Неукротимый: возрождение (ЛП)

Мои легкие снова заработали, и я медленно сделала глубокий, обжигающий вдох, а затем ответила на выдохе:
— Я хочу встретиться с ней.
Юлий моргнул, глядя на меня.
— Да? — затем он улыбнулся. — Черт, Лекс. Она будет на седьмом небе от счастья. Она умирает от желания познакомиться.
Когда я посмотрела на Ану, та выглядела такой счастливой, но я не могла нормально функционировать.
О Боже мой.
У Твитча была сестра.
***
Твитч
— Ты тупой сукин сын. — Хэппи уставился на меня, когда я открыл входную дверь.
— Повтори? — сказал я со смертельным спокойствием.
Этому засранцу нужно еще раз подумать, если он уверен, что может прийти в мой дом и так со мной разговаривать. Я имею в виду, мы были друзьями долгое время. И он должен уже хорошо меня знать. Я дам ему в челюсть быстрее, чем он успеет это предвидеть.
Хэппи вошел, и я закрыл за ним дверь. Он расхаживал взад и вперед, и пока он это делал, я заметил, что он держит в руках контейнер.
— Это для меня?
Губы Хэппи скривились, и он бросил контейнер в меня. Я взял его, открыл, и в животе у меня заурчало при виде спагетти и фрикаделек. Моя малышка чертовски хорошо умела готовить, и я любил итальянскую кухню. Не говоря больше ни слова, я подошел к раковине, взял вымытую вилку и принялся за дело. Я запихнул вилку в рот и издал низкий горловой звук, пережевывая, а затем пробормотал:
— Люблю ее фрикадельки.
Когда он перестал расхаживать, то повернулся ко мне и произнес:
— Ты что, с ума сошел или твоя миссия — быть пойманным? — когда я бросил на него мрачный взгляд, он указал на меня. — Не испытывай меня сегодня, ублюдок. Я только что вернулся домой после четырнадцатичасового перелета, и мне не сосали член целую чертову неделю. Ты думаешь, я хочу быть здесь с твоей угрюмой задницей? Нет, чувак. Я хочу быть дома, а не читать тебе нотации.
Что за херня была у него в заднице?
Я медленно прожевал, затем проглотил.
— Тогда, бл*дь, вали, сука. Мне все равно.
Но затем Хэппи упер руки в бока и пробормотал:
— Ты навещал ЭйДжея?
О.
Я перестал жевать.
Это.
В любом случае, какого хрена это было его дело? Я никому не причинял вреда.
Я выдержал его взгляд, и он провел рукой по своей лысой голове, а затем усмехнулся.
— Лекси хочет отвести его к психиатру, Твитч. Думает, что он страдает от горя, потому что, хоть убей, она не может понять, почему он вдруг повсюду видит тебя.
Ладно. Возможно, это было проблемой.
Хэппи спросил:
— Как долго? — но я не ответил.
С моим мальчиком все было в порядке. Ему не нужен был психиатр. Он нуждался в своем отце, и я работал над этим.
Я мысленно вздохнул, поковырялся в еде, а затем мрачно пробормотал:
— Я разберусь.
Хэппи секунду моргал, глядя на меня, прежде чем отмахнуться и уйти. Прежде чем захлопнуть дверь, он сказал:
— Я тебе ни хрена не верю, чувак.
Я съел остаток своей еды в тишине, стараясь не обижаться на то, что моим друзьям сегодня досталось пообщаться с моей женщиной, пока я сидел в темноте, украдкой наблюдая за происходящим с другой стороны улицы.
  
Глава 5
 
Лекси
Я нервничала.
Наверное, мне не следовало этого делать, но я нервничала. Я имею в виду, из-за того, что знала, Аманда даже никогда не встречалась с Твитчем. Но у них были одни гены, и это заставляло меня нервничать.
Будет ли она похожа на него?
Будет ли такой же властной, как и он?
Я ничего о ней не знала, и Юлий подумал, что так будет лучше, если мои впечатления будут исходить от этой женщины, а не от рассказов о ней, и я должна была уважать это. Но когда я сидела перед туалетным столиком, нанося легкий макияж, то не могла не думать о ней.
Я быстро оделась в симпатичные джинсы в обтяжку и футболку, затем собрала волосы в высокий хвост. Посмотрев на себя в зеркало на туалетном столике, я удовлетворенно вздохнула. Это было так хорошо, как только могло быть. Я больше не утруждала себя переодеванием, не хотела из-за нервозности переусердствовать, боясь выглядеть идиоткой.
 
