Круги на воде (СИ)

  *
Эмили забралась в облюбованную Ленни «Корвегу» — ну, а почему бы, собственно, и нет? Стёкла покрывал плотный слой пыли и грязи; разглядеть снаружи, что в машине кто-то есть, не сумел бы и самый дотошный наблюдатель… «Корвега» была тихой гаванью на краю асфальтового моря. Тихой, как само отчаяние.
Она не верила Ленни. Не верила, что гуль сможет что-то исправить, и не верила ему самому. Он уже дважды предал её, хладнокровно и осознанно — разве этого не достаточно для статистики? И всё-таки Эмили не отважилась нажать на спусковой крючок «Кольта». Ленни, этот несуразный, невезучий, вконец завравшийся жулик, был сейчас единственной ниточкой, которая связывала её с Хароном. Их единственным шансом.
Эмили судорожно сплела почерневшие от пыли пальцы — до боли, до хруста. Харон был так близко, совсем рядом, — эта мысль сводила её с ума. Как и осознание того, что сегодняшняя возможность встретиться с ним может стать последней. А она так хотела его увидеть — пусть издалека, пусть на пару секунд, только бы убедиться, что Харон жив и здоров — а больше ничего и не надо…
Эмили нервно усмехнулась. Нет, надо, — потому что скромность и умеренность можно себе позволить лишь тогда, когда у тебя в запасе есть целая жизнь, а не жалкие несколько месяцев. Надо, чтобы Харон вернулся домой. В их общий дом, где они прятались от войны и от судьбы, — и ведь отлично же получалось, пока Пустошь не заявилась к ним на порог, чтобы истребовать налог за несколько месяцев счастья; а им с Хароном, как всегда, нечем было платить. Надо, чтобы все контракты, все договорённости, все долговые расписки обратились в золу, в прах, в ничто. И надо уже завершить наконец тот проклятый разговор, тень которого так и тянется за ними обоими, как трупный запах, — завершить, забыть навсегда и начать новый, длиною в жизнь…
И Эмили сидела в «Корвеге», бездумно глядя на погасшие лампочки на приборной панели, и надеялась, что Ленни успеет увести Харона — увести из Кентербери, из Рейвен-Рок, подальше от смерти. Ведь ничего, кроме надежды, ей не оставалось.
Потом пошёл дождь. И — вместе с дождём — вернулась Сара Лайонс. На этот раз одна, а не в сопровождении отряда рыцарей.
— Никого там не было, в тоннелях, — сказала она хмуро, приоткрыв дверь «Корвеги». — Какая-то психичка с дрессированными муравьями — и всё. Надо было нам сразу двигать в сервисный центр, как и собирались.
— А что там, в сервисном центре? — спросила Эмили как можно спокойнее.
— Тоже ничего, — Сара вздохнула. — Точнее, кто бы там ни был — все разбежались до нашего прихода… Должно быть, твой Липучка просто что-то не так понял.
— Должно быть, — согласилась Эмили.
— Ладно, Данфорд, идём в город, — Сара протянула ей ладонь в металлической рукавице, помогая выбраться из машины. — Проведаем Клайва и остальных.
— Его зовут Клайд, — сказала Эмили. Но Сара, похоже, не расслышала.
Лазарет развернули в бывшей авторемонтной мастерской — крохотный медицинский кабинет Кентербери просто не сумел бы вместить всех, кто нуждался в помощи. Липучка лежал на незастеленной койке, отвернувшись к стене, и ровно, размеренно дышал. Спит он или притворяется, Эмили сказать бы не смогла — большую часть лица мальчишки скрывала неуклюжая добротная повязка.
Эмили осторожно провела рукой по щеке Липучки — и болезненно поморщилась: на бледной коже остались грязно-серые полосы от пальцев. Чёрная метка. Единственное, чем она смогла отблагодарить упрямого мальчишку, который так решительно и бесцеремонно влез в её жизнь, что украл пулю, предназначенную для мисс Эми. Впрочем, бывают подарки, за которые не благодарят — для этого попросту нет подходящих слов ни в одном языке мира…
— А хорошенький, гад, — со вздохом проговорила Кирпич, подойдя к койке. — Даже теперь. И стреляет хорошо… Знаешь, малая, раз ты такими парнями разбрасываешься — мы его себе заберём. Нечего ему киснуть в Ривет-Сити, а уж тем более сторожить всяких там полоумных девиц. Правда, Рейли?
Рейли кивнула. Она полулежала на кушетке с влажным полотенцем на лбу, прикрыв глаза.
