Осторожно! Психопат в клане! Том 2 (СИ)

— Мне плевать на ситуацию в Санкт-Петербурге, — перебил меня Пётр.
— Простите, что? — не понял я.
— Я чувствую её. Душу своего младшего сына. Она сейчас в тебе, Александр Перекрёстов.
У-ху-ху. Нехорошее начало.
Но врать ему точно не стоит.
— Так и есть, — признался я.
— Я может и помог бы вам, и вашим кланам справиться с нависшей угрозой. Но есть одна проблема. Владислав Островский был мне кое-что должен, — Пётр гневно ухмыльнулся. — И поскольку его душа теперь в тебе, этот долг вернёшь мне за него ты.
Ну, Влад, твою-то мать!
— И что же он был вам должен? — спросил я.
Пётр Островский выдержал короткую паузу и произнёс:
— Дуэль.
  
Глава 19
 
Ну Влад «Акула-бизнеса», вот ты и подкинул мне подлянку. Прямо из могилы.
— И как же так вышло, что ваш сын задолжал вам дуэль? — спросил я.
— Он предал наш клан! — рявкнул Петр. — Владислава не устраивали наши устои. Он не хотел жить на острове. Хотел стать большим человеком в городе. Вот только в итоге, как я понимаю, он стал трупом — и не более того.
— Это не так, — не согласился я. — Влад Островский был влиятельным бизнесменом и настоящим героем. Он был солдатом, и он погиб, защищая свой отряд.
— Меня не волнует, кого он там защищал. Его кровь — кровь морской магии. Она должна была остаться здесь. И проливаться она должна была за свой клан и свой род. Он — предатель. И я ни за что не поверю, что мой младший сын был героем. Я вызвал его на дуэль! Но он отказался, уплыл, как последний трус.
— Что за бред? — не выдержал я. — А вы не думали, что он просто не хотел биться с собственным отцом?
— Глупый мальчишка! — рассмеялся надо мной Островский. — Ты живёшь в городе и не знаешь о законах нашего рода. Никто их не знает. Мы живём по древним заветам. И сын, который боится принять вызов своего отца — трус. Какими бы ни были благими его намерения.
Этот разговор начал меня вымораживать. Старый маразматик нёс откровенный бред.
— Влад был другим, и не хотел жить по вашим заветам. Поэтому и ушёл из Кронштадта. Но я хочу, чтобы вы знали, что он нашёл свою семью. Новую семью, — воскликнул я. — И ею стал клан Московского района. Там его любили и уважали.
Петр Островский вздрогнул. Похоже, мои слова задели его. Чёрт его знает, зачем я закатил эту песню про Влада! Мог бы просто попробовать его уболтать, выпросить помощь в войне со Шнейдром.
Но нет.
Влад Островский — часть моего движка. Его душа живёт во мне и запитывает меня силой. А значит, я должен поддерживать его интересы.
— С чего ты взял, что так хорошо знаешь моего непутёвого сына? — спросил Петр.
— Вы же сами сказали, что почувствовали внутри меня его душу, — пожал плечами я. — Всё так и есть. Он в моём магическом движке. И я вижу саму суть его души.
— Вот как… — Петр улыбнулся. — Тогда ты тем более не оставляешь мне выбора, князь Перекрёстов. Верни должок моего сына.
Петр Островский поднялся с железного трона и громко воскликнул:
— Я вызываю тебя на дуэль!
Его громкий голос эхом пронёсся по залу.
— Едрить твою… — прошептал Лёха Бьёрнсон. — Зашибись, прошли переговоры.
— И я принимаю вызов, — кивнул я. — Но договор будет таким: я даю вам дуэль, а вы даёте нам поддержку в войне со Шнейдером.
— Со Шнейдром? — переспросил Петр. — Это ещё кто?
— Тот, кто надерёт ваш зад, князь Островский, если мы не придём к соглашению.
— Хорошо. Я выслушаю твою просьбу. Если выживешь, — заявил Петр и пошёл к выходу из тронного зала. — Следуй за мной, Перекрёстов. Не будем терять времени. Я ждал этого момента пять лет.
Наша скромная компания вышла на громадный балкон, с видом на бушующее море. Шторм до сих пор не утих.
— Мы будем драться здесь? — спросил я, убирая с лица мокрые волосы.
— Да, — кивнул Петр. — Используя нашу морскую магию. Олег сказал мне, что ты забрал не только душу моего сына, но и его силу.
Хреново дело. Я не так уж и хорошо владею формой акулы. А этот старик в этом деле явно собаку съел. И не одну. Надеюсь, по крайней мере, что на этот раз обойдётся без кракенов. Теперь у меня особое отношение к этим существам.
 
