Опричник. Том 2 (СИ)
— Пф! — Оля вздёрнула носик, но тут же улыбнулась. — Мы и в самом деле уже готовы, Кирюш. Девчонки сидят на чемоданах перед входом в особняк и собирают взгляды всех домочадцев и охраны.
— Увлёкся, бывает, — уже совершенно искренне повинился я. — Но ты бы знала, насколько интересные вещи рассказывает управляющий твоего батюшки!
— Ой, только не начинай, пожалуйста! — взмолилась Оля. — Мы с Лёней всё детство выслушивали его истории и до сих пор можем рассказывать их наизусть!
— О! Тогда я тебя обрадую ещё больше, — улыбнулся я. — Теперь вы будете изучать его истории профессионально. Как эфирники. Обещаю.
— Лёня будет в шоке, — констатировала Оля, всмотревшись в моё лицо и убедившись, что я не шучу.
— Ничего-ничего, тяжело в учении, легко в бою, — отмахнулся я.
Оказавшись на крыльце особняка, мне пришлось убедиться, что жена не обманула ни словом. Почти вся компания моих учеников сидела на чемоданах и только что не подпрыгивала в ожидании. Впрочем, мелкие не только прыгали, но и пописк… стоп! А они что здесь делают?!
— Анна, Инга… — заговорил было я, глядя на младших девчонок, устроивших возню с крутящимися рядом блюфростами.
— Мы тоже ученицы, — моментально ощетинилась Инга, понявшая по моему тону, что сейчас её с подругой отправят восвояси.
— Кирилл, но ведь девочки правы, — тут же вступилась за мелких Елизавета под кивки близняшек. А тут ещё и Оля прижалась грудью к моей руке и обдала жаром своего дыхания шею. Хорошо ещё, что Вербицкая в этом балагане не участвует, изображает из себя каменную статую. А вот Леонид подкачал. Косится на меня с укором. Эх…
— Не обижай их, Кирюш, — почти неслышно прошептала Оля. — Они же тоже твои ученицы, помнишь?
Я возвёл очи горе, глубоко вдохнул и, досчитав до десяти, кивнул.
— Вы машины вызвали? — я уставился на Ингу, и та, явно не ожидая столь лёгкой победы, слегка опешила. Но тут на помощь сестрёнке Рогова пришла Анна. Стремительно пробежав пальцами по развёрнутому, но невидимому посторонним экрану коммуникатора, она ткнула подругу пальцем в бок и что-то шепнула, почти не разжимая губ.
— Машины будут поданы через три минуты, — тут же доложилась Инга.
— Молодцы, — я сделал вид, что не заметил этого «театра», и повернулся к близняшкам. — Мила, Лина, вы проконтролировали сборы нашей младшей группы?
— Обижаешь, учитель, — нарочито огорчённо покачала головой Мила. — Всё проконтролировали, всё проверили, все игрушки выложили, всё разрешённое оружие опечатали.
— Мне одному кажется, что слова «оружие» и «младшая группа» как-то плохо гармонируют? — поинтересовался я у небес под хихиканье учениц. Переглянулся с Леонидом и… сочувственно покивав друг другу, мы направились к подъехавшим к крыльцу машинам. А чемоданы поплыли к ним сами, под управлением старших учениц, разумеется.
Старшая группа, младшая группа… всё понимаю и спорить не хочу. Инге, как и Анне, действительно нужна уверенность в себе и своих силах. Они считают себя моими ученицами, я их называю своими ученицами, но им жизненно необходимо зримое подтверждение этого факта. Особенно Инге. Уж я-то знаю, как тяжело бывает этой егозе изображать из себя фонтан оптимизма, когда старшие девчонки творят всякую мистическую дичь, на которую она сама не способна. Ничего, мелкая, дай-то срок, я из тебя сделаю мастера. Как минимум!
Но вот блюфростов в эту поездку я точно брать не планировал! И их мнение на этот счёт учитывать не собираюсь. Я сказал!
Почуявшие моё недовольство, крутившиеся у нас под ногами щенки осели на толстые задницы и уставились на меня печальными взглядами. Да ну на фиг! Мало мне детского сада в поездке, так ещё и зоопарк с собой тащить? Участники фестиваля будут в ауте, полагаю. Нет уж…
Короткий эмоциональный посыл и… блюфросты, подобравшись, резво порысили ко входу в особняк.
— Я думала, они будут проситься с нами, — растеряно протянула Оля, глядя вслед уверенно чешущим прочь щенкам.
