Тернистая звезда (СИ)

– О, уже на поправку идёт, – улыбнулась Астер.
Но Ямика на улыбку не ответила. Мрачно покосилась в сторону разгромленного бутика.
– Они могут вернуться. Вернее, не они, а… другие.
– Да, если беспорядки продлятся долго, – инженер уселась на живописный диванчик для посетителей. – Но мы продержимся.
Ямика плотно сжала губы и задумалась. Но вдруг снова заговорила:
– А бхариец твой где?
  
– Понятия не имею, – честно ответила Астер. – Надеюсь, с ним всё в порядке. Обычно он в состоянии позаботиться о себе.
***
Секунд Арг с философской покорностью наблюдал, как его подотчётный чёрный священник покатался по траве и принялся изображать фламинго: поджал одну ногу и стоял лицом на восход, слегка покачиваясь на ветру.
А потом вдруг развернулся, подобрал пропитанную росой одежду, натянул на себя и как ни в чём не бывало зашагал к зданию гостиницы.
Кивнул обнимавшейся с секундом Нале, задержал взгляд на отводящей глаза Хэле. Обернулся к Сегою и отрывисто спросил:
– Астер?
Вместо белого священника ответил заламывающий руки историк:
– Её так и не нашли! Пропала, словно испарилась! Это всё я виноват!..
Джегг не стал возражать или отвлекаться на слова утешения. Обратился к верхогляду:
– Арг, ты сейчас отправишься по моему предыдущему адресу…
– Во флигель? – посчитал необходимым уточнить легионер. То есть первым его порывом было возразить, что он обязан охранять Джегга, а не быть у него на побегушках. Но вспомнил пронизывающий ужас нематериального пространства, в который провалился недавно через отражение в зрачках чёрного священника, и посчитал за лучшее мысленно согласиться с формулировкой: «действительный член конклава при исполнении служебных обязанностей, а я делаю, что он говорит, и всем будет лучше».
– Нет, туда, куда ракета прилетела, – невозмутимо поправил Джегг. – Найдёшь домик садовника, на чердаке сундук. В нём мой маскарадный костюм Императора Вселенной. Привези сюда.
– А… О… – слегка ошалел Арг от неуместной на его взгляд иронии. Но перечить поостерёгся. Лишь растерянно спросил: – Откуда вы знаете, что он там? Ведь при взрыве…
– Я сам его туда положил. Ещё до.
Чёрный священник выглядел таким уверенным и умиротворённым, что остальных это даже немного раздражало.
Явился вестовой от Фарха. Сухо сообщил странному типу в песочного цвета балахоне: центурион с командой расположился вокруг дворца леди Оливии. В здании засели террористы. И Фарх ждёт туда проповедника как можно скорее.
Рацию центурион тоже прислал, но оказалось, что расстояние для её использования слишком велико.
– Всему своё время, – безмятежно отозвался священник. – Возвращайся к Фарху и передай, чтоб готовил охотничьи рожки.
– Мне приказано привезти вас, – возразил молодой человек. Слишком молодой – ни сленга, ни специфики отношений легионеров с проповедником усвоить не успел.
– Фарх поймёт, – ответил Джегг тем бархатным тембром, сопротивляться которому было решительно невозможно.
Очень кстати вернулся Арг с комбинезоном. Джегг переоделся, но шлем оставил на столе, а на голову повязал тюрбан. Верхогляд пытался робко протестовать, но напоролся на жёсткую отповедь:
– Следить, чтоб снайпер мне голову не снёс – твоя забота.
Священник замаскировал офицерский комбез широкополой накидкой из местной пыльного цвета ткани (где только успел раздобыть?) и скомандовал Аргу:
– Теперь едем.
– Я с вами, – Сегой заранее набычился, предполагая отказ. – Я мелкую в где-то там не брошу.
Но Джегг легко согласился:
– Хорошо. Вперёд только садись. И в зеркало старайся не смотреть.
***
Долго ждать нового нападения не пришлось. Однако вопреки ожиданиям, то были не мстительные колонисты. На этот раз пришли Бессмертные. И пришли непосредственно к Ямике.
Первый, кто попытался взломать роллет на окне, с воплем отскочил.