— Мой старший сын — Олег будет свидетелем, — добавил Петр. — На случай, если я паду в этом бою, он будет знать, что это не было убийством.
— Даже так? Значит, мне дозволено убить вас? — удивился я.
— Как и мне тебя.
— Лёха, — шепнул я Бьёрнсону. — Ты будешь моим свидетелем. Если в бою паду я, скажешь всем, что это было жестокое убийство.
Лёха громко рассмеялся и хлопнул меня по спине.
— Задай ему жару, Перекрёстов! — воскликнул он.
И мы с Петром Островским встали друг на против друга.
Магические движки зарычали. И без того солёный воздух заполнило терпкое ощущение морской магии.
— Влад, ты меня слышишь? — мысленно спросил я.
Но в ответ тишина.
Зашибенный магический движок! Работает, как связь с миром духов, только тогда, когда ему это нужно!
Ладно. Поехали!
Я направил магию Островского во все клетки своего тела. В такие моменты мне кажется, что по венам начинает струиться морская вода.
Тело начало расти, я уже начал привыкать к преобразованию в акулу.
Интересно, кем станет Петр?
Ответ не заставил себя долго ждать. Тело Петра Островского вытягивалось и уплотнялось. Его торс не разрастался вширь, как мой, но под рубашкой старика стали заметны крепкие выпирающие мышцы. Кожа Островского стала тёмно-синей. Его нос начал удлиняться, превращаясь в одно сплошное лезвие.
Будь я проклят… Рыба-меч! Вот уж чего не ожидал.
Но на этом занимательные причуды «морского» боя не закончились.
Петр схватился за свой нос и оторвал его от лица. Теперь в руке могучего старика красовался острый, как бритва, меч.
Буквально, сука, рыба-меч. Зря Салтыков психушку снёс. Честное слово, я сам туда вернусь, только отпустите меня с этого острова.
Петр Островский сорвался с места, как ракета. Я попытался отскочить в сторону, но тяжелое неповоротливое тело акулы не давало мне полноценно маневрировать.
Придётся отбивать клинок рукой.
Я защитился правым предплечьем. Лезвие меча вошло в мою кожу и застряло неподалёку от кости.
Чуть руку мне не отсёк ублюдок! И это при том, что мою шкуру хрен пуля возьмёт. Таким мечом можно металл разрубить при желании.
Я громко клацнул острыми зубами прямо перед лицом врага. Рот, или точнее, пасть заполнило привкусом крови. Мне удалось ранить его плечо, но старик резким рывком выдернул из меня меч и сделал два шага назад.
Ловкий сукин сын. Интересно, какой бы была наша битве, окажись мы оба под водой?
Лучше не проверять. Не уверен, что там у меня будет преимущество. Похоже, эта магия адаптирована для боя, как в воде, так и на суше.
— Александр, слышишь меня? — послышался в голове голос Влада.
— Да неужели! — мысленно воскликнул я. — Я уж думал, ты и не придёшь!
Мы вновь сцепились с Петром. Мой торс покрылся разрезами, но и старик пропустил несколько крепких тумаков здоровенными кулаками. Мы практически без остановки обменивались ударами, каждый из которых мог оказаться смертельным.
— Так и думал, что мой сумасшедший отец разведёт тебя на эту дуэль! — воскликнул Влад. — И ты купился?
— А что мне оставалось делать? Он оскорблял тебя! — ответил я. — Кроме того, этот человек ясно дал мне понять, что стоит от него ждать. Знаю я таких. Не сражусь с ним — и он никогда не согласится помочь.
— Дело говоришь, — согласился Влад. — Как я понимаю, раз ты рассчитываешь на помощь моего отца, убивать его ты не намерен?
— Нет. Просто победить.
— Но он явно пытается убить тебя. Вернее, нас обоих, — предупредил Влад.
— Тем интереснее. Наблюдай, акула бизнеса. Я сделаю твоего батьку на раз-два.
Мы бьёмся на равных. Так нашу дуэль не закончить. Придётся превзойти его. И я знаю верный способ.
Настал решающий момент. Петр Островский несётся на меня с клинком в руках, но я стою на месте. С этим телом нет смысла уклоняться. Я ударю его, несмотря на возможное ранение. И этот удар решит всё.