Неукротимый: возрождение (ЛП)

— Эй, детка. — Хэппи улыбнулся ей, прежде чем запечатлеть целомудренный поцелуй на ее губах, и Никки улыбнулась в ответ такая же влюбленная, какой она была шесть лет назад, когда они встретились. Слова, которые он произносил, были липко-сладкими. — Я скучал по тебе. — Но когда Хэппи отпустил Никки и обнял Ану и меня, он прошел мимо Дэйва, сказав тихое «привет», и ничего больше, прежде чем направиться на задний двор.
Дейв выглядел совершенно опустошенным.
И тогда мне захотелось встряхнуть его. Я хотела сказать ему, что настоящая любовь — это не всегда солнечный свет и розы. Что иногда любовь воняет до небес. Но когда ты находишь любовь, даже такую запутанную, как у них, ты держишься за нее обеими руками, потому что взлеты перевешивают падения сто к одному.
Увы, я этого не сделала.
Вместо этого я положила руку ему на плечо и сжала, одарив сочувственной улыбкой.
Мужчины окружили гриль, и даже мой маленький монстр был вызван в бой тестостерона и мужественности, его отец вручил ему пару длинных щипцов и поручил готовить сосиски. И это было восхитительно. Но, как это обычно бывает с маленькими мальчиками, ему довольно быстро стало скучно, и он пошел играть с Молли в мяч на траве.
Когда я подошла, чтобы узнать, через какое время будет готово мясо, быстрее, чем бросок кобры, Твитч обхватил меня за талию и притянул к своему телу. Он слишком долго держал меня крепко, и когда я попыталась вырваться из его объятий, он уткнулся лицом мне в шею и укусил. Это заставило меня разразиться приступами хихиканья. Он знал, что я боюсь щекотки, придурок. И все мои гости внимательно наблюдали за нашим общением, как будто мы были парой очаровательных созданий из документального фильма сэра Дэвида Аттенборо.
Вскоре еда была подана, мы поели, и после того, как расчистили двор, солнце начало садиться. Когда я пересела на место рядом с Твитчем, он протянул руку и нежно похлопал меня по заднице, и я почувствовала эту легкую ласку всем телом. Завязалась непринужденная беседа, и когда я оглядела сидящих за столом улыбающихся друзей, я почувствовала себя более непринужденно, чем когда-либо прежде в своей жизни, пока они смеялись над какой-то глупо тривиальной историей, которую рассказала Никки.
Было темно, когда ЭйДжей выбежал из дома и забрался, чтобы сесть на Твитча. Я была не единственным человеком, наблюдавшим за милым общением между отцом и сыном. Пока наш сын лежал спиной к телу своего отца, Твитч крепко прижимал его к себе, время от времени останавливаясь, чтобы нежно поцеловать пахнущие яблоками волосы маленького монстра. И когда Никки поймала мой взгляд, она приложила руку к сердцу и сделала умиляющееся лицо.
Расскажи мне об этом, сестра.
Я чувствовала это каждый раз, когда видела их вместе. За последние полтора месяца мои яичники несколько раз взрывались. Это было проблемой.
Когда ЭйДжей обмяк и начал пускать слюни, я улыбнулась прекрасному виду моего спящего мальчика, сигнализируя Твитчу и двигаясь, чтобы забрать у него нашего сына, но он просто отмахнулся от меня.
— Я возьму его.
Не говоря ни слова, как будто это была самая легкая вещь в мире, Твитч поднял ЭйДжея повыше на руки и понес его спящее тело внутрь, укладывая в постель на ночь. И тогда Дейв наклонился и заговорил, хотя и тихо:
— Не уверен на сто процентов, но ладно. Я вижу это.
Вот и все. Это было все, что он сказал, и мне стало интересно, что именно он увидел.
Когда Твитч вернулся, его встретила тишина. Он обвел внимательным взглядом сидящих за столом и протянул руки.
— Хорошо. Кто первый? — он сел с легким вздохом, потянувшись ко мне, и, как слабачка, которой и была, моя рука нашла его без вопросов. Наши пальцы переплелись, и ничто другое не имело для меня значения, только то, что мы были здесь, вместе, наслаждаясь вечером с друзьями. Наслаждаясь жизнью с нашим сыном.
Конечно, я бы так легко не сдалась, и думаю, Твитч знал это. В этот момент моя нерешительность стала второй натурой. Как там говорилось?
Один раз укушенный, вдвойне пуглив.
 
Но дело в том, что мне понравилось, как Твитч вонзил в меня свои зубы.
ДА. Я была идиоткой.
Дэйв выпрямился в кресле и наклонился вперед.