— Они бы и просились, — отозвался я. — Но я объяснил, что не хочу оставлять охрану и защиту норы лишь на неуклюжих двуногих. И они согласились присмотреть за домом твоего батюшки в наше отсутствие.
— Какие молодцы, — деланно умилённо покивала Оля и, заметив, как Нахал «грозно» рычит на не успевшего убраться с пути щенков охранника, тихонько рассмеялась. — Кажется, они восприняли твой посыл очень серьёзно. И теперь будут строить отцову дружину по своему разумению.
— Да, полагаю, это будет весело, — усмехнулся я. — По крайней мере, первые пару дней. А вот потом…
— А потом мы вернёмся, — кивнула Ольга и, сделав паузу, договорила: — и нас объявят защитниками и спасителями от авторитарного правления четырёх всадников Апокалипсиса.
— Толстого, Нахала, Хитрой и Малой, — поддержал я пафос жены.
— Во всяком случае, это звучит лучше, чем Глад, Мор, Война и Смерть, — заметила она.
— Ну, вы долго там будете шушукаться? — прервал наш разговор возглас Инги, уже успевшей забраться в первый из двух гробоподобных чёрных вездеходов с боярскими флажками над крыльями и теперь нетерпеливо подпрыгивающей на кожаном сиденье. — Время не ждёт!
— И что-то не вышло. Глядя в свою телефонную книжку… [23] — на автомате промурлыкал я, придерживая дверь машины для Ольги.
— Это что? Откуда? — тут же заинтересовалась она, но я отмахнулся, устраиваясь рядом с ней на заднем диване.
— Услышал где-то, сейчас вот вспомнил, — пробормотал в ответ и, заметив взгляд водителя в зеркало заднего вида, захлопнул дверь. — Командуй полный вперёд, Фёдор Алексеевич.
— Понял, — отозвался водитель и, пробормотав пару слов в гарнитуру, тронул машину следом за головной.
А на Ходынке нас уже ждал «Борей» и довольный предстоящим полётом Рогов, не поленившийся лично сесть за штурвал аэродина ради такого случая. А ведь я поначалу хотел добираться до места проведения фестиваля обычным гражданским рейсом… Но, узнав об этом намерении, майор «Гремлинов» встал на дыбы, отстаивая своё право на доставку нашей компании в Европу, и спорить с ним я не стал. Последние дни для Рогова выдались уж очень шебутными и заполненными огромным количеством бумажной работы на Апецке, и любимое хобби должно дать ему возможность немного «отпустить вожжи» и расслабиться. Жоре это, кажется, необходимо.
Три с половиной часа в пути, и вот уже под нами Хехинген — маленький пряничный городок в Баден-Вюртемберге, уютно устроившийся под крылышком своего покровителя, имперского князя Виктора Шенка фон Штауфенберга, экселенца и личного поверенного рейхсканцлера Второго Рейха.
Красные черепичные крыши фахверковых зданий, булыжные мостовые и общий старинный дух древнего городка, помнящего ещё поступь римских легионов, не нарушали даже признаки надвигающегося фестиваля. Уж очень органично смотрелись на его улицах и площадях украшавшие их цветные гирлянды, праздничные летающие фонари и хлопающие на ветру флаги, от геральдического шика и разноцветья которых порой начинало рябить в глазах… И толпы праздношатающегося люда, конечно. Среди которого то и дело попадались компании в одинаковой и подчас весьма странной одежде.
— Надо скорее заселиться в отель и переодеться в нашу форму, — провожая взглядом компанию молодых людей в синей форме довольно свободного кроя, проговорила Лина.
— У нас есть форма? — удивился я и, поймав недоумённые взгляды учениц, хмыкнул. — Что? Я впервые слышу об этом.
— Есть у нас форма, есть, — погладила меня по руке Оля. — Я просто не стала беспокоить тебя такой ерундой.
— Моя жена — ангел, — довольно улыбнувшись, сообщил я всей нашей компании под смешки близняшек. Елизавета с Марией только покачали головами, а Леониду и мелким… ну, они были заняты разглядыванием празднично украшенной улочки, по которой мы шли к отелю, и, по-моему, просто пропустили мои слова мимо ушей.
К тому моменту, когда мы пешком добрались от посадочной площадки до гостиницы, наши вещи уже ожидали нас в забронированных номерах. И здесь я получил возможность убедиться в том, что Ольга не покривила душой и форма у нашей будущей школы действительно имеется. Но вот чего я не ожидал, так это того, что жена и меня заставит нарядиться в нарочито простецкие довольно широкие и не стесняющие движений штаны и рубаху из белёного льна.