и сердито толкнула его в плечо. — Ты все подстроил?
Глаза Твитча сверкнули, глядя на меня, прежде чем он поднял лицо к Луке.
— Разве она не нечто?
Взгляд Луки метался между нами.
— Я никогда не видел, чтобы женщина подняла на тебя руку и дожила до того, чтобы рассказать об этом, так что… — он кивнул, выглядя совершенно озадаченным. — Да. Она — нечто.
— Ага, — пробормотала я. — Она — нечто. — Мои глаза сузились на Твитча. — Она — нечто разозлившееся.
Оба мужчины рассмеялись, но я не увидела юмора в этой ситуации.
Через мгновение Лука вздохнул, внимательно наблюдая за Твитчем.
— Я слышал, что ты вернулся. Хотя и не поверил. — Его лицо стало серьезным. — Не многие мужчины возвращаются из могилы такими же красивыми, как ты. — Твитч и Лука обменялись понимающими взглядами, и Лука очнулся от ступора. — Так что, когда я увидел тебя, то подумал, что мне все это почудилось. — Он пожал плечами, улыбаясь. — Пришлось посмотреть повнимательнее. И вот и ты, мой брат.