Неукротимый: возрождение (ЛП)

И, клянусь Богом, это была гребаная правда.
Я увидел, как лицо моей сестры смягчилось, и закатил глаза.
— Итак, хорошая новость в том, что я именно тот, за кого себя выдаю.
Аманда нахмурилась.
— А плохая новость?
— Плохая новость в том, что… — я усмехнулся. — …я именно тот, за кого себя выдаю.
Виновен по всем пунктам обвинения.
И моя сестра подавила смешок.
— Господи, иногда ты ведешь себя как придурок.
Так и есть.
Но я бы не стал извиняться за это.
— У нас все хорошо? — спросил я, рассеянно почесывая щетину на подбородке, потому что мне бы не хотелось потерять сестру так скоро после того, как я ее нашел, но я бы отпустил ее в мгновение ока, если бы это стоило мне Лекси.
Моя сестра долго смотрела на меня, прежде чем вздохнуть.
— Думаю да, но клянусь Богом, Тони, если ты снова причинишь ей боль… — она замолчала.
Я встретил встревоженный взгляд моей сестры.
— Не могу обещать, что не сделаю этого. Все это ново для меня — быть привязанным к одной женщине, быть отцом. Я обязательно облажаюсь раз или два. — Или десять. Я устало выдохнул. — Но я постараюсь этого не делать.
Это было лучшее, что я мог дать.
— Хорошо, — сказала она, вставая. — Обними меня. Мне нужно встретиться с моим племянником на игровом свидании.
Привязанность была тем, над чем я работал. Для меня это было не естественно, но для Аманды наоборот, так что я бы отдал ей должное за то, что она терпела мою грубую задницу. Выпрямившись во весь рост, я протянул к ней руки, согнув пальцы в жесте «иди сюда», и она улыбнулась мне, шагнув в мои объятия.
Я крепко обнял свою младшую сестру, и она обняла меня в ответ. Когда мне показалось, что это уже слишком, я отпустил ее, но она крепко держалась за меня. Не зная, что делать, я неловко поднял руку и начал похлопывать ее по плечу, и она рассмеялась мне в грудь.
— Скажи, что ты не гладишь меня, как собаку, парень.
Я громко вздохнул, улыбка тронула мои губы.
Бл*дь, эта засранка вызвала у меня смущение.
Ей повезло, что я начинал любить ее.
Игриво оттолкнув ее, я наблюдал, как она спотыкается и смеется надо мной, и указал на дверь.
— Убирайся нахрен отсюда. — Это только заставило мою сестру смеяться еще сильнее, но она все-таки ушла.
Ну что за гадина.
***
Линг
Аслан отстранился от меня. Он был обеспокоен, и я не знала почему, но он заставлял меня также нервничать. В тот момент, когда его губы оторвались от моих, я сердито посмотрела на него.
— Что с тобой сегодня не так?
Он долго смотрел на меня, прежде чем усадил к себе на колени, обвивая руками мое тело и прижимая меня к себе. Его лицо было совсем близко, и хотя вся эта история с теплом была для меня в новинку, мне это вроде как нравилось.
— Что мы здесь делаем, детка?
Мы вели себя глупо. В значительной степени гарантируя, что ненависть наших семей будет продолжаться. Это было почти так, как если бы мы хотели, чтобы мир узнал, какими эгоистичными и глупыми мы были на самом деле, потому что, несмотря на то, что мы прятались, мы не использовали все возможности на этом фронте.
Это была наша третья встреча в городской квартире, которую я специально сняла, чтобы встречаться с ним. Я была идиоткой и уверена, что меня поймают, но когда дело дошло до Аслана, я действительно не думала о последствиях, и мне было все равно. Кроме того, до сих пор он отказывался трахать меня, так что в действительности, что мы делали? Не так уж много.
Но, по правде говоря, если бы мои братья узнали, они бы убили меня. В буквальном смысле.
Я остановилась на честности.
— Мы крупно облажались.
Когда он тихо рассмеялся, глядя на меня так, как всегда смотрел, с привязанностью в глазах, которая была направлена на меня, я почувствовала, как часть льда вокруг моего сердца треснула, медленно оттаивая.
— Пойдем со мной в постель, — я наклонилась и проговорила ему в губы, впиваясь в его твердый член.
