Неукротимый: возрождение (ЛП)

Он сделал два шага к кровати и посмотрел на мою приподнятую задницу, прежде чем схватиться за одну ягодицу достаточно сильно, чтобы она заболела, слегка встряхивая.
— Прикоснись к себе. Покажи мне, что ты этого хочешь.
Не колеблясь, я протянула руку между ног и провела рукой по своей прикрытой трусиками киске.
Но Твитч прищелкнул языком.
— Не так. Ты знаешь, чего я хочу.
Чувствуя себя смелой и чертовски возбужденной, я протянула руку между ног и показала ему средний палец, потирая вдоль своей щели.
Я услышала его веселье.
— Это было не очень приятно, — промурлыкал он, прежде чем мое тело дернулось, когда его рука коснулась моей задницы. Мой рот округлился, когда звук эхом разнесся по всей комнате. — Нахальные девчонки не кончают. — Еще один шлепок, на этот раз более легкий. — Только ангелы могут кончить.
Он двинулся вперед, зацепив пальцами пояс моих трусиков, затем стянул их до колен. Прохладный ветерок над моей разгоряченной плотью был приятным, и еще приятнее, когда Твитч наклонился и слегка подул на мой жар.
— Я собираюсь трахнуть тебя прямо сейчас. — Еще одно легкое дуновение на моей горячей коже. — Собираюсь показать тебе, как сильно я скучал по своей малышке.
Когда он уперся в мою задницу, наклонившись надо мной, я знала, что будет дальше, и приподнялась, подставляя свою шею в полном подчинении. Толстая кожа слегка стесняла движения, когда Твитч вставил металлический штырь в самое тугое отверстие, и, надежно закрепив ремень вокруг моего горла, Твитч обхватил рукой кожу по всей длине, заставляя меня чувствовать себя домашним животным. Его питомцем.
Моя киска пульсировала в предвкушении.
Я не ненавидела это — это точно. Все, о чем я могла думать, это о том, как сильно я этого хотела. Нуждалась в этом. Нуждалась в нем.
В Твитче.
Все сводилось к нему. Всегда так было. И я бы не стала думать о завтрашнем дне. Я могла жить только настоящим, потому что с Твитчем завтра может никогда не наступить. Я усвоила свой урок. С ним это было не «шаг за шагом», а «живи настоящим, потому что будущее не гарантировано».
Взяв себя в руки, он провел своим членом вверх и вниз по моей влажной щели и с шипением выдохнул.
— Кому принадлежит эта горячая маленькая киска? — он шлепнул мою киску своим членом, и раздался влажный шлепок. — Чья она?
Этого нельзя было отрицать.
— Твоя. — Выдохнула я: — Это твое.
Он продолжал водить своей гладкой головкой по моему влажному теплу. Его голос был резким, мрачным.
— Никогда никого не хотела так, как ты хочешь меня. — Еще один удар его члена, и на этот раз он зацепил мой клитор своим пирсингом. — Разве это не так, Ангел?
Когда мой клитор запульсировал, я издала долгий стон, и когда он предупреждающе дернул за ремень, моя киска сжалась.
— Да, — выдохнула я. — Ты был прав.
Ты был прав, придурок, и иногда я ненавижу тебя за это.
Комната сотряслась от его самодовольного смешка, и он медленно вошел в мою нуждающуюся дырочку. Его головка скользнула в меня, и когда я почувствовала, как шарик его пирсинга скользнул по моей внутренней плоти, легкий вздох покинул меня, и мои глаза закрылись.
Вот тогда-то он и заговорил.
— Видишь? — многозначительно произнес он, все глубже входя в меня. — Созданы друг для друга.
Он не останавливался, пока я не была полностью насажена на его пульсирующий ствол. Или, может быть, это я пульсировала, я на самом деле не знаю. Что я точно знаю, так это то, что ему нужно было двигаться.
Например, сейчас.
Я была наполнена. Совсем забыла, какой он толстый. Моя киска, казалось, горела огнем, когда его стальной жар наполнил меня. Я была перегружена самым лучшим из возможных способов. Все мое тело покалывало от этого ощущения.
И Твитч проворчал:
— Как, черт возьми, ты все еще такая тугая? — он отстранился, затем снова вошел в меня почти сердито. — Бл*дь.
Мои глаза закатились.
