Неукротимый: возрождение (ЛП)

Услышав, что по радио играет джем, я подпевала. Громко.
— Ты даже не закрываешь ее?
Нажав на тормоза, мое тело затряслось, и в панике я нажала на сигнал, прежде чем сделать глубокий вдох и прокричать во все горло.
— Все еще ни хрена не умеешь петь, детка.
Продолжая вопить, я услышала его низкий грубый смех, и мой вопль усилился, когда я потянулась за сиденьем, вслепую отмахиваясь от назойливого мужчины.
Когда его смех усилился и у меня перехватило дыхание, я повернулась на своем сиденье и посмотрела на него, широко раскрыв глаза и задыхаясь. Как только увидела, что он лежит на заднем сиденье, откинувшись на спинку, закинув руку за голову и ухмыляясь, смотрит на меня, я повернулась, откинула голову назад и снова вскрикнула, только на этот раз с криком:
— Придурок!
Сердце вырывалось из груди, я запыхалась во второй раз, и с раскрасневшимися щеками мое тело сотрясалось от беззвучного смеха. Я прижалась лбом к рулю, снова раздался гудок, и мой смех усилился. Я проговорила сквозь одышку:
— Ты напугал меня до смерти.
Я почувствовала, как он перелез через центральную консоль и сел на пассажирское сиденье, ожидая, пока я соберусь с духом, и когда наконец это сделала, я посмотрела на него сузившимися глазами, и эта красивая кривая улыбка ударила меня как пощечина. Он наклонился ко мне.
— Скучала по мне?
Я покачала головой, мое горло резко сжалось.
— Ты — мудак.
— Я знаю, — грубо произнес он. — Но этот мудак тебя обожает.
О, он не мог этого сделать.
Но он сделал.
Это все, что требовалось.
Мое лицо сморщилось, я разрыдалась, и, всхлипывая, проговорила сквозь рыдания.
— Я в ужасе.
— Почему? — когда я не ответила, он попытался снова. — Мне нужно, чтобы ты поговорила со мной, Ангел.
Мои плечи задрожали. Я опустила подбородок, наблюдая, как слезы падают мне на колени. Мой голос был мягким, как пух.
— Я боюсь, что ты снова меня оставишь. — Я расклеилась совсем. — Ты знаешь, каково это? Никогда не знать, что сегодня ваш последний день вместе? Всегда думать, что это может быть конец? — слезы продолжали литься, и я прошептала: — Это чертовски страшно — хотеть вечности с кем-то, кто, возможно, не сможет дать ее тебе. — Я сделала глубокий, дрожащий вдох и призналась: — Я потеряла себя, когда потеряла тебя. Я не думаю, что переживу это во второй раз.
Он внимательно наблюдал за мной, его глаза были мягкими. Он молчал некоторое время, но, когда заговорил, его тон был серьезным.
— Все, что я делал, я делал для нас, чтобы мы могли быть семьей.
— Я знаю. Но мне больно любить тебя, Твитч. — Я произнесла это сквозь дрожащий выдох. — Всегда было больно.
Потянувшись, он взял мою руку в одну и мой подбородок в другую, повернув меня лицом к себе, и от его слов у меня сжался живот.
— Пройди это со мной, и мы выберемся из этого вместе. — Опустив голову, он прижался губами к костяшкам моих пальцев и произнес. — Дерись или умри, детка. Вместе и навсегда. Ты — для меня. Я знаю, что я — для тебя. — Он посмотрел на меня сквозь опущенные веки. — Будешь ли ты любить меня вечность?
На моих губах заиграла легкая улыбка, и я тяжело сглотнула.
— Вечность — это очень долго.
Его глаза сморщились в уголках, подозреваю, из-за его улыбки.
— Да, это так.
Он отпустил меня с неохотным вздохом, прежде чем открыть пассажирскую дверь. Он замешкался на секунду, прежде чем посмотреть прямо перед собой, и от его торжественной клятвы у меня защемило сердце.
— Возможно, сейчас это ни черта не значит, и я знаю, что тебе нужно было услышать это тогда, но я не мог сказать тебе этого тогда, поэтому говорю это сейчас. Короткая пауза, а затем: — Я буду любить тебя до скончания времен.
Прежде чем я успела осознать его слова, дверь закрылась, и он пошел обратно через улицу.
***
Твитч
Это была тяжелая неделя для моего Ангела, и я знал, что ей нужно.
Ночь вне дома.
Ночь хорошей еды.
Ночь с ее мужчиной.
Желательно такая, которая покончит с этой тяжелой неделей и закончится грубым, страстным сексом.
 
