Дорога 2 (СИ)

Тот почуял, что его чердачок захлопывается, и сейчас яростно рвался наружу, чтобы помешать нам. Вот этого допустить как раз было нельзя. Какое-то нехорошее предчувствие в одимн момент образовалось. Весь мой страх и напряжение я тут же «слил» в шаманский жезл и крикнул Яромиру:
— Помогай, берись за него!
Жезл начал наливаться силой, а я буквально шкурой почувствовал, что чужак прорывается в наш мир. Недооценил его мощь. Мне с ним одному не справится! В отчаянии бросаю взгляд на застывшего в испуге Дарёна.
«А это решение!»
Меня в сверхъестественном магическом ударе поддерживали двое. Яромир вливал в жезл свою бесхитростную энергетику. Каюсь, взял в помощь часть его незамутненной души. Вдобавок я крепко вцепился в руку помощника Наины, который держал в сжатом кулаке кусок жертвенного камня. Шаманский жезл рубиновым наконечником оказался точно направлен в сторону чужой церкви. В этот раз ударивший туда энергетический пучок видели все. Думаю, что это была не сама энергия из иных измерений, а её воздействие на воздух. Физические законы ведь не обманешь. Жезл подпрыгивал в наших руках, рядом орал, как оглашенный Дарён, камень буквально искрился в его кулаке. Уж не знаю сколько мы вложили в этот удар, но результат вышел превосходным.
В стороне, где стояла церковь, так ярко сверкнуло, что мы на миг потеряли возможность видеть и разомкнули руки. Я хорошенько проморгался и уставился в сторону церкви, вернее, места, где она доселе находилась. Даже руин не осталось. Народ радостно загомонил.
— Запекся!
— Сгорел!
— Ну и дела!
— Как бабахнет, чуть не ослеп.
Люди стояли и блаженно улыбались. Наверное, отлично представляли, чтобы вышло в случае нашего поражения. Пришлось тикать до лодей и даже дальше. Да и такое яркое зрелище не каждый день увидишь.
— Держи руку прямо!
Я обернулся. Пересвет щедро поливал какой-то жидкостью кисть Дарёна. Ярослав доставал из своего наплечного мешка банку с мазью и чистую тряпицу. Похоже, что «типографский» заработал ожог.
— Камень где? — живо поинтересовался я. Тот молча кивнул на землю, где лежали обгорелые остатки. Так вот что уничтожило «чулан» чужака! Мы лишь разбудили спящее зло и помогли ему выплеснуться наружу, удерживая направление удара. Ну и без моего дара тут точно не обошлось.
— Ставьте лагерь. Даян, Любодар, найдите место для секретов. Мы остаемся на ночь здесь. Яромир, можешь забрать Дарёна к реке. Скильда, твои люди также пока свободны.
Если помощник Светозара с озабоченностью согласился, то северянин тут же запротестовал и пожелал остаться.
достаточно сил. Плюс я здорово устал после удачного «стрельбы» из бластера. Прям звездные войны какие-то, а не магия!
Утром после чашки крепкого цая и бутерброда с копченой кабанятиной первым делом внимательно осмотрел в бинокль территорию, где стояла церковь. Бывшая церковь. Сейчас вместо нее виднелась стекловидная масса. Ничего себе там случилась температурка! Надеюсь, окошко в другое измерение мы запечатали наглухо. Но стоит это проверить.
— Деян и Радей, прикрываете нас. Друже, вы со мной.
— Нас возьми, Варанг! — подошел ко мне глава наемников. Я оглянулся на Скильду. В его глазах сверкала решимость. — Ты совершил благое дело, Варанг, убрал великое зло! И мы не можем оставить тебя одного. В наших местах еще живут потомки тех, кто попал сюда первыми.
— Я не знал. А как они у вас оказались?
— Бежали откуда-то с этих мест.
— Возьми лучшего стрелка, нордманн.
Скильда кивнул и махнул одному из воинов.
Я осторожно продвигался вперед, то и дело обращаясь к своему внутреннему разведчику. Нет, ни тени сомнений. «Лазейку» мы захлопнули навсегда. Два раза обошли вокруг бывшего здания церкви. Ни следа от нее не осталось. Вытер пот со лба и достал флягу с брусничным морсом. Глядя на меня и остальные облегченно вздохнули. Я улыбнулся:
 