– Проваливайте, а то хуже будет, – прокричала Астер, жалея, что не придумала организовать какой-нибудь громкоговоритель.
Со стороны улицы доносились только угрозы пополам с бранью. По крайней мере, так казалось Астер. Языка она не понимала, а Ямика не торопилась переводить, следовательно, ничего существенного фанатики не сообщали. Но вот Майя отчётливо побледнела. Забилась в угол и прижалась к Алексу. Тот храбрился, но в целом выглядел не намного лучше.
Потом к покорёженному участку на роллете подошла сама владелица салона. Она не повышала голоса, и тон её был совершенно спокоен. Что Ямика ответила Бессмертному, Астер тоже не поняла. Но по ту сторону пришли в настоящее неистовство. Люди с арматурой кидались на все окна и двери, орали от боли. Некоторые падали. И не все поднимались.
– Они упорные, – задумчиво резюмировала Астер, наблюдая осаду через последнюю уцелевшую камеру. – Но не очень умные.
Пару раз нападавших удалось опрыскать кислотой (её из бытовой химии выделил Алекс). Астер соорудила нечто вроде импровизированной шашки с удушающим газом – её забросили в разгромленное помещение бутика, чтобы отвадить оттуда непрошеных посетителей.
Бессмертных это отчего-то особенно разозлило.
– Что за шум? – испуганным полушёпотом спросила Майя.
– Мобиль, – уверенно ответила инженер. – Грузовой.
В следующее мгновение дверь массажного салона слегка прогнулась внутрь от удара. На той стороне здания камеры были уже разбиты, и осаждённым оставалось лишь напряжённо прислушиваться к происходящему.
Там кто-то ругался. Потом вдруг затих.
Прошло с четверть часа и динамика событий снова возросла: помимо ругани теперь слышались выстрелы из огнестрельного оружия, а один из роллетов начал отекать – палили и из энергетического. Дыру загородили поставленной стоймя массивной кроватью – если бы Астер не придумала, как организовать рычаг и блок из подручных материалов, с такой тяжестью им было бы не справиться даже вчетвером.
Последняя камера отключилась.
Астер ещё какое-то время прислушивалась к звукам, доносившимся снаружи, и озвучила вывод:
– Мне кажется, они там дерутся между собой.
– Колонисты подвалили, – согласилась Ямика. – Те трое как раз успели обратиться за помощью.
Астер несколько секунд анализировала варианты возможного развития событий. Вздохнула:
– Тогда давайте поедим.
***
– Вы вовремя, священник, – с облегчением приветствовал Джегга городской трибун.
Сегой хотел было сказать, что он тоже священник, но передумал.
– Тут энтропия настоящая творится! – в сердцах жаловался легионер, широким жестом указывая на картину разрушений. Посмотреть в самом деле было на что.
Частично осыпавшиеся, частично оплавленные фасады.
Кучи мусора.
Разбросанные тела. И их части.
Внушительных размеров грузовик впечатался в то место, где, очевидно, прежде был вход в массажный салон: покосившаяся вывеска частично накрыла кабину. Водительская дверь полуоткрыта, из неё наполовину высунулось бездыханное тело. Ещё один мертвец полулежал рядом, руки обоих сцепились в последнем рукопожатии.
– Двери под напряжением, – догадался Сегой. – Водителя тряхнуло, когда он попытался выбраться, второй решил помочь, в итоге цепь замкнулась полностью, через бетон покрытия… Это точно Астер!
– Мы едва разняли дерущихся, – между тем продолжал жаловаться трибун. – Да это уже и не драка! Это настоящая война! Но хуже всех те, кто закрепился внутри!
– Почему это? – насторожился Джегг.
– Профессиональные террористы, – уверенно заявил легионер. – Там баба какая-то жуткая. Есть заявление от пострадавших: чуть ли не файерболлами кидается. Ну, они, конечно, показания давали в состоянии аффекта, но ожоги внушительные. И ещё, вроде, с ней несколько человек. Таких же. Замкнутый электрический контур – ни на таран не пойдёшь, ни с плазменным резаком не подберёшься. Мы их уже и выкурить пытались…
  
– И-и? – внутри у Джегга вдруг стало холодно и пусто.