Поэтому, когда я появился на пороге ее дома в костюме за восемь тысяч долларов, который купил специально для нее, и прошел по коридору в гостевую комнату, я увидел Молли и ЭйДжея, лежавших на диване. Когда маленькая женщина заметила меня, она хихикнула и издала протяжный свист.
— Вот дерьмо. Ты идешь на похороны или что?
Мой сын только посмотрел на меня широко раскрытыми глазами и прошептал:
— Вау.
Но дом казался пустым. Нахмурившись, я огляделся вокруг, прежде чем спросить:
— Где она?
ЭйДжей снова повернулся к телевизору.
— Вечер свиданий.
Простите?
Мой голос стал низким.
— Что, простите?
Широкие глаза Молли остановились на мне.
— Это вечер свиданий.
Черта с два.
— С кем? — я едва мог сдержать свою гребаную ярость.
Молли пожала плечами, оглядев меня с ног до головы.
— Я уверена, что ты сможешь найти ее, если действительно захочешь. Знаешь… — сказала она со значением, ее бровь изогнулась дугой. — Как ты нашел меня?
Остановившись лишь на мгновение, чтобы пожелать сыну спокойной ночи, я вышел из дома, и мой гнев пульсировал так сильно, что я слышал только рев крови в ушах.
Остановившись у дома, я взял ключи и направился к машине. Я завел ее, затем потянулся к бардачку, достал свой заветный 45-й калибр и положил его на сиденье рядом с собой.
Моя челюсть застыла, когда я подумал о том, что сказала Молли.
Похоже, что я все-таки еду на похороны.
Прижав педаль к металлу, я мчался по улице, совершенно охреневший от ярости, отслеживая по GPS путь к своей женщине.
И да поможет ей Бог, когда я ее найду.
  
Глава 28
 
Лекси
Я знала, что он придет. Рассчитывала на это. И сидя на пляже в ожидании, я услышала его вздох, когда он приблизился. Я обернулась, чтобы посмотреть на него, его лицо сменило гнев на облегчение, он остановился, покачав головой, прежде чем пробормотать:
— Ты одна.
Мои брови на мгновение нахмурились, но когда я увидела, во что он был одет, губы сами собой растянулись в мягкой улыбке. Увидеть его в сшитом на заказ темно-сером костюме было отголоском из прошлого.
Иисус, бл*дь, Христос всемогущий.
Я прикусила губу.
— Выглядишь привлекательно.
Моим женским прелестям это очень понравилось.
Он подошел и встал рядом со мной, и когда я посмотрела на него снизу вверх из своего сидячего положения, он поймал мой взгляд.
— Молли сказала, что ты была на свидании.
— Нет, она этого не делала. — Я посмотрела в сторону берега, наблюдая, как разбиваются и пенятся волны. — Она могла лишь сказать, что я была на вечере свиданий.
Последовало молчание, и чем дольше оно продолжалось, тем шире становилась моя внутренняя усмешка.
— Ладно, — сказал он, придвигаясь, чтобы сесть рядом со мной. — Я сдаюсь. — Подняв колени, он оперся на них предплечьями, затем сузил глаза, глядя на меня. — Что за вечер свиданий?
Я улыбнулась про себя, мысленно похвалив его хладнокровное поведение.
Было ли это испытанием? Не намеренно, нет. Но это оказалось удачным, и его самообладание сказало мне, насколько сильно он изменился.
Это было важно.
— Чтобы ответить на этот вопрос, тебе нужна небольшая справочная информация. Итак, — начала я, — однажды ЭйДжей был в школе, когда один из учеников спросил своего учителя, что такое вечер свиданий. Маленькая девочка хотела знать, потому что ее родители собирались на свидание, и она не была уверена, что это такое. Учительница ЭйДжея объяснила, что иногда мамы и папы отправляются вместе на вечер без своих детей. Что некоторые родители делают это раз в неделю, в то время как другие делают это только в особые дни. И когда ЭйДжей вернулся домой, он спросил меня, почему я никогда не ходила на вечер свиданий. Я объяснила, что это применимо только к родителям, у которых есть партнеры. — Я повернулась лицом к Твитчу. — Но ЭйДжей не думал, что это было справедливо по отношению ко мне.