Но он покачал головой, нежно улыбаясь.
— Нет.
Он убивал меня. Я была так чертовски возбуждена, что была готова трахнуть его ногу, если бы он только позволил мне.
 
О Боже мой. Послушай себя.
Если бы он позволил мне?
Кем я стала и что, черт возьми, случилось с Королевой Драконов?
Мне не нравился тот человек, которым я была, когда была с этим мужчиной. Он заставил меня почувствовать себя слабой, а это никуда не годилось. Я была сама по себе. Я ни на кого не полагалась, ни в ком не нуждалась. Я была счастлива, что не связана узами брака.
Пошел он.
— Прекрасно. Думаю, я просто пойду и найду хороший молодой член, чтобы отсосать. — Когда его глаза вспыхнули, я продолжила: — Может быть, я позволю ему немного поласкать мою киску, и когда он заставит меня кончить… — я прижалась к нему своими сиськами, — …я покажу ему благодарность, назвав его папочкой. Им это нравится, знаешь? — Когда я попыталась встать, Аслан схватил меня за запястье так сильно, что останется синяк, и я ухмыльнулась, понимая, к чему все идет. — Ты передумал, Ас?
Он быстро встал, и я рухнула на пол бесформенной кучей.
— Ублюдок, — кипела я.
— Не знаю, почему я, черт возьми, беспокоюсь о тебе, — сказал он, отходя от меня.
И вдруг мне стало плохо из-за его потери.
Святое дерьмо.
Это было что-то новенькое. Не знаю, понравилось ли мне это.
Как раз перед тем, как он подошел к выходу, я крикнула:
— Подожди. — И, к моему шоку, он послушался, остановившись у двери.
Ага. Подумав об этом. Мне это совсем не понравилось.
Глядя так, как будто он хотел ударить суку, я удивилась, почему он просто не ударил. Он знал, что я готова к этому. На самом деле ничто не сделало бы меня счастливее, чем если бы он просто трахнул меня до потери пульса.
Я не могла поверить, что собиралась сказать то, что сказала.
— Это ново для меня, Ас. Ты должен дать мне передышку, когда я буду давить, потому что я не знаю ничего лучшего. — Ты киска. Я вздохнула, униженная тем фактом, что поставила себя в такое положение. — Мне не нравится расстраивать тебя.
Внезапно он повернулся и свирепо посмотрел на меня.
— У меня дома есть жена, Линг, и хочешь — верь, хочешь — нет, она меня чертовски обожает. Мне не нужна эта детская чушь, в которую ты любишь играть, эта чушь про ревность. Ты сводишь меня с ума. — Когда он покачал головой и положил руки на бедра, как будто размышляя о тяжести мира, мои внутренности сжались, потому что я знала, что будет дальше. — Не думаю, что мы должны делать это снова.
И поскольку я понятия не имела, как справиться с внезапно нахлынувшей на меня печалью, я сердито посмотрела в ответ.
— Нет проблем. — Мой голос был низким. — Тебе пора уходить.
В конце концов, я унаследовала мамино самообладание и характер отца.
Красивый турок какое-то мгновение сражался сам с собой, а потом оглядел меня с ног до головы, махнул рукой в мою сторону и поджал губы.
— Знаешь что? К черту все это. Я ухожу.
Мысль о том, что Аслан Садык оставит меня, чтобы вернуться домой к жене, которая его обожала, привела меня в такое бешенство, что я высказала свое мнение. Бросившись к своей сумочке, я вытащила пистолет 22-го калибра, положила палец на спусковой крючок и выстрелила.
Бах.
Звук эхом разнесся по пентхаусу, и когда все его тело дернулось от шока, я упивалась этим. Он моргнул, увидев дыру в стене рядом со своей головой, и снова повернулся ко мне, широко раскрыв глаза.
— Ты сумасшедшая сука.
Да. И тебе лучше не забывать об этом.
— Никогда не возвращайся, Ас. Ты официально исчерпал мое гостеприимство.
Его темные глаза пристально наблюдали за мной долгое время, прежде чем он повернулся и оставил меня наедине с моими мыслями.
И это было не самое приятное место, чтобы оставить сумасшедшую суку.
***