— Все, братья, можно работать спокойно. Больше нас ничего не потревожит.
Обратно, несмотря на то, что приходилось тащить части орудия, мы шли легко. Парни много смеялись. Даже обычно мрачноватые северяне начали шутить. Кто-то из них затянул старую боевую песню. Как ни странно, но ее слова знали и егеры. Они, вообще, полиглоты, ведали несколько языков, ходивших на Великой реке.
Я же вслушивался в лязгающие звуки чужого языка, ловил на себе восхищенные взгляды и понимал, что нашел на далеком севере новых союзников. Эти суровые люди ведали, что такое добро и зло. И моя задача — поддерживать их баланс в Беловодье. Остальное не так важно!
Вот так неожиданно я нашел свое истинное предназначение в этом странном мире.
  
Глава 32
 
Мародерка
 
Да, я почитывал в прошлой жизни некоторые постапроманы. Именно оттуда и пришло это странное словечко, обозначающее поиск и вывоз ценных ништяков. Читал, чтобы больше поржать, чем принять к действию. Потому что сразу становилось ясно, что многие из авторов этих книг дальше города в жизни никуда не уезжали и суровых приключений на грани выживания не выдерживали. Ну и в армии дальше кухни не бывали.
Но меня в них скорее привлекал взгляд заурядного современного обывателя на глобальную проблему существования человечества После. И как он был разительно непохож на ту реальность, что я наблюдал здесь. А ведь вокруг меня те, кого занесла сюда судьба-злодейка или точнее сказать, чья-то злая воля. Они мужественно и с достоинством выдержали все, что выпало на их долю, пережили смерти родных и близких, отстояли право на существование и создали подобие новой цивилизации.
И меня частенько мучил один вопрос — а смогли ли мои современники создать подобное? Выдержать такие испытания? На меня ссылаться не стоит. Я человек иной породы и закален десятилетиями экспедиций. Я кому угодно и сам преподам урок выживания. Наверное, потому и здесь как рыба в воде. Ко дну не пошел, даже рву задницу и ползу наверх социальной лестницы. Здесь, как и везде в человеческом обществе, это означает более сытую и достойную жизнь.
Живу и радуюсь каждому погожему дню, солнцу, простой и вкусной пище. Терплю укусы мошки, когда выставляю наголо задницу для определенного процесса. Мне хватит теплой воды из котелка, чтобы сполоснуться. Я могу постирать одежду темным куском местного хозяйственного мыла, остаться голым и спать, накрывшись на ночь колючим одеялом. Все эти «прелести» быта ничто перед возникающими перспективами.
И самое главное — я нашел боевых товарищей, верных друже, что постоят за себя и меня перед личиной опасности. Не отступят и прикроют. А такое дорогого стоит! Люди тут простые и отзывчивые. Как ты с ними, так и они с тобой.
Вот даже с гордыми наемниками северянами удалось наладить контакт. Егеры к ним относятся несколько настороженно. Сегодня они у тебя на подмоге, а завтра гонятся за тобой с ушкуями. Но личностные связи никто не отменял. Я уже был наслышан, что в лихих переделках частенько щадили тех, с кем лично где-то пересекался. Даже отдавали без выкупа, надеясь на обратную услугу.
Все мы человеки.
— Своей мажешься?
Пересвет натянул поглубже панаму, я использовал в Граде такую же. Солнце здесь печет днем неимоверно, так что без головного убора никуда. Загорелое до черноты лицо егера было вдобавок намазано темным зельем. У меня же морда зеленилась. Мазь от гнуса в этот раз привезли готовую, но она мне не понравилась, больно уж воняла невкусно. Так что варил свою для себя и желающих.
Работать мы старались с предрассветной полумглы, когда лежавший в низине Град обреченный окутывали волны тумана, и после сиесты до самого заката. Бродить ночью по развалинам было чревато, там водились ядовитые змеи и сюда повадились парды, помесь барса и тигра. Несколько неосторожных работников уже стали их случайными жертвами.