— Хорошо, я начну. — Он пожал плечами. — Где ты был все это время?
Твитч поднял мою руку и прикусил костяшки пальцев. Он говорил у моей кожи, и прилив тепла заставил мои руки покрыться гусиной кожей.
— Следующий вопрос.
Дэйв откинулся назад и усмехнулся.
— Серьезно?
Твитч опустил мою руку, пригвоздив его своим пристальным взглядом.
— Серьезно. — Я сжала его руку, и он пристально посмотрел на меня, прежде чем неохотно добавил: — Я был кое-где, и Лекси знает, где и почему. Я никому из вас, ублюдков, ничего не должен, так что будьте осторожны.
Никки слегка кивнула, полностью уважая это, в то время как Юлий внимательно слушал и притворялся скучающим.
Почему мужчины так горды? Почему они думали, что проявление эмоций делает их слабыми? Не понимаю.
Но Дэйву не понравился его тон, и он отомстил самым худшим образом.
— Итак, ты говоришь нам, что такой мужчина, как ты, проводил шесть лет без женщины? — он расхохотался. — Брось, чувак. Придумай что-то еще.
О, нет. Он пошел туда.
В груди начало ныть.
Это был вопрос, который я хотела задать, но у меня не хватало смелости затронуть его.
Поэтому, когда Твитч ответил:
— Я никогда этого не говорил, — я отстранилась, вынимая свою руку из его. И он нахмурился, сказав: — Детка, — прежде чем повернуться к Дэйву с суровым взглядом, взять со стола скомканную салфетку и бросить в него. — Дэвид Аллен, я тебя трахну.
— Что? — засмеялся Дейв, легко уклоняясь от снаряда. — Мне любопытно.
И челюсть Твитча дернулась.
— У тебя много чего есть, дружище, но любопытство не входит в их число. — Он указал на него, прежде чем сделать большой глоток пива. — Я знаю, что ты делаешь, и мне это не нравится.
Дэйв поднял руки в знак капитуляции, но сделал это с ухмылкой.
— Сколько их было? — спросила я тихо.
Твитч наклонился.
— Нам нужно сделать это сейчас?
Я отстранилась от него, медленно говоря:
— Сколько?
Его челюсть напряглась, когда он посмотрел мне в глаза и проговорил сквозь стиснутые зубы:
— Одна. — Потом он задумался об этом. — Половина одной.
Что?
— Повтори еще раз? — мои брови изогнулись. — Половина одной? Как это вообще работает?
Твитч выглядел взбешенным.
— Послушай, это было очень давно, хорошо?
Мои руки были сложены на груди.
— Нет. Давай послушаем об этом.
Откинувшись на спинку стула, он громко застонал, прежде чем сел, и произнес:
— Это был второй день рождения ЭйДжея. Я вышел куда-нибудь выпить. Все заняло гораздо больше времени, чем я надеялся, и на гребаную секунду я сдался и решил, что не вернусь, ясно? — он всмотрелся в меня, его глаза были темными и грозными. — Прошло три года, а я сделал только примерно 1/8 того, что мне нужно было сделать. Отслеживать вещи, которые мне нужно было отслеживать, было сложнее, чем ожидалось, и Хэппи… — он посмотрел на своего друга, — … это была почти вся помощь, которая у меня была. Спасибо тебе, брат. — Он ударил себя в грудь сжатым кулаком.
Хэппи поднял к нему свое пиво, наклонив голову.
— Итак. — Твитч откинулся назад и поднял лодыжку, чтобы опереться на вытянутое колено. — Я нашел женщину, которая… — он скорчил гримасу, — … даже не знаю, как она выглядела. У нее была киска, и этого было достаточно. И я повел ее за угол этого сраного бара, в переулок, толкнул на колени и сказал, чтобы она принималась за работу.
У меня защемило сердце, когда я услышала это, но хорошо, что он был откровенен. Я хотела знать.
То, что он сказал дальше, удивило меня.
— Но мой член не встал. — Я вскинула голову, широко раскрыв глаза, и Твитч пожал плечами. — Не знаю. Такого раньше никогда не случалось, поэтому я сказал ей отвалить, чтобы я мог это сделать. — Когда Юлий усмехнулся, челюсть Твитча сжалась, и он показал ему средний палец. — И я пытался — поверьте мне, я чертовски пытался. Но ничего не произошло. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что из этого ничего не выйдет, поэтому я ушел оттуда с синими шарами и всем прочим. — Он посмотрел на меня и вздохнул. — И это был чертовски ужасный момент, когда я понял, что я мужчина с одной женщиной.