— Ке… — я попыталась произнести это. Облизнув губы, я попробовала еще раз. — Кесарево сечение.
Ага. Этого было бы достаточно. Надеюсь, он понял, потому что я не могла сейчас думать, не говоря уже о том, чтобы говорить об этом.
 
Он начал медленно толкаться в меня, и, судя по тому, как он пробормотал:
— Да. Так красиво, — я знала, что он смотрит шоу. Когда я приподняла свою задницу еще немного, чтобы усилить удовольствие с обеих сторон, это небольшое движение вырвало у Твитча стон.
Это был экстаз.
Чистый сексуальный напалм.
Изменчивый. Взрывоопасный.
Я почувствовала в ту же секунду, когда он отпустил ремень. Как? Потому что длина ремня упала мне на бок, но когда он запутался рукой в моих волосах и слегка потянул, у меня сжалось сердце. Он сильно потянул, заставляя меня следовать за ним, а затем я встала на колени, моя спина выгнулась почти болезненно, пока Твитч, обхватывая свободной рукой мое горло, продолжал свое медленное наступление. Я тяжело дышала с каждым толчком, и когда Твитч приблизил свой рот к уголку моих губ, глубоко целуя меня в щеку, я почти кончила.
И он это почувствовал.
Отпустив мою шею, он слегка схватил меня за подбородок и прорычал:
— Не кончай.
А потом я сделала кое-что глупое. Суперглупость. Я высунула язык и облизала его пальцы.
Я почувствовала заминку в толчках, когда он сделал глубокий вдох.
Я сделала это снова, и он проворчал мне в ухо:
— Если ты не хочешь, чтобы я «внес депозит», то тебе нужно остановиться.
Но я не могла остановиться. Я нуждалась в нем.
Когда мой язык высунулся в третий раз, его лицо было близко к моему, он наблюдал за мной, и когда я меньше всего этого ожидала, он сильно схватил меня за подбородок и засунул мне два пальца.
Боже мой.
Аллилуйя!
Я втянула их в рот, отчаянно посасывая, и Твитч на мгновение перестал дышать, его бедра судорожно дернулись в меня.
Он отпустил мои волосы так внезапно, что я чуть не рванулась вперед, но, к счастью, он поддержал меня, и когда я восстановила равновесие, его рука скользнула вниз между моих ног. Неожиданно он ущипнул меня за клитор, и я закричала. Он замедлил свои толчки и сделал это снова, слегка похлопывая мою киску между щипками. Время замедлилось, и мое тело расслабилось, когда знакомые мурашки покрыли всю мою спину. Мои глаза закрылись, когда цветные огни заплясали за закрытыми веками, и я застонала, когда Твитч спросил:
— Ты собираешься кончить на мой член, Ангел?
Я попыталась кивнуть, но не смогла. Вся моя энергия уходила на мой оргазм.
В тот момент, когда моя скользкая киска сжалась вокруг его члена, он издал стон и прижался лицом к моей шее.
— Бл*дь. Кончай для меня, детка. — Мое дыхание сбилось, когда я почувствовала первый спазм, и тогда Твитч произнес сквозь стиснутые зубы: — Да. Вот так. Выдои меня, — я была потеряна.
Я развалилась на части, и пока мое тело неудержимо вздрагивало, я не хотела, чтобы меня снова когда-либо собрали обратно.
Не сейчас. Никогда.
Твитч отпустил меня, и я упала вперед на кровать, тяжело дыша и ослабев от своего освобождения. Он сжал мои бедра так крепко, что останутся синяки, и притянул меня обратно к своим яростным толчкам. Закусив губу, я вцепилась в одеяло и застонала, звуки соприкосновения наших тел отражались от стен.
А затем, с низким рычанием, Твитч резко прижал меня к своему телу, опускаясь и накрывая мою спину, прижимая меня к себе.
Я почувствовала это.
Его пульсирующий член. Влажное тепло внутри меня.
Я почувствовала его освобождение. И интенсивность этого была одновременно пугающей и в то же время божественной. Удивительной.
Его низкий стон заполнил комнату, он тяжело дышал мне в ухо, я чувствовала, что он все еще внутри меня. Утешало ощущение того, что я окружена им, наполнена им. Меня успокаивало одно его присутствие. Этот человек никогда по-настоящему не поймет, как много он для меня значил, и этот простой факт разбил мое сердце так же быстро, как я думала, что оно могло начать заживать.