  
— Что тут у вас произошло? — спросила Эмили.
— Да как всегда, ад на земле, — осклабилась Кирпич. — Короче, когда ты удрала, Роу живенько связался по рации со своим шефом безопасности, Домиником, и потребовал заглушить к свиньям собачьим всю радиосвязь в пределах Кентербери и окрестностей. Это анклавовцам здорово карты спутало. Фоссет, тот дедуган усатый, их здорово застращал — мол, вразнобой атаковать не смейте, дождитесь общего сигнала к наступлению… Ну, они и дожидались. Кто-то сразу понял, что дело дрянь, и полез действовать на свой страх и риск, а кто-то так и тупил до победного.
— Довольно скоро они смекнули, что может означать тишина в эфире, и пустили в зал по вентиляции какой-то чёртов газ, — пожаловалась Рейли. — Рыцарям-то ничего, они шлемы надели и побежали морды бить — а вот нам несладко пришлось. Меня Харкнесс каким-то чудом вытащил, на него эта отрава почему-то не подействовала…
— Видно, в Ривет-Сити воздух и того гаже, — хмыкнула Кирпич.
— Ну, может, — Рейли отпила воды из стакана и закашлялась. — Но ощущения от этой травилки, скажу я тебе… Знаешь, Эмили, ты очень вовремя убежала.
— Ага, малая, у тебя очень хорошее чувство времени, — Кирпич кивнула. — Или материнский инстинкт прорезался, уж не знаю. В общем, Прайд умчался куда-то за город ловить крупную рыбу, а нам и тут веселья хватало — Отем сюда народу нагнал будь здоров. И все как один, заразы, не в военной форме, а в штатском. Вот несётся тебе навстречу такое чудо, и хрен разберёшь, то ли стрелять в него, то ли за ручку в укрытие отводить. Ну очень неудобно.
— И что, вы с Мясником и теми новичками всех положили?
— А то! — подбоченилась Кирпич.
— Врёт, — кисло улыбнулась Рейли. — Нет, Эми, тут Анжеле надо сказать спасибо. Она заранее подсуетилась на тот случай, если что-то на переговорах с Братством пойдёт не так. Прислала сюда своих людей под видом каравана из Содружества — они тут ещё на прошлой неделе обосновались.
— Здесь вообще были нонкомбатанты? — проворчала Эмили.
— Нон — кто? Мирные жители? Ну может, и были — человек десять, самые тупые, — рассмеялась Кирпич. — Остальные так попрятались, что до Рождества наружу нос не покажут. В общем, закончилось всё тем, что нас совершенно внезапно ринулись поддерживать десятка три караванщиков и паломников, и вместе-то мы Анклаву и наваляли.
— «Наваляли»… Рейли закатила глаза. — Всё в мире относительно. Там такая куча-мала была. Думаю, они скоро вернутся, чтобы матч-реванш сыграть. Ну и пусть себе возвращаются. Мы с ними друг друга погоняем по окрестностям — пусть думают, что сорвали нам подготовку наступления на Рейвен-Рок. А Братство тем временем атакует базу Адамс. Это всё-таки не сарай в чистом поле, туда без силовой брони лучше не лезть — тут Анжела права.
— А где сейчас Анжела? — встревожилась Эмили.
— Заперлась в изоляторе, — Кирпич фыркнула. — В тюрячке местной. Говорит, что боится всех нас гриппом заразить. А по мне, так она просто хочет побыть одна. Как-то её всё это подкосило.
Тюрьма Кентербери состояла из одной-единственной камеры — очевидно, местные жители предпочитали разрешать конфликты на месте их возникновения. Эмили негромко — вдруг Анжела отдыхает? — подошла к облезлой стальной двери с зарешёченным окошком.
По ту сторону мелькнуло заплаканное лицо Анжелы, и одного взгляда на подругу Эмили хватило, чтобы понять: Кирпич права, дело тут не в гриппе.
— Можно к тебе? — спросила она как можно бодрее.
— Эми, ты? Не подходи! — шмыгнула носом Анжела. — Или хотя бы маску надень. Тебе сейчас нельзя болеть!
Эмили покорно натянула старый респиратор, висевший на перилах лестницы. Анжела чуть приоткрыла дверь — ровно настолько, чтобы не пришлось повышать голос при разговоре. Но это точно не было приглашением войти.
— И давно ты тут сидишь?
— С самого утра, — грустно отозвалась Анжела. — Док сказал, эта штука заразная, а мне бы не хотелось, чтобы кто-то пострадал… ещё и от этого, — еле слышно добавила она. Эми, как там все?