Итак, момент истины.
Когда попыталась выйти из своей спальни, мои глаза уловили вспышку розового цвета на моей тумбочке. Я нахмурилась, но ноги сами понесли меня к нему, и с мягкой, смущенной улыбкой я подняла маленькую циннию, которую явно сорвали с нашего переднего двора, поднесла ее к своим улыбающимся губам, вдыхая ее нежный, землистый аромат.
Мой сын был настолько чист сердцем, что иногда это убивало меня. Я делала все возможное, чтобы научить его приходящему в упадок искусству джентльмена. ЭйДжей ненавидел уроки танцев, которые я навязывала ему, но я поклялась, что он научится танцевать вальс, и по большей части мы веселились, занимаясь этим. Я старалась изо всех сил привить ему хорошие манеры, но, что ж, он был ребенком Твитча, так что я сделала с этим все, что могла.
Не знаю, как долго простояла на кухне, глядя в большое эркерное окно гостиной, но когда увидела подъехавший серебристый седан, мое сердце замерло. Я приложила руку к своему животу в слабой попытке остановить трепетание.
Мое сердце бешено заколотилось.
Что, если я ей не понравлюсь?
О, нет.
Что, если она мне не понравится?
Вот дерьмо.
Слишком поздно.
Миниатюрная рыжеволосая женщина, одетая в черные джинсы и белую блузку, уже пересекла половину лужайки перед моим домом. Из-за огромных солнцезащитных очков было трудно разглядеть ее черты. И тут раздался звонок в дверь.
Я сосчитала до семи, прежде чем открыть дверь, и молча стояла в проеме. Когда маленькая американка сняла солнцезащитные очки, обнажив поразительные голубые глаза и россыпь веснушек на носу, я была удивлена. Она совсем не была похожа на Твитча. Я ничего не могла поделать с внезапным иррациональным разочарованием, которое почувствовала.
Но потом она улыбнулась, и вот появился его проблеск.
— Лекси?
Я не хотела этого делать. Действительно не хотела. Я изо всех сил старалась остановить это, но не смогла.
Я приложила руку к дрожащим губам, мое зрение затуманилось, и я заплакала в полной тишине, кивая.
Лицо маленькой женщины исказилось, и она подошла ко мне, притянула к себе и долго обнимала. Когда она отстранилась, ее собственные ресницы были мокрыми, и я издала хриплый смешок.
— Привет.
Она вытерла щеки, прежде чем подавилась собственным смехом.
— Привет.
Сумев взять себя в руки, я глубоко вздохнула.
— Ну, все прошло не так, как я планировала. — Смущенный смешок вырвался из моего горла. — Пожалуйста, входи.
Каким-то образом неожиданный всплеск эмоций с обеих сторон установил связь между нами, и я сразу почувствовала себя непринужденно с этой женщиной. Я вошла на кухню, обернулась и спросила:
— Кофе?
Аманда бросила свою сумку на пол, выдвинула стул и села на него, этот домашний жест заставил меня проникнуться к ней еще больше.
— Ты просто ангел.
— Забавно. — Я усмехнулась и включила кофеварку. — Так обычно называл меня твой брат.
Как ни странно, она сказала:
— Знаю. — Но когда мой озадаченный взгляд остановился на ней, она немедленно исправилась: — Я имею в виду, слышала об этом.
Тогда ладно.
Пока кофеварка наполнялась, я чувствовала себя немного неловко.
— Мне очень жаль. Я не собиралась так знакомиться с тобой, расплакавшись. Наверное, была немного ошеломлена. — Я прикусила внутреннюю сторону щеки. — Ты не похожа на Твитча, но когда ты улыбнулась… — я пожала плечами. — На секунду я увидела его в твоей улыбке.
Лицо Аманды смягчилось.
— Ты, должно быть, очень его любила.
Я налила кофе и тихо сказала:
— До сих пор люблю. — Когда протянула ей кружку, добавив сахар и сливки, я продолжила: — Не знала, что у него есть сестра. Он никогда не упоминал о тебе.